Тереза поняла, что я не настроен на интимные игры и спешно вернулась к роли маленькой девочки.
– Братик подарит мне платье? Самое, самое красивое? – защебетала она, весело прыгая по комнате.
– Самое, самое, – согласился я. – А теперь постой смирно.
Девушка замерла, ожидая, что будет дальше. А я подошел к ней и положил руки на плечи. После чего ее тело стал покрывать лед. В первую очередь я покрыл ее всю ледяной коркой, чтоб избежать проблемы излишней гибкости ее костей, при излишнем весе, да и просто мне захотелось ее обездвижить.
– Братик, так не честно, пусти, – обиженно затараторила Тереза. – Ой!
– Молчи, – прошептал я, и девушка, уставившись в меня гневно страстными глазами, закусила губу, чтоб случайно не застонать. Просто я вспомнил о хорошем способе развития концентрации, да кого я обманываю? Мне просто захотелось ощутить тот коктейль эмоций, что сейчас бушует в головке Терезы, удивление, стыд, страх, и все это заслоняет собой страсть. Она первый раз испытала на себе мое умение контролировать лед. И сейчас каждая точка ее тела подвергается микро-воздействиям, вызывая у девушки дикое возбуждение и волны удовольствия.
Я видел, с каким трудом она пытается сдержать крики наслаждения, от чего заводится только сильнее, по подбородку побежала капелька крови, из прокушенной губы, мгновенно впитавшаяся в лед, а потом девушка посмотрела на меня особенно жарким взглядом, и ее глазки закатились. Все потеряла сознание от удовольствия.
Я прекратил воздействие, и занялся собственно тем, чем и собирался до того как мне в голову пришла идея немного подурачится, я стал создавать ледяное платье. Правда пока я его создавал, я сто раз успел пожалеть, о своем желании подурачится, поскольку девушка-то свою порцию наслаждения получила, а я, испытав вместе с ней все ее эмоции, только еще сильнее завелся, но приходилось терпеть.
Естественно я не мог создать платье, по типу тканевого, изо льда, точнее мог, но мне пришлось бы постоянно его контролировать, а это не выход. Поэтому я делал наряд из множества очень тонких ледяных цепочек, так оно будет подвижно и стабильно и без моего непосредственного контроля.
Начать решил с ног. Каждый пальчик обзавелся колечком, голень охватил браслет, после чего колечки и браслет я соединил слегка провисающими цепочками, на которые навесил множество тоненьких цепочек. Получилась замечательная обувь, Тереза предпочитает ходить босиком, вот я и предоставил ей такую возможность. Причем, не смотря на то, что она постоянно так ходит грязь к ней не пристает, а все благодаря знаниям алхимии. Со стороны это смотрелось так: из-под ледяного водопада торчат маленькие задорные пальчики, и создается ощущение наличия умопомрачительно сложных туфель.
Ножки я оставил открытыми, слишком они красивы, чтоб прятать такое сокровище. Талию охватил пояс, опять же из множества переплетенных цепочек, а уже к поясу крепились, свободно свисая, другие цепочки. Лед я постарался сделать максимально прозрачным, видно сквозь него не будет, но вот игра бликов на солнце будет обеспечена. Сначала я хотел сделать юбку до щиколоток, но потом передумал и закончил ее чуть выше колен. А голени я заключил в браслеты, изображающие древесную лозу, даже окрасил лед в соответствующие цвета. Чуть подумав, сделал некоторые цепочки в юбке разных оттенков зеленого, да так однозначно лучше.
Талию и грудь охватил небольшой корсет, составленный все из тех же цепочек, таким образом, он абсолютно не сковывал движения. Плечики и руки оставил открытыми, разве что на предплечье поместил браслет с моим гербом. Потом зафиксировал волосы, так чтоб они не лезли вперед и играли роль плаща, пришлось тончайшими ледяными цепочками оплести чуть ли, не каждый волосок, создавая задуманную конструкцию. Это была самая сложная часть работы.
Тереза пришла в себя еще, когда я работал над юбкой, и сейчас с детским восторгом и трепетом следила за моими действиями. Наведя последний марафет, я добавил к общему образу, маленькие сережки и ожерелье, и массивное кольцо в нос.
– Брааааатик, – обиженно заныла Тереза.
– Уже и пошутить нельзя, – притворно обиделся я. И убрал кольцо.
Зато вспомнив кое-что из прошлого, добавил на каждой цепочке юбки по колокольчику, тут тоже пришлось повозиться, подбирая структуру льда, для наиболее чистого звучания.
– Вроде все, – сказал я, освобождая Терезу из ледяного плена, – Нравится?
– ВииииХа! – непритворно завизжала от радости девушка. – Братик Ты замечательный! – после чего эта пигалица, в данный момент уже не играющая ребенка, а от радости действительно ударившаяся в детство задорно подпрыгнула и чмокнула меня в нос.
Я просто балдею от своей служанки, она как-то очень быстро поняла как себя со мной вести, и теперь делает именно то, что я хочу. При этом она все это делает искренне, и действительно счастлива переменой в своей судьбе.
Вот и сейчас она встала в вертикальный шпагат и принялась разглядывать свою обувку, а потом перевела внимание на юбку.
– Ничего не просвечивает, – констатировала она.
Конечно, не просвечивает, мне хоть и нравится обратное, но нельзя в этом мире совсем уж сильно эпатировать публику, пока нельзя, вот поднакоплю силенок, и будет можно.
Девушка еще минут пять кувыркалась по комнате, наслаждаясь своим задорно звенящим нарядом и развевающимися волосами, после чего озабоченно спросила:
– А как это все снимать?
Пришлось озаботиться созданием застежек, разве что прическа получилась несъемной, и ее придется создавать заново. Девушку сейчас переполняло искреннее счастье и радость от подарка, а вместе с ним появлялось и желание, она хотела отблагодарить меня более тесно. Но понимала, что сейчас не то место. Но решила все же немного схулиганить.
– Братик подними голову, – крикнула она и сделала сальто в мою сторону.
Я послушно поднял взгляд к потолку, и в следующее мгновение на мои плечи приземлились маленькие ножки, а я оказался укрыт куполом из волос и юбки. Ножки соскользнули вниз, и я страстно поцеловал влажные губки девушки (думаю не надо уточнять какие). Поцелуй длился лишь мгновенье, после которого Тереза завершила кувырок и оказалась передо мной, но даже этого мгновенья ей хватило, чтоб сбить дыхание и затянуть глаза легкой поволокой наслаждения. Мне тоже хватило этого поцелуя и я, едва не рыча, чуть не набросился на девушку, но в последнее мгновенье проснулся здравый смысл и отрубил сознание от эмоций и гормонов.
Потом пришлось, долго уговаривать Терезу снять наряд и не показывать его раньше времени девчонкам, а вот нечего от меня свои платья прятать, и плевать что плохая примета. С не показывать Тереза согласилась легко, а вот снимать отказывалась отчаянно. Утверждая, что в этом наряде ей тепло и приятно. Еще бы ей не было приятно, в этот лед столько положительных эмоций впиталось.
