жизнь!
– Жизнь тебя ничему не учит! – проворчала Соня. – Мало ты посидела в этом чулане? Еще захотелось приключений? Хватит уже ввязываться в авантюры!
– На себя посмотри! – парировала Кристина. – Ты сама напилась в рок-клубе, угодила в полицейский участок и еще черт знает куда!
– Вы все время так ссоритесь? – не выдержал Андрей.
– Нет, обычно мы не общаемся, – насупилась Соня.
Между тем они подошли к темнеющему лесу, который начинался сразу за дачей Алябьева. Андрей сказал, что шел по тропинке, которая ведет через чащу. Агапов изучил карту местности и даже включил навигатор, пока искал дом Олега, однако в лесу пропала связь, поэтому пришлось надеяться на собственную память.
Было темно, часы Андрея показывали половину двенадцатого ночи. Сестры с тревогой думали, как они будут пробираться через лес.
– Главное – отыскать нужную тропу, – пояснил молодой человек. – Здесь, у дачи, несколько дорог, я шел вроде по этой. – Он посветил фонариком на едва заметную дорожку, затерянную в густой траве. – Надеюсь, не ошибся…
Они пошли по выбранной тропе.
Соня поинтересовалась:
– Сколько у тебя ушло времени на то, чтобы узнать информацию об Олеге? Как тебе это удалось? Или ты раньше знал об Алябьеве?
– Нет, – покачал головой Андрей. – Понимаешь, я, как и собирался, утром поехал к родителям Жени. У меня нет их номера телефона, поэтому я приехал с утра пораньше, хотел хоть кого-то застать дома. И, можно сказать, мне повезло. Я поговорил с Владимиром Ильяшовым, отцом Евгения.
– А… ты сказал ему про смерть Жени? – спросила Соня.
– Им уже сообщили, – проговорил Агапов. – С Анной говорили полицейские – те самые, которые допрашивали тебя в Новгороде. Василий Рудков и Тамара Косенкова. Владимир был на работе, а когда он вернулся, то обнаружил свою жену. Женщина лежала на кровати и не подавала признаков жизни, а рядом с ней лежала пустая упаковка из-под снотворных. Владимир сразу вызвал «Скорую помощь», Анну увезли в больницу. К счастью, Владимир освободился раньше с работы, если бы он пришел как обычно, в семь вечера, бедную женщину уже бы не спасли. Ей сделали промывание желудка, откачали. Она даже пришла в себя, и муж с ней поговорил. От Анны он узнал, что произошло, как ни странно, она помнила фамилии полицейских. Сейчас она по-прежнему находится в больнице, наверняка ей потребуется помощь психолога или даже психиатра. Я узнал обо всем случившемся от Владимира, и он рассказал мне, что у него есть сын от первой жены Олег Алябьев. Сын – человек крайне эгоистичный, наглый и беспринципный. Своего отца он ненавидит, но еще больше ненавидит Анну и ее сына, Евгения. Ну, это по мнению Владимира. Он пытался отговорить Женьку от общения с Олегом, но тот заявил, что намерен поддерживать отношения с братом, потому что «не такой козел, как папочка». Олег считал, что из-за новой семьи отца у него нет всего того, чего хочется. Владимир зарабатывает много, вот Олег и завидовал своему брату Жене. А потом, когда вырос, начал требовать денег от отца, действуя на совесть и говоря, что Женька-то не безотцовщина! Ильяшов давал деньги Олегу. Алябьев был в курсе, что у Женьки с отцом напряженные отношения, и поддерживал его в этом. А Владимир знал, что за «хобби» у Олега – неоднократно ему приходилось покрывать своего первого сына, когда того задерживала полиция. Владимир обеспечивал Олегу алиби, потому что чувствовал свою вину перед первой женой и ее ребенком. Ильяшов рассказал мне о существовании дачи Алябьевых, но он понятия не имел, что туда кто-то приезжает. А мне сразу показалось это подозрительным, вот я и поехал проверить свои догадки.
– Какой ужас! – воскликнула Соня. – А я ведь просто могла позвонить тебе, и ты бы мне рассказал об Олеге! А вместо этого я сама пошла с ним беседовать…
– Вы с сестрой очень похожи, – усмехнулся Андрей. – Обе сначала делаете что-то, а потом уже думаете. И обе обожаете влипать в неприятности…
Соня хотела было возразить, но Андрей вдруг остановился. Соня почуяла неладное; она встревоженно спросила:
– Что случилось? Ты что-то увидел?
– Нет… то есть да… не знаю, но, по-моему, мы пошли не туда…
Он стал светить по сторонам, но тропинка, по которой они шли, куда-то исчезла. Сестры молча ждали, что скажет Агапов.
– Мы заблудились? – наконец спросила Кристина.
Андрей не отвечал, потом нерешительно произнес:
– Думаю, нам надо свернуть влево. Мы слишком сильно уклонились вправо, сейчас попробуем пройти через бурелом и, я надеюсь, выйдем на дорогу.
– Ты уверен? – спросила Соня. – Может, вернуться назад?
– Слишком опасно… Вдруг Олег на даче? Я не хочу рисковать. Я не знаю, каковы его планы, поэтому понятия не имею, где он может находиться.
– Опять мы в лесу… – с отчаянием в голосе проговорила Соня. – Ненавижу лес! Ненавижу! В прошлый раз я нашла там труп, потом в сквере меня огрели дубинкой по голове… И снова – лес!
– Подожди паниковать, – осадил ее Андрей. – Может, мы не найдем здесь никаких трупов, я очень на это надеюсь! Идемте вперед!
Он уверенно зашагал через дебри. Соне с Кристиной ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
Однако несмотря на то, что прошли они довольно много, тропа так и не появилась. Даже Андрею пришлось признать, что найти ночью дорогу – дело нелегкое, учитывая, что лес довольно густой и непролазный. Агапов не понимал, как у него получилось так быстро миновать заросли и пройти к даче Олега. Может, потому, что было светлее, может, он инстинктивно выбирал нужную дорогу – неизвестно. Сейчас же разговор отвлек его, и Андрей сбился с пути. И, как найти тропинку, он не знал.
Сестры уже поняли, что дела плохи. Но, к счастью, не поддались панике. Соня, несмотря на свою нелюбовь к непроходимым чащам, чувствовала себя относительно спокойно – ведь рядом с ней был Андрей, а с ним она ощущала себя в безопасности. Кристина находилась в состоянии какого-то адреналинового опьянения – она несколько дней провела в подвале, практически без еды и воды, и, освободившись из заточения, девушка испытывала необъяснимый прилив бодрости. Такой парадокс наблюдается у людей, которые находятся в состоянии истощения, и организм использует накопленные энергетические запасы. Но долго такого продолжаться не может, и Соня, и Андрей опасались за Кристину. Оба понимали, что, как только они выберутся из леса, Крис необходимо срочно доставить в больницу.
К тому же воды у них не было – в чулане сестры выпили всю бутылку, которую принес Андрей. Все трое хотели пить, но в лесу не было ни реки,
