Во второй половине дня подкомитет должен был заслушать сообщение Маттиаса Хаугена, чиновника налогового департамента. Гонора недоумевала, зачем его вызвали и что важного он может сообщить. По залу пронесся шепот. Стараясь сохранить спокойствие, Гонора не обернулась. Самое лучшее не вертеть головой, чтобы не попасть в объектив телекамеры. Однако головы всех сидящих на возвышении повернулись в сторону двери, а лицо Моррела просто расцвело в улыбке.
— Господи, — прошептал Курт, — не может быть.
Гонора резко обернулась. В дверях стояла Кристал. За ее спиной находились Александр, Гид и Энни.
Взгляды Гоноры и Кристал встретились. Рот Кристал был крепко сжат, на лице застыло хорошо знакомое с детства выражение — попробуй останови меня.
Моррел постучал молоточком по столу, призывая к тишине.
— Я уверен, что мистер Хауген уступит свою очередь нашему новому свидетелю — мистеру Александру Талботту.
Александр уверенным шагом подошел к свидетельскому месту. Трое крепких молодых мужчин взяли его в полукольцо, внимательно вглядываясь в зал.
Кристал опустилась в кресло между Гидом и Энни. Ей стоило большого труда взять себя в руки и не увести всю свою семью из зала заседаний — тревожный взгляд больших темных глаз Гоноры смутил ее. Но почему бы им и не быть здесь? Что плохого в том, что Александр скажет несколько слов? Престиж компании «Талботт» прежде всего, а уж потом родственные чувства. Да и потом, все давно знают, что Гонора и Курт не живут вместе и что она приехала только для того, чтобы поднять его репутацию, пошатнувшуюся из-за связей с многочисленными девочками.
— Господин председатель, — начал тем временем Александр, — я благодарен вам за предоставленную мне возможность выступить. Наша семья приглашена в Белый дом, и моя мать, президент компании «Талботт», решила воспользоваться этим случаем, чтобы пролить свет на некоторые вещи. Нам нечего скрывать от широкой общественности. Проблема взяток требует самого серьезного внимания, и мы считаем, что виновные должны быть наказаны по всей строгости закона. Совсем недавно мы столкнулись с «Уотергейтским делом», в котором было замешано само правительство, что свидетельствует о порочности государственно-политических институтов американского общества и большого бизнеса. Моя мать, мой брат, его жена и я считаем необходимым продемонстрировать всей стране, что у нас существуют компании, которые честно ведут свой бизнес.
Голос Александра был спокойным, тон — назидательным, он как бы беседовал с аудиторией, рассуждая вслух.
— Большое спасибо, мистер Талботт, — сказал, улыбаясь, Моррел. — Большое спасибо и вам, миссис Талботт. Мы вам очень признательны.
«Старый развратник», — подумала Кристал, вспомнив, как Моррел не сводил глаз с ее груди, когда пришел просить их выступить на слушании.
— Правда, я не могу похвастаться тем, что наша компания никогда не выплачивала мелких сумм иностранным чиновникам, — продолжал Александр. — К сожалению, то, что говорили здесь мистер Айвари и другие свидетели, — правда. Не все страны похожи на нашу. Так, например, если у вас бизнес в Индонезии, то, чтобы дозвониться из одного города в другой, вам непременно придется небольшую сумму заплатить работникам местной телефонной станции. — Александр виновато посмотрел на мать, как бы извиняясь за то, что ему приходится раскрывать маленькие тайны, о которых она не знала. — Большинство видов взяток связано с местными обычаями, и очень часто американские бизнесмены, стараясь не нарушать законы нашей страны, бывают связаны по рукам и ногам. Мне кажется, что нашим законникам стоит подумать над этой проблемой и разрешить нашим бизнесменам выплачивать незначительные суммы местным чиновникам в соответствии с установившимися там обычаями.
Моррел небрежно повел рукой с зажатой в ней сигаретой, показывая тем самым, что речь не идет о каких-то мелких суммах.
— Наш комитет, мистер Талботт, — лицо пожилой женщины-конгрессмена расплылось в улыбке, — ставит своей целью определить размеры сумм, достаточных для того, чтобы наши компании могли успешно вести свой бизнес за рубежом, не оглядываясь на законы.
Александр с улыбкой осмотрел зал, как бы призывая всех в свидетели.
— Компания «Талботт» много строила за рубежом, но нам никогда не приходилось прибегать к необходимости давать крупные взятки и другим незаконным действиям.
— Испытывала ли ваша компания затруднения в связи с этим? — спросила женщина-конгрессмен.
— Бессчетное число раз, особенно в странах Среднего Востока. Правда, там у нас пока не было крупных контрактов. Для компании «Талботт» деньги всегда стояли на втором месте. Мой дед начинал свой бизнес с десятком мулов. Он был необыкновенно честным человеком и учил этому своего сына — моего отца, для которого честное ведение дел и забота о клиентах играли первостепенную роль. Этому он учил нас с братом. Моя мать продолжает традиции компании «Талботт». Для нас честность прежде всего.
— Как приятно слышать такие слова, мистер Талботт, — сказал Моррел.
— Я готов честно ответить на все ваши вопросы, мистер Моррел, — продолжал Александр, — и, если понадобится, представить все наши бухгалтерские книги.
— Наше заседание подходит к концу, — сказал Моррел, — не могли бы вы выступить завтра утром, мистер Талботт?
— К сожалению, утром… у нас частный визит, но во второй половине дня с большим удовольствием, — ответил Александр.
Кристал почувствовала, что бледнеет.
Глава 67
Кристал то и дело смотрела на часы. Старый механизм работал исправно, но ей казалось, что стрелки остановились. Вот и сейчас минутная стрелка застыла на тридцати семи минутах двенадцатого, никак не желая сдвинуться с места.
Александра до сих пор не было дома.
Закончив свое выступление, он подошел к семье, поцеловал мать и Энни, после чего сразу исчез. На обед он не явился. Кристал едва дождалась окончания обеда и сразу же после кофе отправила Митчела на поиски Александра, у которого было три близких друга в высших структурах власти. Гид попытался вывести мать из тревожного состояния, обратив внимание на ее фотографию в вечернем выпуске газет, но Кристал лишь раздраженно отмахнулась. После обеда Энни начало клонить в сон, и вскоре они с Гидом ушли. Как только их шаги стихли на лестнице, Кристал отбросила журнал и задумалась. К ней вернулись прежние страхи, что в ходе слушания всплывут темные дела их компании. «Почему Александр не предупредил меня, что собирается и дальше давать показания? — размышляла она. — Что они там задумали с Моррелом? Где он может сейчас быть?» Ответ на последний вопрос пришел сам собой — с очередной девицей.
