женщины. – Может, это и к лучшему. Драгкары сначала пожирают душу и лишь потом лишают Жизни. Подумать только – Драгкар! Драгкар здесь! – Авиенда бросила на Ранда гневный взгляд:
— В Становище Имре – троллоки. Здесь, в Крепости, – Драгкар. Беды следуют за тобой, ты привел зло в Трехкратную Зем…
Авиенда с криком повалилась на тело Чион, когда Ранд, развернувшись к двери, ударил появившегося на пороге второго Драгкара сорвавшейся с острия меча струей пламени. Исчадие Тени, вспыхнув, завопило, забило кожистыми крыльями.
— Подними всех, – спокойно приказал Ранд Авиенде. Сопротивлялась ли Чион? Долго ли ей придавало сил ее понятие чести? Но сейчас все это неважно. Убить Драгкара было вроде бы легче, чем Мурддраала, но в некотором смысле он мог представлять даже большую опасность. – Если ты знаешь, как поднять тревогу, сделай это немедленно.
— Гонг у двери…
— Этим займусь я. Беги поднимай кого сможешь. Драгкаров, возможно, и больше, чем два.
Кивнув, Авиенда побежала обратно тем же путем, каким они и пришли, крича на бегу:
— За копья! Поднимайтесь! За копья!
Ранд с опаской, держа наготове меч, выглянул из дома. Бурлящая Сила наполняла его радостью, порча вызывала тошноту. Он почти не ощущал холода ночи.
Уже мертвый горящий Драгкар распластался на засаженном овощами уступе, добавляя отблески пламени к слабому свету луны. В воздухе стоял тошнотворный запах горящей плоти. Чуть ниже по дорожке, уставясь в небо широко раскрытыми невидящими глазами, лежала Сеана. Рядом с ней валялся поясной нож. Она не сдалась без боя, но устоять против Драгкара было ей не под силу.
Ранд ухватился за деревянную, обтянутую кожей колотушку, висевшую рядом с бронзовым гонгом, и в этот миг внизу началось что-то невообразимое. Завывание троллоков, лязг стали, крики людей доносились словно отовсюду. Он ударил в гонг – бронзовый гул, заглушая все другие звуки, поплыл по каньону. Эхом отозвался другой гонг, третий…
— За копья! – слышались новые и новые крики. – За копья!
Испуганные возгласы донеслись снизу, где находились фургоны торговцев. У двух фургонов распахнулись двери – яркие квадратики света четко вырисовывались в темноте. Раздался женский – кажется, женский – крик.
В воздухе над головой захлопали огромные крылья. Взревев, Ранд воздел пламенный меч. Единая Сила, переполнявшая его, клокотавшая в нем, ударила по летящему Драгкару, и тот взорвался, рассыпался огненными брызгами, полетевшими вниз, во тьму.
— Я здесь, – послышался голос Руарка. Над темной вуалью вождя поблескивали суровые глаза. Он был полностью одет и держал в руках копья и круглый кожаный щит. Позади него, неуверенно щурясь, стоял Мэт – с непокрытой головой, без кафтана, только наполовину заправив рубаху, но с черным копьем в руках.
Ранд принял у Руарка шуфа, но не закрыл лица, а уронил вуаль на плечи. Еще одна темная крылатая тень промелькнула по освещенному луной небу. Низко пролетела на ту сторону каньона и растворилась в сумраке.
— Они охотятся за мной, – заявил юноша, – так пусть видят мое лицо. – Сила всколыхнулась в нем, пламенный меч засиял, словно был частью самого солнца. – Они не смогут найти меня, если не знают, где я.
Смеясь оттого, что никто не понял его шутки, Ранд устремился вниз, на шум битвы.
* * *
Выдернув свое копье из груди троллока с кабаньим рылом, Мэт припал к земле, выискивая в тусклом лунном свете очертания другого врага. Но ни одна из примеченных им расплывчатых фигур не была достаточно велика, чтобы принять ее за троллока.
— Ранд, чтоб ему сгореть, – сердито пробормотал Мэт. – Вечно втравливает меня во всякие переделки.
Со всех сторон доносились слабые стоны раненых. Женская фигура – не иначе как Морейн – опустилась на колени рядом с упавшим айильцем. Она неплохо потрудилась во время схватки. Ее огненные шары производили, пожалуй, не меньший эффект, чем разбрасывавший всполохи пламени меч Ранда.
Л учше бы мне носу не высовывать из-под одеяла, лежать себе на тюфяке – это как раз то, что нужно. А здесь чертовски холодно, к тому же вся эта кутерьма меня не касается. Айильские женщины в юбках и блузах спешили на помощь раненым. Некоторые держали в руках копья. Возможно, они и не умели сражаться так, как Девы, но, когда враг нагрянул в крепость, никто не остался в стороне.
Рядом с Мэтом остановилась Дева. Она открыла лицо, но в темноте юноша не мог его разглядеть.
— Ты неплохо танцуешь с копьем, игрок, – сказала она. – Но что за времена настали? Кто мог подумать, что троллоки нагрянут в Холодные Скалы. Они, – Дева бросила взгляд на Морейн, – могли и прорваться, когда бы не Айз Седай.
— Для этого их было недостаточно, – не задумываясь ответил Мэт. – Они просто хотели отвлечь внимание. – Эти Драгкары рассчитывали в суматохе добраться до Ранда?
— Наверное, ты прав, – подумав, откликнулась Дева. – У себя в мокрых землях ты, вероятно, был военным вождем?
Мэт пожалел, что дал волю языку.
— Просто прочитал несколько книжек о военном деле, – пробормотал он, отвернувшись в сторону.
П роклятые обрывки чьей-то чужой памяти – вечно лезет в голову всякая чушь. Но может быть, хоть теперь торговцы решат отсюда убраться.
Однако, когда он подошел к фургонам, ни Кадира, ни Кейлли нигде не было видно. Возницы сгрудились вместе и торопливо передавали по кругу жбаны с чем-то, весьма напоминающим бренди – тот самый добрый бренди, который они продавали айильцам. Они взволнованно переговаривались, словно троллоки и по сей час осаждали их фургоны. На верхней ступеньке лестницы, ведущей в фургон Кадира, стояла Изендре и озиралась по сторонам. Даже насупленные брови и наморщенный лоб не умаляли ее красоты.
— С троллоками покончено, – заявил ей Мэт, демонстративно опираясь на свое копье. Он резонно полагал, что раз уж пришлось драться, то не помешает извлечь из этого хоть какую-то пользу. – Жаркое было дело, зато теперь вам ничто не грозит. – Голос его звучал устало, на что не требовалось ни малейших усилий.
Женщина взглянула на него безо всякого выражения, глаза ее блестели в темноте, как полированный камень. Не сказав ни слова, она повернулась и скрылась в фургоне, захлопнув за собой дверь. Крепко захлопнув. Мэт разочарованно вздохнул и побрел прочь. И чем пронять эту красотку? Впрочем, сейчас ему больше всего хотелось завалиться в постель. Укрыться одеялом, а со всеми этими погаными троллоками и Драгкарами пусть разбирается Ранд. Ему такие переделки не иначе как в радость – судя по дурацкому смеху.
Ранд поднимался
