в висках и во всей голове. Скоро он наверняка разобьет ей, Соне, все кости ее черепа. Скорее бы уж он закончил, не хочется больше терпеть эту боль. Какая-то пытка, ей-богу!
Ломает он ее голову в кромешной темноте. Самое главное, Соня не может даже пошевелиться – ее руки и ноги не слушаются ее, словно они принадлежат не ей, а кому-то другому. Может, ее парализовало и теперь она обречена на вечную неподвижность? И ей придется вечно терпеть эту боль?..
«Нет уж, доломай ты мой череп и оставь меня в покое!» – думает девушка.
Но молоток не останавливается, все бьет и бьет ее…
Из-за этого Соня не может открыть глаза. Она боится это сделать, иначе боль усилится, и станет еще хуже. Она не двигается, все равно ничего сделать невозможно. Только ждет, когда это все закончится и она наконец-то умрет от того, что молоток проломит ее голову…
Но сквозь глухой звук ударов Соня слышит еще что-то. Голос, да, это чей-то голос! Он зовет ее… Зовет по имени… Голос очень знакомый, но кто это, Соня не понимает. Она хочет крикнуть, что она тут, что ей нужна помощь, иначе этот молоток убьет ее окончательно! Но Соня не может даже разжать плотно сжатых губ. И во рту все пересохло, так хочется пить…
– Соня, ты слышишь меня? – доносится до девушки голос.
Соня делает усилие и открывает глаза, но пока ничего не меняется. Темнота как была, так и остается, ничего не видно. Соня моргает несколько раз, но по-прежнему ничего не может разглядеть. От этого ее голова болит еще сильнее.
– Соня, ты жива? Скажи хоть что-нибудь! Соня! – снова ее зовет… Зовет…
Соня наконец-то понимает, кто это. Собрав все свои силы и всю свою волю в кулак, она разжимает пересохшие губы и шепчет:
– Крис… Это ты…
– Уф, наконец-то ты очнулась! – Голос Кристины звучит громче, но ближе к девушке сестра не подходит. Почему она только зовет ее? Неужели не видит, что Соне тяжело самой подойти к ней!
– Ты где? – спрашивает Соня. – Я тебя не вижу…
– Зато я тебя вижу, – отвечает Крис. – Я здесь уже столько времени нахожусь, что глаза привыкли к темноте… Не понимаю только, почему я еще жива…
– Кто тебя похитил? – В голове Сони постепенно всплывают воспоминания о том, что произошло за последние несколько дней. Точно, она же ищет свою сестру, а ту похитили из-за кубка Артаксии… Надо позвать на помощь, надо кричать, и их услышат!..
– Я не знаю, – говорит сестра. – Он приходит один раз в день, спрашивает, где карта, потом дает выпить воды и съесть кусок хлеба и уходит. Но я не знаю, где эта чертова карта, Женька мне не рассказывал! Иногда он бьет меня, когда думает, что я специально молчу, по-моему, эти синяки у меня никогда уже не пройдут…
– Надо позвать на помощь! – шепчет Соня. – Я пить хочу, в горле пересохло, громко кричать не смогу… Почему ты никого не звала?
– Ты меня за идиотку держишь? – Крис невесело усмехается. – Да я в первый день себе весь голос сорвала, орала как резаная… Потом мне удалось расслабить веревки на руках, я освободила руки и нашла у себя в кармане штанов телефон. Он ведь у меня маленький, суперсовременный смартфон, очень легкий и удобный. Думаю, поэтому похититель его не заметил… Я позвонила тебе, но пришел он, избил меня до потери сознания, а телефон отнял, связал мне руки заново. Хорошо еще, когда он приходит, ослабляет веревки, а то я чувствую, у меня бы конечности атрофировались… Но, видимо, здесь в округе нет людей вообще, по крайней мере, меня никто не услышал… Я не знаю, что он с нами сделает… Теперь и ты тут. Из-за меня… Женька – придурок, ненавижу его! Мог бы отдать им карту, но, похоже, ему на меня наплевать! Ты ведь передала ему мою просьбу, да?
– Я пыталась. – Соня думает, как сказать Кристине печальную новость. – Он не брал трубку, и я поехала за ним в Новгород. Там его и нашла… В лесу…
– В лесу-то он что делал? Карта у него?
– Не знаю. Он… ну… – Соня медлит. – В общем, его убили. Я нашла его тело…
– Ой… – Крис всхлипнула. – Как же… как же так? Он ведь… он говорил, что любит меня и что, когда мы найдем сокровища, он женится на мне! И у нас будет пышная свадьба… – Она плачет. – И мы уедем на море, у нас будет медовый месяц… а теперь… теперь он у-у-умер…
Она рыдает. Соня пытается утешить ее, но нужных слов не находит. Хочет подойти и обнять несчастную сестру, но теперь замечает, что руки и ноги у нее связаны. Ужасная ситуация… И опять она вляпалась не пойми во что, только теперь ей никто не придет на помощь… Она ведь даже не сказала Андрею, что собирается на встречу в парк! Надо было попросить его, чтобы он подъехал тоже, тогда бы на нее не напали в сквере и она бы спокойно поговорила с Олегом… И получается, похититель сестры все-таки следил за ней. Соня заполошно пошарила вокруг, потом вспомнила, что сумку не брала – сунула телефон и карту с ключами в карманы комбинезона и отправилась в парк налегке. А значит, камень в безопасности. Значит, на него можно обменять их жизни. Только вот… сначала продумать все, чтобы их с Кристиной точно отпустили. Но думать не получается – очень болит голова…
– Крис… – шепчет девушка. – Крис, не надо… Мне тоже его очень жалко… И нас тоже жалко…
– Тебе не понять, я его ведь любила! – воет Крис. – Любила, впервые в жизни! Раньше такого не было!
– У тебя же столько парней было! – удивляется Соня. – Зачем же ты с ними встречалась?
– Просто так… А Женя… Женя был таким хорошим…
Крис истерит. Соня пытается развязать веревки, но все без толку – слишком крепко ее связали. Что делать, неизвестно, надо было все-таки не говорить сестре о смерти Жени, сейчас от нее помощи не добьешься… Воет белугой, рыдает…
– Крис… – Соня облизывает пересохшие губы. – Зачем вы вообще стали искать этот треклятый кубок? Он вам на что сдался-то? Все равно сокровище – собственность государства, вас бы в тюрьму посадили, как и Ивана Матвеева!
– Это все Женя… Он рассказал про кубок, и он… он хотел медовый месяц на море! На тропическом острове, и пышную свадьбу… А я ведь себе платье уже стала смотреть, свадебное!
– Вы – идиоты! – заявляет Соня рассерженно. –
