Читаем без скачивания Сказки темного леса - Djonny

После этого Жертва выгнал из раскопа рабов, расковырял арматуриной какую-то щель и принялся закладывать под валун самодельное взрывное устройство. Он надеялся, что камень лопнет от взрыва и его можно будет вытащить из воронки по частям. Жертва уже прилаживал к своей бомбе огнепровод из сухих щепок и бересты, когда это заметил Строри. Высунув голову из стоящей неподалеку палатки,[202] Костян нашел нужным поинтересоваться:

— Жертва! Что это за возня со щепками?!

— Бомбу закладываем! — бодро доложил Жертва. — Будем валун взрывами проходить!

— Бомбу? — меланхолично переспросил Костян, еще не до конца въехавший в расклад. — А что за бомбу?

— Сто пятьдесят грамм тротила в латунной оболочке, в качестве детонатора трассирующий патрон калибра 7, 62, — отрапортовал Жертва, которого Маклауд пиздюлями приучил отвечать старшим товарищам ТОЛЬКО быстро и по существу. — Готовность две минуты!

Не знаю, какой реакции ожидал Жертва в ответ на свои слова — может быть, даже похвалы. Но дождался он совсем другого. Как только Строри представил себе, как в трех метрах от его палатки взрывается эквивалент двух противопехотных гранат — он выкатился из палатки, разметал огнепровод и захватил приготовленную Жертвой «бомбу».

— Идите на хуй, — орал Строри, — подрывники ебаные! Бомбисты, блядь!

Договориться с ним не было ни малейшей возможности. Хотите взрывать — пожалуйста! Только не ближе, чем в двухстах метрах от Холма! А иначе вам и зиндан будет не в радость — такой пизды получите! Вот к чему, если говорить вкратце, сводилась его манифестация.

— Любого, кто станет закладывать рядом со мной свои ебучие бомбы, — в заключение добавил Костян, — ждут ужаснейшие пиздюли!

Костян считал, что от взрывчатки бывают одни только неприятности. И был по-своему прав. СВУ,[203] которое Строри отял у Жертвы, тут же пошло по рукам. Пьяные братья забавлялись с ним до тех пор, пока я случайно не выронил устройство в костер. Долго ли надо капсюлю патрона пролежать на углях, прежде чем он вспыхнет и все изделие пизданет? Трудный вопрос. Нам удалось выкатить «бомбу» из огня раньше, чем это случилось. Но призошедшее навело нас на тревожные размышления. Было решено избавиться от опасной игрушки, подорвав ее где угодно — лишь бы не нашей стоянке. Согласитесь, это была достаточно разумная мысль. А случай исполнить задуманное подвернулся нам этим же вечером — на стоянке царя Трандуила. Причиной для такого выбора места послужило вот что.

Прогуливаясь ночью по лесу с означенной целью, мы обнаружили на берегу Малого Красноперского упомянутого «царя». Транд лежал на спине возле костра и храпел, привольно раскинув руки. Могло показаться, что он просто спит (так на самом деле и было) — если бы верхом на нем не прыгала голая баба, яростно совокупляющаяся с Трандуилом в позе «наездницы». Поскольку наше присутствие нисколько её не смутило, мы подошли и легкими пинками привели «царя» в чувство. Транд перестал храпеть и открыл глаза.

— А? Что? — видно было, что окружающую действительность он воспринимает с превеликим трудом. — Хуй ли надо?

— Ну и ну! — пожурили его мы. — Как мы видим, перерывов на сон ты больше не делаешь? Спишь — и в то же время ебешься?! Охуеть!

— И что? — спросил Трандуил, недовольный тем, что его разбудили. — Вам-то какое дело?

— А как же нравственность? — спросили мы. — Смотри, чего у нас есть! С этими словами мы сунули изготовленное Жертвой устройство Транду под нос.

— Прикидываешь, — объяснили мы, как только зрачки Транда должным образом сфокусировались, — здесь сто пятьдесят грамм тротила и детонатор из трассера! Пизданет так, что закачаешься! Имей в виду!

С этими словами мы бросили бомбу в костер и бросились бежать. Понятное дело, что мчался я ОЧЕНЬ быстро — но все же не удержался и разочек обернулся на бегу. Увиденная картина до сих пор стоит у меня перед глазами: голое женское тело, распластавшееся над землей в невообразимом прыжке и обнаженный Трандуил, со всех ног несущийся к спасительному лесу. За несколько отпущенных ему мгновений Транд покрыл приличное расстояние, подтвердив этим старинную поговорку: «Жить захочешь — еще не так побежишь!» Не все же ебаться, надо и о здоровье подумать!

Индейские истории (часть 1)

Стоящий Медведь

«Для мирного времени характерен эмоциональный упадок, спокойная жизнь приглушает сильные чувства. Весь спектр ощущений, от искр душевного тепла до огнедышащих глубин ненависти, полнее воспринимается в смутное время и в связи с беспокойными обстоятельствами».

Этой же весной Крейзи объявил старт городской кампании «Первоцвет». Эта акция направлена против торговцев охраняемыми родами дикорастущих цветов — Leucojum, Ruscus, Cyclamen, Crocus, Galanthus. Перед инспекторами была поставлена задача пресекать торговлю «с рук» крымскими первоцветами, многие виды которых занесены в Красную Книгу. До полумиллиона единиц этих растений каждую весну ввозятся в наш город браконьерскими «челноками» и реализуются через сеть розничной торговли.

«Цветочная Кампания» — одна из самых беспокойных. Торговля первоцветами обычно осуществляется «с рук», но немало растений уходит и через официально установленные цветочные ларьки. В любом случае, продавцы первоцветов (в большинстве своем это женщины «кавказской» национальности) нехуево отстегивают местным сборщикам подати. Так что деятельность по пресечению подобной торговли с самого начала натыкается на «недопонимание», а подчас и на открытую агрессию удельных ментов.

— Вы охуели? — орал на нас один из сотрудников пикета милиции на станции «Купчино». — Какой еще Комитет? Вы чего себе позволяете?!

Недовольство этого господина было вызвано тем, что сводная инспекторская группа из двенадцати человек задержала в подземном переходе гражданку Украины, Асанову Мерзие Мургазаевну, при которой было обнаружено семьсот двадцать единиц Galanthus nivalis L. Вместе с Мургазаевной попалось еще девять человек, у каждого из которых имелось с собой от пятисот до тысячи упакованных в пластиковые ведра стеблей. Но местную милицию такая «акция» только взбесила.

— Хуйней занимаетесь! — разорялся местный пикетчик. — Это ПРОТИВОПРАВНО! Шли бы вы отсюда подобру-поздорову!

Из-за «столкновения интересов» некоторые мероприятия превращалась в черт знает что. В тот раз «недопонимание» дошло до того, что старшему инспектору из числа наших коллег[204] попытались при обыске подбросить «палево на карман». Сделали это под предлогом досмотра, вызванного «сомнениями в подлинности предоставленных удостоверений». Такая хуйня кого хочешь взбесит — так что мы отбросили в сторону приличия и начали строчить жалобы на имя Комитетского начальства. Навроде вот этой:

«Группой в составе двенадцати человек проводилась оперативная проверка мест предполагаемой торговли первоцветами на территории, прилегающей к жд. ст. „Купчино“. В ходе рейда за торговлю Galanthus nivalis L. была задержана гражданка Украины, Асанова Мерзие Мургазаевна. В пикете милиции на Балканской площади на нее был составлен соответствующий протокол, семьсот двадцать единиц Galanthus nivalis L. были подготовлены к изъятию.

Между тем гражданка Асанова М. М. предложила одному из находившихся в пикете сотрудников милиции „договориться“, после чего они вышли и отсутствовали около пяти минут. После этого указанный сотрудник милиции подверг сомнению правомочность работы инспекторской группы и начал проверку удостоверений, протоколов и сопутствующих документов, продлившуюся около часа.

В ходе этой проверки основная часть инспекторской группы была помещена в зарешеченное помещение и подвергнута наружному досмотру. Сотрудник милиции, отказавшийся назваться, пыталcя подброcить в карман инспектору ___ два боевых патрона от пистолета „ПМ“. Тот же сотрудник милиции выпустил из помещения пикета гражданку Асанову М. М. и вернул ей приготовленный к изъятию Galanthus nivalis L.»

Хотя проблем подобного толка встречалось немало, работа все-таки шла. В результате у Крейзи весь балкон оказался забит всевозможными подснежниками — доходящей аж до пояса пестрой кучей гниющих цветов. Это были остатки — то, что мы не сумели всучить в качестве подарка случайным прохожим и распихать в близлежащие школы и детские сады. Судьба цветов, по большому счету, никого не интересовала. Результаты кампании оценивались по выработанным протоколам, сдавать которые в Комитет обычно ездили Крейзи и я. Подчас такая поездка превращалась в сущий кошмар.

Однажды Крейзи потерял бритву-мойку, так что утреннюю порцию кислоты ему пришлось отмерять охотничьим ножом. Из-за этого он попутался с дозировкой, что в случае с кислотой часто приводит к совершенно непредсказуемым результатам. Так вышло и на этот раз.