Читаем без скачивания Отзвуки серебряного ветра. Мы – есть! Вера - Иар Эльтеррус

– Здравствуй, Мреки! – поздоровался дварх-адмирал. – Как там у вас дела?

– О, Кир! – откинула волосы с лица девушка. – Я тебя и не заметила. Рада видеть! А дела? Все в порядке, сегодня вылупилось восемнадцать тысяч только на первом пляже. Кстати, это твой малыш. Мы его в группу Рансита отдаем, там неплохая поливидовая компания подбирается. Рансит – воспитатель опытный, справится. К тому же, ему сейчас Р'Сана Варнис помогает.

– Ну, если сама Р'Сана, я спокоен, – рассмеялся Кир, – лучше этой драконочки с новорожденными никто работать не умеет. Что с нужными качествами?

– Эмпатия врожденная! – восторженно ответила девушка, ее глаза горели радостью. – У всех до единого! Еще в яйцах!

– Порадовала старика, – развел руками дварх-адмирал. – Ох, порадовала!

– Старик нашелся! – фыркнула она. – Ты по делу или проведать малышей хотел?

– И то, и другое. Я сейчас в Гнездах и хотел показать сородичам наши Берега Рождений. Позволь представить тебе Тесеш-Вагрина, главу клана темных отцов.

– Здравствуйте, уважаемый глава клана, – склонила голову девушка, хотя в ее глазах прыгали бесенята. – Очень рада с вами познакомиться. Меня зовут Мреки Спангехи, я – надзирающая за Берегами Рождений планеты Варальф.

Ее гварких'э был безупречен. Темный отец с удивлением смотрел на человеческую самку, нежно баюкающую что-то лопочущего маленького гварда. Она обращалась с ребенком на удивление нежно и умело, он и сам не сумел бы лучше.

– И тебе не противно возиться с детенышем другого вида? – мрачно спросил Тесеш-Вагрин.

– Что такое: «другого вида»? – снова рассмеялась Мреки. – Мы – аарн, и этим все сказано. А дитя? Оно дитя, к какому бы виду ни принадлежало. Тебе, наверное, трудно понять, но это так. Мы иные, нам неинтересны любые предрассудки внешнего мира. Наши дети растут вместе – люди, гварды, арахны, драконы, эльфы, орки. Появятся иные разумные расы – значит, и их дети будут расти вместе с остальными и учиться не нести другим боли и горя.

– Ты сказала, что дети вылупились эмпатами. Разве так бывает?

– У нас – бывает. Мы все эмпаты и ощущаем чужие чувства, как свои собственные. Именно потому нам так трудно находиться во внешнем мире, среди вас, способных и желающих нести другим боль и горе.

– Если ты говоришь правду, мне понятна причина вашего изоляционизма… – еще мрачнее пробормотал Тесеш-Вагрин. – Что ж, ты делаешь благое дело, ухаживая за детьми. Да будет с тобой милость Вершащего Суть!

– Желаю вам того же, уважаемый глава клана, – улыбнулась девушка. – Приношу свои извинения, но вынуждена попрощаться, у нас начинается рождение на третьем пляже.

Она кивнула и отключила связь. Голоэкран погас.

– Вот так у нас, – развел руками Кир-Ванег. – Я спокоен за своих детей, они в надежных руках. Конечно, после этой экспедиции я обязательно отправлюсь туда, к тому времени все мои малыши должны вылупиться.

– Мне все равно трудно это понять, – вздохнул темный отец. – Но вы действительно другие. Может быть, это и правильно – жить вместе с другими расами?

– Без эмпатии – невозможно. К сожалению, невозможно. Только если не можешь причинить другому боли, потому что станет больно тебе самому, можно жить рядом с теми, кто совсем не похож на тебя.

– Наверное, ты прав… – покивал Тесеш-Вагрин. – Мне трудно судить о том, чего я не испытал. Но ведь ты не был эмпатом, когда ушел в орден. Как же ты им стал?

– Существует так называемое Посвящение, во время которого набранные в разных мирах новички становятся истинными аарн, – ответил дварх-адмирал. – Они многое получают, и после Посвящения уже не способны жить вне ордена – слишком больно. Если хочешь, можем подробно поговорить в неофициальной обстановке. Кое в чем ты тоже прав, и то, что я могу сказать тебе наедине, я никогда не скажу при всех.

– Да, я хотел бы этого разговора, – внимательно посмотрел на него Тесеш-Вагрин. – Поэтому согласен. Вернемся теперь к нашему делу.

– Я слушаю тебя.

– Наши боевые флоты на данный момент идут к этой планете. Здесь они и сдадутся. Координаты верфей, военных баз и оружейных заводов на этих кристаллах. Персоналу отданы приказы не сопротивляться. Когда мы можем надеяться на постройку первых центров исцеления?

– Как только флоты будут разоружены. Через два стандартных дня после этого мы вырастим первый центр. Также отберите лучших молодых биологов, врачей и генетиков для обучения в наших университетах. Единственное к ним требование – терпимость к представителям других разумных рас.

– Найдем, – кивнул темный отец. – Им предстоит учиться вместе с людьми?

– Не только, – покачал головой Кир-Ванег. – Драконы и арахны тоже будут. Возможно, еще кое-кто из орков. Главное, чтобы гварды научились ценить разумного не за то, из какой он расы, а за его достоинства.

– Это непросто… – вздохнул Тесеш-Вагрин. – Но ты прав, этому можно научиться.

– Всему можно научиться, – согласился дварх-адмирал. – Ответь мне на один вопрос. Кто такие темные отцы и для чего понадобилась ваша организация? Насколько я могу судить, клану темных отцов не одна тысяча лет.

– Ты снова прав. Нам больше шести тысяч циклов. А кто мы и для чего нужны? История клана началась во время Тарканской войны, когда территория Гнезд уменьшилась почти втрое. Гварды оказались на грани гибели, и тогда бывшие Родители Гнезд и старые ученые решили организовать тайный властный клан, способный прийти на помощь своим детям в самом крайнем случае. Втайне были созданы научные и производственные комплексы в ненаселенных и труднодоступных звездных системах. О нашем существовании знают только Родители Гнезд и высшие жрецы. В трудные моменты мы приходим на помощь и снова исчезаем бесследно. Однако легенды о «темных отцах» все-таки появились, несмотря на весь режим секретности. Остальное я скажу тебе наедине.

– Хорошо, – кивнул дварх-адмирал. – Я рад, что мы пришли к взаимопониманию.

– Один только вопрос еще. Почему орден так ненавидит войны? Какое вам дело до того, что кто-то и где-то воюет? Ведь вас они не трогают.

– Какое дело?.. – задумчиво протянул Кир-Ванег. – Понимаешь, когда одновременно умирает много разумных, то энергия их боли и ужаса создает силу, именуемую в нашей среде инферно. Есть еще так называемый закон равновесия: создавший инферно всегда получает его обратно и в десятикратном размере. Но при этом образуются новые слои инферно, и все идет по кругу. Знаком ли ты с прогнозом Альтера? Проверял ли его?

– Проверял… – проворчал Тесеш-Вагрин. – К сожалению, он достоверен. Но мы не могли оставить безнаказанным уничтожение трех гвардианских планет, именно потому решили атаковать Трирроун. Потому позволили себе раскрыться, прекрасно понимая, что орден уничтожит наш флот. Однако надеялись, что успеем нанести убийцам равнозначный ущерб.

– И наказали невиновных.

– Знаю, – скривился темный отец. – Этот грех нам искупать очень долго. Но мы его искупим – республика имеет право требовать всего, чего пожелает. Мы и слова не скажем, выполним любое их требование, если только оно не будет унизительным. И обещаю тебе, что обманувшие нас будут наказаны. Тем или иным образом. Пусть нескоро, но будут. Такого не прощают.

– Согласен, не прощают, – кивнул Кир-Ванег.

– Знают ли в ордене, что ваш враг приручил корабли-убийцы?

– Знают, – мрачно ответил дварх-адмирал. – Хотя никто не понимает, как это ему удалось. Мы больше вас знаем о том, что такое мета-корабли и откуда они взялись, но это знание не помогает нам понять.

– Мы тоже знаем о войне народа Девир и Кер'Эб Вр'Ан. Но очень мало, только сам факт того, что она была.

– Откуда, интересно… – пробормотал Семен себе под нос, однако его услышали.

– Да все оттуда же, – иронично осклабился Тесеш-Вагрин. – От вашего врага. Он, уничтожив нашу базу, захватил пленных и предложил им сотрудничество. После чего отпустил. Тогда мы еще не знали, что именно его организация курировала Проект, и он же подбросил нам информацию об уничтожении Трирроуном трех планет. Теперь знаем. После совершенного им союз между нами стал невозможен.

– Да, Проект создавался на деньги СПД.

– Этого мы им не простим. Мы бы поняли, если бы они вывезли население в резервацию. Поняли и простили. Но уничтожение кладок? Нет, такого простить мы не можем. Ты сам гвард и должен понимать почему.

– Прекрасно понимаю, – кивнул дварх-адмирал. – Проект, кстати, не только гвардов уничтожал, но и людей. На планете Фарсен, например, десять лет шла война, фарсенцы отчаянно защищали свою родину. Их погибло четыре миллиарда. Сил сопротивляться у бедняг не осталось, они решили было взорвать на своей территории сотни ядерных бомб, чтобы сделать планету непригодной для жизни, но им повезло – пришли мы. И теперь фарсенцы ненавидят всю внешнюю галактику. Кроме ордена, естественно.

– Совершенно справедливо, – вздохнул темный отец, разведя руками. – Я их хорошо понимаю. Если бы, кстати, Фарсен обнаружили мы, то тоже оказали бы аборигенам помощь, несмотря на то, что они люди. Сражающимся за свою родину грех не помочь, Вершащий Суть такого не прощает.