нынче говорит молодёжь — менеджмента, ничего не получится. То, что хоть кого-то из вас перевезли на Марс, это уже хорошо. Но жопорукости ваших тогдашних лидеров это не отменяет! Такой прекрасный мир загубили… А, всё почему? Из-за банальной жадности. Использование энергетических и человеческих ресурсов во благо одного человека или же малой группы людей никогда ещё не приводила к успеху. Это всегда имеет плачевный финал. Сперва вилы и факела… А, затем энергетические бунты, диверсии и прочие ужасы пластикового мира. Ну, да черт с ним… Люди никогда не меняются. Редко, кто доживает до эпохи Осознания. Второй Ренессанс… Красивое время для высших умов. Но… как я уже говорил — это великая редкость. В данном случае ваш Энрико Ферми был… практически прав. Так… а где моё пальто?
— То есть, в большинстве своём люди кончают так же, как и мы?
— Либо ещё раньше. Ядерное оружие — это не только про ваш мирок. Да и не только ядерное. Во имя выгоды ведущие страны могут создать такой кошмар, что мне даже вспоминать не хочется. Уж поверь… я много такого дерьма повидал за свою жизнь, когда служил на Ба… Кхм… Ладно, это не важно. Нам пора идти.
— Кстати, о птичках… А, как нам отсюда выйти? — я отправил сообщение Невзорову.
— Аккуратно и не спеша. — ответил старик и поковылял к гардеробной.
Отдаленно, его маскировочный наряд напомнил мне ситуацию с Азуми-тян. Ну… когда она ещё прикидывалась девочкой-конфеточкой. Старое пальто, шляпа, как у детектива из нуара и медицинская маска. Дубликаты никогда не болели и уж тем более — не могли заразится от марсиан из-за полусинтетического организма. Так что, когда мы прошли на улицу через секретный тонюсенький проход, люди поглядывали на нас с удивлением. Конечно, старика Уилла никто не узнал… Но сам факт того, что тут был подозрительного типа человек в очках и маске на лице, вместе с ещё более подозрительным чуваком в страшном шлеме крайне сильно привлекал внимание.
— Че, пацан… Где твой говновоз? — спросил дед, оглядываясь по сторонам.
— Если честно, то моя Волжанка заглохла на подступах к городу… Так что поедем на такси.
— ЧТО?! — старик с возмущением повернул голову в мою сторону: — Вот ещё! На такси не наездился… Подготовленный посыльный блин! Ужинный Княжич!
— Давайте без лишних тирад, окей? Могу вызвать человека из участка.
— Не надо. — буркнул Уилл и направился в сторону миниатюрного пристроя: — Эх… Вот с людьми всегда так! Всё приходится делать самому.
В конечном итоге, мы подошли к самому настоящему «Запорожцу».
ЗАЗ-968, или как его ещё называли в народе — Ушастый, представлял из себя автомобиль первой малой группы. В детстве он казался мне очень несуразным и даже смешным. Отец рассказывал, что эти машины были крайне популярны во второй половине двадцатого столетия на всей территории Советского пространства! Большую роль сыграли цена и неприхотливость данного аппарата.
Когда мне доводилось видеть Ушастого на дороге, то почему-то казалось, будто ему не хватает мощности. Ехал крайне тяжело! Как будто тащил на себе непосильную ношу ответственности и… огромного количества лет за плечами.
— Не машина — мечта! — гордо произнёс дед: — Залезай! Прокачу с ветерком…
— А… Хорошо… — я открыл миниатюрную дверь и сел на крайне неудобное пассажирское кресло… стул? Табурет…
Салон явно был выполнен под заказ. Кожа-рожа-все дела! Даже страшно спросить, сколько создатель оранжереи выложил шекелей за сие «произведение искусства».
Когда Уилл снял маску и исказил рот в жуткой улыбке Мефисто, внутри меня начала теплиться надежда, что мы оказались внутри настоящего вигилантского автомобиля. То есть, позади стоял какой-нибудь трехцилиндровый, турбированный мотор от «Мини Купера». А под задним диваном наверняка спряталась бутылка с закисью азота, как в старых частях «Форсажа», но…
— Быр-бых-б*я-бых-бых-быр-тыгыдык-тыгыдык-тыгыдык! — донеслось со стороны двигателя.
Это не «Мини Купер». И даже не «БМВ». И не «ВАГ-групп» со своими турбированными 1,4… Это самый настоящий МеМ3-968. То есть — оригинальный двигатель от Ушастого, только переведенный на биодизель.
— Поехали! — обрадованно воскликнул дед, и машина со скрипом и великим усилием кое-как выкатила на дорогу.
Помнится, сосед по родительской даче — Дядя Жорик, как-то, во времена моего глубокого детства, купил себе такую тачку. Правда… покататься так и не смог. После пробного запуска двигателя, бегал с ключом и тряпочкой, что-то натирая и подкручивая в стареньком МеМе… Я тогда украдкой наблюдал за ним. Интересно был, что жуть.
— Кстати, а когда вы прилетели на Марс? — поинтересовался я.
— Вместе с Невзоровым. — ответил дед, со всей силы вжимая педаль тормозов в пол перед светофором: — А что, думаешь, он тут всё один отстраивал?
— И даже не спали?
— Нет. Зачем? Для меня эти несколько сотен лет за работой пролетели быстро. А потом и дубликаты начали появляться.
— А чем вы занимались?
— Помогал поддерживать терраформирование. Следил за флорой и фауной. Тяжко было… Нам пришлось прибегнуть к экспресс-курсу. Обычно на такое уходит от десяти до двадцати пяти тысяч лет. А тут пришлось ускоряться. Как следствие — большую часть планеты занимает Пустошь. И её переделывание происходит крайне медленно…
— А как вы встретили первых людей?
— Если честно — со страхом, что не приживутся. Невзоров очень переживал. Но… в итоге всё вышло куда лучше, чем мы предполагали. А когда начали появляться первые настоящие марсиане — дело пошло в гору. Забавно, что Невзорову пришлось практически с нуля изобретать медицину.
— Как это? — удивился я.
— Марсиане были чудом для всех нас. И многие болячки, которые проявлялись из-за адаптации были не изучены. Путём проб и ошибок, у Невзорова получилось всё наладить. Правда… народу тогда полегло… ужас. Но об этом стараются не говорить. Увы, оно того стоило. Во имя будущего.
— Погодите… — я напрягся: — В смысле, полегло?
— Ну, рождался больной ребёнок. Невзоров давай его лечить. Оп! Не получилось. Упустил. И так шло, пока он не вывел все нужные формулы. Другого-то выбора не было! Или что, думаешь — прилетел из другой галактики и сможешь спокойно прогрессорствовать со своими медицинскими технологиями, которые применялись там на совершенно других живых существах? Ага! Хрен там! Но ты не
