глиняные кувшины с водой. В основном, айильцы занимались обыденными делами, такими же как и жители Эмондова Луга, – кто двор подметал, кто стенку чинил. Детишки, кажется, не обращали на Ранда внимания, несмотря на его красный кафтан и сапоги с жесткой подметкой, а гай'шайн ходили, скромно потупив очи. Но полноправные жители Холодных Скал – и мужчины, и женщины – рассматривали Ранда с нескрываемым тревожным интересом, видимо, гадая, что сулит им его появление.
Самые маленькие ребятишки бегали босиком – мальчики в балахонах, напоминающих одежду гай'шайн, но не белых, а серо-коричневых, а девочки в коротеньких, не прикрывающих колен платьицах. Ранд обратил внимание на то, что девочки лет до двенадцати заплетали волосы в две косички и вплетали в них яркие ленты. Точь-в-точь такие косы совсем недавно носила Эгвейн.
Небось как только узнала, что у айильцев такие носят только девчушки, сразу же расплела. Впрочем, сказал себе Ранд, нечего думать о такой ерунде. Сейчас главное – Авиенда.
На дне каньона возле купеческих фургонов толпились айильцы – шел оживленный торг. Возчики подносили товар, Кейлли, в голубой кружевной накидке, скрепленной резными костяными гребнями, громко, отчаянно торговалась. Кадир же сидел на перевернутой бочке в тени своего фургона и, похоже, даже не пытался хоть что-то продать. Завидя Ранда, он сделал движение, будто собирался встать, но так и остался на месте. Изендре нигде не было видно, зато вокруг Натаэля собралась стайка ребятишек, да и кое-кого из взрослых привлек плащ менестреля, Похоже, он снова переметнулся от Шайдо, благо в Холодных Скалах слушателей было в достатке, а может, Кейлли предпочитала не упускать его из виду. Она, хоть и была поглощена торгом, то и дело посматривала на менестреля.
Ранда, однако, торговцы не интересовали. Порасспросив айильцев, он выяснил, что Джиндо разошлись под кров своих воинских сообществ. Здесь, в Крепости Холодные Скалы, Кров Дев находился примерно на середине восточного склона и представлял собой прямоугольное строение из серого камня с огородом на крыше. Несомненно, внутри этот дом был гораздо вместительнее, чем казался снаружи. Правда, убедиться в этом Ранду не удалось, так как сидевшие у входа две Девы с копьями и кожаными щитами внутрь его не пустили. Кажется, желание мужчины войти в жилище Дев повергло их в изумление, но передать его просьбу они согласились.
Несколько минут спустя из дома вышли Девы Джиндо из Девяти Долин, побывавшие с Рандом в Тире.
Следом высыпали и другие Девы из септа Девять Долин, которые оказались сейчас в Холодных Скалах. Они заполнили маленький дворик и столпились даже на крыше. Все Девы смотрели на Ранда с нескрываемым любопытством. Гай'шайн, среди которых были не только женщины, разносили чашечки с крепчайшим темным чаем. Мужчины под кров Дев не допускались, но, видимо, на гай'шайн это правило не распространялось.
Узнав, что ему нужно. Девы показали Ранду множество безделушек и украшений. Больше всего юноше приглянулся браслет, предложенный Аделин, рыжеволосой, высокой даже для Айил – всего на ладонь ниже Ранда. Девушку из Джиндо отличал тонкий шрам на щеке. Широкий костяной браслет покрывала на редкость изысканная и тонкая резьба. Изображая розы, искусный мастер не забыл даже о шипах. Узнав, что браслет предназначается в подарок Авиенде – в благодарность за наставления, как пояснил Ранд, – Аделин обвела взглядом остальных Дев. Те перестали ухмыляться, но по их лицам ничего нельзя было прочесть.
— Я за это ничего не возьму. Ранд ал'Тор, – заявила Аделин, вручая ему браслет.
— А я не нарушу этим никаких правил или обычаев? – поинтересовался Ранд. – Как воспримут это ее сородичи? Мне бы не хотелось задеть ее честь.
— Нет, этим ты не заденешь ее честь. – Аделин жестом подозвала гай'шайн с серебряным подносом, на котором стоял кувшин и глиняные чашечки. Наполнив две чашки, она подала одну Ранду. – Помни о чести, – промолвила она и пригубила чай.
Авиенда никогда не упоминала о подобной церемонии. Поколебавшись, Ранд отпил глоток горьковатой жидкости и, опасаясь попасть впросак, ответил Деве ее же словами.
К немалому удивлению юноши, Аделин, легко коснувшись губами, поцеловала его в обе щеки. Следом подошла Дева постарше, с сединой в волосах, хотя все еще гибкая и стройная.
— Помни о чести, – сказала она и отпила чаю…
Ранду пришлось повторить этот ритуал с каждой из Дев. Под конец он едва прикасался губами к чашке. Сама по себе церемония была недолгой, только вот повторить ее пришлось раз семьдесят. Когда он смог наконец уйти, по восточному склону каньона уже взбирались тени.
Авиенду Ранд застал возле дома Лиан. Она яростно выколачивала висящий на веревке коврик в синюю полоску, а рядом с нею высилась стопка других – всех мыслимых расцветок.
Подойдя к ней. Ранд протянул браслет. Сказал, что хочет сделать ей подарок в благодарность за наставления.
— Я дарила браслеты и ожерелья подругам, не обрученным с копьем, но сама ничего подобного не носила, – промолвила девушка, убрав со лба влажную прядку. Голос ее звучал совершенно спокойно, да и глаза ничего не выражали. – Эти штуковины дребезжат, когда надо бесшумно подобраться к врагу, и цепляются за все подряд, мешая двигаться быстро.
— Но теперь-то ты можешь носить его, раз все равно собираешься стать Хранительницей Мудрости.
— Да… – Девушка повертела браслет, потом надела его на запястье и принялась рассматривать с таким видом, словно это были оковы.
— Если тебе не нравится… Аделин сказала, что это не затронет твоей чести. По-моему, она даже одобрила мое намерение, да и другие Девы тоже…
Когда Ранд рассказал о церемонии с распитием чая, Авиенда поежилась и прищурила глаза.
— Что-нибудь не так?
— Они решили, что ты за мной ухаживаешь… – Неужто она может говорить об этом так спокойно? Глаза девушки ничего не выражали. – Решили, что ты выказываешь намерение добиться моего расположения, и одобрили это по обычаю Дев. Словно я, как и раньше, ношу копье.
— О Свет… – растерялся Ранд. – Я им все разъясню, растолкую, что просто… – Он осекся, увидев, как вспыхнули глаза Авиенды.
— Нет! Сначала ты объявил о своем намерении, получил их одобрение, а теперь хочешь от всего отказаться. Вот тогда ты, действительно, лишишь меня чести. Не надо им ничего объяснять – пусть думают, что угодно. Ты ведь не первый мужчина, который захотел добиться моего внимания. – Поморщившись, девушка обеими руками крепко сжала плетеную выбивалку. – Ступай. – Бросив еще один взгляд на браслет, Авиенда добавила:
— Ты ведь и впрямь ничего не знаешь, разве не так? Не знаешь. И твоей
