Уитни открыла было рот, чтобы яростно возразить, но Эмили покачала головой и перебила подругу на полуслове:
– Уитни, я видела герцога в церкви уже после того, как он послал тебе эти бумаги. Он любит тебя, любому дураку это понятно. Он готов был целовать пол, по которому ты шла!
Уитни одним прыжком взметнулась с места.
– Он приехал в церковь по приглашению Элизабет! И знай я обо всем в то время, не разыграла бы такую безнадежную идиотку и…
– Это не Элизабет пригласила его, – виновато призналась Эмили, – а я… Послала записку с сообщением, что ты будешь на свадьбе. И Клейтон приехал, потому что хотел тебя видеть! Он едва знаком с Элизабет и Питером, и сомневаюсь, что его светлость отвечает на приглашения всех случайных знакомых, да к тому же в высшей степени ему безразличных.
У Уитни был такой вид, словно она вот-вот упадет в обморок.
– Ты сказала ему? Незачем? Почему ты сделала такое со мной? Он, несомненно, посчитал, что это я тебя уговорила.
– Ничего подобного ему и в голову не пришло, – решительно возразила Эмили. – Я просто объяснила, что ты собираешься приехать, и поэтому он явился. Уитни, выслушай меня. Он принял приглашение после того, как подписал документы, после того, как сочинил эту записку, на мои взгляд, не столь злонамеренную, сколько глупую, и после того, как заполнил этот чек.
Водоворот противоречивых эмоций угрожал захлестнуть Уитни, но Эмили неумолимо продолжала:
– Он, вероятно, знал, что Пол находится в крайне стесненных обстоятельствах. Всем в городе, кроме, конечно, тебя, это давно известно.
– Несомненно, – кивнула Уитни. – Клейтон был в отцовском кабинете в ту ночь, когда я узнала правду относительно Пола.
– И успела осведомить герцога, что желаешь выйти замуж за Севарина? Уитни кивнула.
– Уитни, ради Господа Бога, неужели ты не понимаешь, что он пытается сделать? Герцог уверен, что ты его ненавидишь и хочешь выйти за Пола, поэтому и послал тебе целое состояние, чтобы облегчить твою жизнь! Жизнь с человеком, которого ты ему предпочла! Создатель, как же он должен тебя любить! Еще больше, чем я предполагала!
Уитни презрительно фыркнула и отвернулась, но Эмили решительно встала перед подругой, упершись кулачками в стройные бедра.
– Уитни, мне кажется, что ты просто дура! Ты любишь этого человека, сама мне призналась и не вздумай отрицать! И он отвечает тебе взаимностью! Сделал предложение, помог твоему отцу, хотя вовсе не был обязан давать ему деньги, терпеливо выносил твой флирт с Полом и еще множество других вещей, которые давно бы вывели из себя любого нормального человека. Что ты сказала ему на банкете? Немедленно отвечай!
Уитни взглянула на подругу, но тут же отвернулась и еле слышно пробормотала:
– Высмеяла его, когда он сказал, что любит меня.
– Высмеяла?! – охнула Эмили. – Но почему, во имя Господа, ты сотворила такое после того, как позволила обнимать себя у церкви?
– Пожалуйста! – взволнованно воскликнула Уитни, вскакивая. – Пожалуйста, не нужно об этом! Я уже все объяснила! Потому, что получила эти проклятые документы вместе с чеком! Потому, что считала, будто он просто приехал на свадьбу Элизабет, а я сделала глупость, фактически бросившись ему на шею!
– И теперь, насколько я понимаю, ты решила, что он к тебе приползет?
Уитни, покачав головой, уставилась в пол.
– Нет. При встречах Клейтон ведет себя так, словно меня не существует.
– А чего ты еще ожидала? Он любил тебя настолько, чтобы сделать предложение и осыпать твоего отца золотом, настолько, что из ревности совершил ужасный поступок, настолько, что решил отказаться от помолвки в надежде сделать тебя счастливой, настолько, чтобы приехать на свадьбу Элизабет, чтобы побыть рядом с тобой. Но знай, больше он не станет унижаться.
Неверие, тоска, чувство одиночества и мучительного отчаяния вихрем кружились в мозгу Уитни, но все затмила робкая надежда, расцветшая впервые за все это время. Она опустила голову, и волосы рассыпались по плечам, скрывая лицо.
– Но как вернуть его без того, чтобы не приползти к нему на коленях? – задыхаясь, пробормотала она.
Улыбка радостного облегчения осветила черты Эмили.
– Боюсь, есть лишь единственный способ. Ты при любой возможности старалась растоптать его гордость. На этот раз настала твоя очередь страдать.
– Я… я подумаю об этом, – шепнула Уитни.
– Рада слышать, – зааплодировала Эмили и осторожно выложила козырную карту. – Подумай заодно, что тебе придется пережить, когда он женится на Ванессе Стенфилд. Ходят слухи, что он уже женился, но вряд ли они достоверны. Возможно, они вот-вот обвенчаются.
– Что же мне делать?! – вскрикнула Уитни, поспешно вскакивая. – И с чего начать?
– Придется поехать к Клеймору и объяснить, почему ты так омерзительно вела себя на банкете. – Эмили, скрывая улыбку, направилась к двери.
– Нет, – лихорадочно затрясла головой Уитни, – пошлю ему записку и попрошу приехать.
– Конечно, это твое право, но он даже не подумает ответить, и тебе придется пережить двойной позор, когда в довершение ко всему окажется, что необходимо все-таки ехать к нему. При условии, конечно, что за это время он не успеет жениться на мисс Стенфилд.
Уитни подлетела к бюро, но после ухода Эмили отложила перо, чтобы все обдумать. Должен существовать способ заставить Клейтона приехать к ней – какая-нибудь приманка, которую Уитни может использовать. Слишком уж это унизительно, приползти к нему с повинной головой, зная к тому же, что Клейтон собирается жениться на Ванессе.
Внезапно глаза ее вдохновенно блеснули, хотя лицо зарделось от смущения. Да, способ найден… конечно, это отвратительный обман, но у нее просто нет выхода! Не время думать о приличиях! Клейтон овладел Уитни и, если имеет основания полагать, что наградил ее ребенком, следовательно, не может отказаться встретиться с ней. И что всего важнее, он просто не имеет права жениться на мисс Стенфилд! Кроме того, ему придется немедленно обвенчаться с мисс Уитни Стоун! А если он любит ее так сильно, как считает Эмили, то, конечно, простит ей эту ложь.
Уитни написала дату на листке бумаги, но тут ее перо снова нерешительно замерло. Какое обращение употребить в письме к человеку, не желавшему о ней ничего слышать, но которому все-таки предстоит узнать, что он отец ее ребенка? «Дорогой сэр»? – едва ли. «Ваша светлость»? – смехотворно! «Клейтон»? – только не при таких обстоятельствах.
В конце концов Уитни решила вообще обойтись без обращения. Подумав еще несколько минут, она поспешно написала;
«К моему величайшему стыду, я обнаружила, что ношу ребенка. Поэтому прощу вас немедленно приехать, чтобы все обсудить. Уитни».
