- В зарослях засада? - напомнил Боремба. - Мы ударим, а они нам в спину.
- Мы на конях! - Карабичевский хотел сказать, что он думает о Борембе, но удержался, не время. - Если в зарослях кто и есть - побояться выйти. Но ударить надо сейчас, пока к ним подкрепление не подошло.
- Пережога-Лебедь.
- Оружие мы никогда не складывали и мятежным генералам не служили, - Пережога-Лебедь посмотрел в строну Пустоши, будто хотел убедиться, что генерал услышал его, и более никогда подобную глупость предлагать не станет. - Но и атаковать мы сейчас не можем. В засаде пикинеры. Кикиварды плохие солдаты, но копья у них длинные. Мы, конечно, прорвемся, но половину дружинников потеряем. Нам это ни к чему. Боремба прав. Надо выходить на лесную дорогу и быстрым маршем к Пифийбургу.
- Брамина-Старохватский.
- Королевская власть держится на баронах. Если мы соберем дружины, никакие кикиварды генералу не помогут. Даже, если мы э-э-э... разойдемся по замкам, Хавортия будет у нас, а не у Гроссерпферда. Думаю, он хочет собрать баронов южных земель и разделаться с нами. Потом так же поступить с северными. Сейчас он ждет, что здесь соберутся бароны южных земель. Или, хоть бы, большинство. Поэтому не атакует. Думаю - надо дождаться остальных баронов. Не бросать же их Гроссерпферду. И сразу э-э-э... - лесом, к Пифийбургу.
Ждать пришлось недолго. В течение часа подошли еще три отряда. Небольшие, человек по тридцать в каждом. Эти были экипированы попроще. Доспехи у всадников старые, потускневшие, сбруя у лошадей простенькая, без бронзовых фигурок и цветных кисточек, которыми были украшены лошади дружинников Оскарегона. Но сбруя прочная, надежная. Всадники одеты без шика (ни одного кафтана с вышивкой), но в добротные суконные куртки, удобные и теплые. Вновь прибывшие больше походили не на баронских дружинников, а на зажиточных поселян, прихвативших оставшееся от предков оружие и оседлавшие коней, на которых только вчера пахали.
- Это бароны? - удивился Максим.
- Бароны, не сомневайся, - заверил его Эмилий. - Они из самых южных земель. У них там жизнь другая и порядки несколько другие. Оскарегон Блюститель Традиций, он фальшивых баронов не признает.
- Самые настоящие бароны, - подтвердил Дороша. - У того, что в зеленой куртке и с длинным мечом, отец из старых матерых баронов. Постарше Оскарегона будет. Он бы и сам явился, но ноги у него болят, ходить не может. А это его сын, барон Яромунд Полянский. Яромунд свое баронство вместе со всеми регалиями на дно сундука спрятал и создал агрокомплекс. Нанял работников и зерно выращивает, породистый скот разводит. Полным уважением пользуется.
- Знаком с ним? - Максим уже не удивлялся. Он понял, что Дороша знает в Хавортии всех.
- Так Полянский построил мастерские по обработке кожи. А кожа товар серьезный. С кожей работать надо по-умному. Приходилось ему кое-что подсказывать. Он и сейчас за советом обращается. Такие вот дела.
- Проявляются зримые черты рационального хозяйствования, - определил Максим. - Неумолимо наступает капитализм.
- Куда им деваться, если черты зримые, - согласился Эмилий. - А что такое капитализм? - он потянулся за записной книжкой.
- Как тебе сказать... - Максим посоображал и убедился, что растолковать дракону, из другого пространства, что такое капитализм, не так просто. Даже если этот дракон не только разумный, но и Заслуженный библиотекарь. Тем более - в стране типичное средневековье с замками, баронами и засилием религиозных взглядов. - Идет постепенное изменение формации, возникают новые социальные классы. С одной стороны появляется пролетариат, у которого кроме цепей ничего нет, с другой - капиталисты, которые обладают средствами производства. Эти подгребают под себя весь капитал... - по задумчивой мордочке дракона Максим понял, что до Эмилия не совсем доходит и, кажется, не скоро дойдет. - Подробно сейчас некогда, - заявил он. - Я тебе потом расскажу. Лады?
- Хорошо, - с облегчением согласился дракон.
- Остальные тоже бароны? - спросил Максим у лепрекона.
- Конечно. Вот тот, большой, чернявый - барон Харитончик. Он тоже, как ты это называешь, в капитализм ударился. Его предкам прежний король большие леса даровал. Так Харитончик, вместо того, чтобы охотиться на оленей и кабанов, построил лесопилки и доски продает. Нарасхват идут. А тот, что сейчас с Оскарегоном разговаривает - барон Крумп. Он сады развел. Его фрукты даже к нам, в герцогство завозят. Остальные - это их дружинники. Времена такие, что если у кого хозяйство, то непременно охрану нужно иметь. Иначе разворуют или пожгут.
Оскарегон коротко ознакомил вновь прибывших баронов с обстановкой.
- Сколько усмирение этого генерала займет у нас времени? - поинтересовался Харитончик. - А? Я больше недели здесь задерживаться не могу. Дела. Надо новую пилораму ставить. Да... Кстати, бароны, кому из вас доски нужны? Ты, Брамина-Стародубский, собирался в своем замке ремонт делать. Да? Лучше моей доски тебе не найти. Мы в этом году дубовую освоили. Прочнейшая, ее и мечом не разрубить. Баронам скидка десять процентов. При крупном заказе доставка бесплатная.
- С ремонтом я э-э-э... несколько подожду, - Брамина-Стародубский с сомнением смотрел на Харитончика. - У тебя, барон, сколько пилорам?
- Две работают, третью закладывать будем, - с удовольствием сообщил Харитончик. - Да!
- Если мы Гроссерпферда не остановим, у тебя ни одной пилорамы не останется.
- Так я же ничего... Я не отказываюсь, - не смутился Харитончик. - Я что хочу сказать: давайте быстро успокоим зарвавшегося генерала. Да! Чего тут тянуть?! Раз мятежник, надо разжаловать и арестовать. Да! А то и выгнать за пределы королевства. И по местам. А? У каждого из нас, и без генералов, дел полно.
- Ты не слышал что барон Оскарегон сказал? - спросил Полянский.
- Как же не слышал, слышал?! Все я слышал. Я же не против. Да! За тем и пришел. Я только что говорю: давайте по-быстрому. А?
- У Гроссерпферда армия. Более двух тысяч кикивардов. А нас около трех сотен. Это ты слышал?
- Больше двух тысяч? - удивился Харитончик. - Этого я не слышал... Наверно отвлекся. Да. Мне новую пилораму ставить, я все время о ней и думаю. Определенно отвлекся. Больше двух тысяч - это много. Как же с пилорамой?
- Подождет твоя пилорама, Харитончик, - подсказал барон Крумп. - Надо Гроссерпферда остановить.
- Что вы ко мне пристали?! - возмутился Харитончик. - Я же - вот он. Да! Все бросил и прискакал. Давайте остановим. Вы тут, наверно, уже все продумали, - обратился он к Оскарегону и Брамина-Стародубскому. - Говорите, что делать?
Полянский и Крумп тоже смотрели на Оскарегона. По старшинству ему предстояло командовать дружинами баронов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
