когда я заснула, мне приснилось, что мы никуда не уезжали из дома с гаргульей и снова лежим в обнимку. Это был очень хороший, такой умиротворяющий сон.
Утро меня встретило грохотом решетки, по которой пинал стражник. Увидев, что я проснулась, он приоткрыл дверь и ловко зашвырнул в мою сторону какую-то измятую кастрюлю. Подтянув ее поближе, я обнаружила склизкое месиво, явно возомнившее себя кашей.
— О! Вкусняшка! — Прохрипела я, проклятый ошейник все еще давил мне на горло. — Вау! Прямо то, что нужно с утреца. А кофе у вас тут тоже зашвыривают с разбегу?
Стражник одобрительно ухмыльнулся, зачем-то поглядел в сторону лестницы, приоткрыл дверь снова и протянул что-то на своей огромной ладони. Издевается небось. Сейчас я подберусь поближе, а он руку отдернет.
— Не бойся! — Прогудел он. — Держи! Ты первая, кто не проклинает меня. Неплохо держишься, ведьма.
— Джуди, — укоризненно заметила я, — меня зовут Джуди. И если это еда, то пусть все светлые боги благословят тебя, причем каждый по два раза.
Стражник расплылся в еще более широкой ухмылке и качнул рукой. С трудом поднявшись, я шагнула и осторожно потянулась к нему. Это был кусок хлеба. Обычный кусок хлеба, белый, свежий, явно не из арестантского рациона.
— Спасибо, — уже безо всякого кривляния, тихо сказала я, вгрызаясь в хлеб.
Недолгое время спустя он снова пришел за мною, молча вывел и куда-то повел меня, слегка придерживая за плечо. Мы поднимались все выше, я при этом спотыкалась все чаще на непослушных ногах, стражник каждый раз ловко поддерживал меня. Кто бы мог подумать, что он такой славный малый! Мы пришли в большое светлое помещение, изумительно украшенное картинами мельчайшей мозаики. Я так старательно крутила головой, разглядывая их, что только услышав тихий смешок, поняла, что уже не одна. Обернувшись на звук, я невольно отступила, оробев — передо мною, собственной персоной, стоял король.
— Нравится? — Прогудел он и потер свой нос. — А я тебя узнал. Это ты мне тогда нос сломала тем подносом.
— Простите, ваше величество, — бесцветным голосом ответила я, — я не думала … не знала … не хотела …
— Да брось! — Он подошел поближе, заставив меня нервно дернуться, и потрепал по голове. — На самом деле я ничего такого не заставил бы тебя сделать. Просто это была шутка такая. Ну скучно мне тут, в этом дворце, понимаешь? Правда, я тогда здорово разозлился и решил, что день-другой в темнице тебе не помешает. А нос мне вылечил мой маг-целитель. Смотри — правда красивый?
Я поглядела: нос как нос. Безо всяких следов от пивного подноса и других травм.
— А вы все-таки тролль, ваше величество, — выдавила я из себя и жалко улыбнулась, мне было здорово не по себе.
— Почему — тролль? — Удивился тот и преувеличенно осмотрел себя. — Я вроде бы человек. А, Рандаргаст! Наконец-то! Давненько не встречались, рад тебя видеть!
У меня дрогнули колени и я едва не села на пол, боясь обернуться и встретиться с Рандаргастом взглядом. Он встал у меня за спиной и я ощутила его дыхание у себя на шее. Сердце мое вдруг задергалось, заныло, настоятельно требуя, чтобы я придвинулась к нему.
— Я тоже рад нашей встрече, ваше величество, — вежливо ответил Рандаргаст.
— Так это твоя подопечная мне нос сломала? — Весело спросил король и сверкнул глазами в мою сторону. — Ничего себе девчонка, смелая! Первая, кто дал отпор моей наглости, остальные-то на все соглашались! — И он утробно захохотал, откинувшись назад всем телом. Я стояла застыв, боясь двинуться, даже спина заныла. Мне отчего-то было страшно взглянуть на Рандаргаста. Вчера я пила силу магического океана через его сердце, причиняя ему боль. Ничего себе такая любовь — вроде как у сладкоежки к торту.
— Да, так вышло, что она моя, — двусмысленно ответил Рандаргаст. Мне до пронизывающей боли захотелось, чтобы он прикоснулся ко мне. Придвинулся поближе. Но он тоже держал дистанцию. Верно, переживает из-за того, как окончилось наше свидание вчера. А может быть в присутствии короля просто неуместно тискать преступницу, которую он же сам и конвоировал сюда? Не знаю. Хуже всего мне было даже не из-за мысли о казни — нет, к ней я уже привыкла, — а больше от невозможности коснуться Рандаргаста.
— Так, тааак, — протянул король, прищурился и отчего-то потер ладони, — ну-ка, ну-ка, расскажи, чего она там нашалила?
И король вальяжно развалился на кресле, с прикрытыми глазами, будто ожидая начала любимой телепередачи.
— Много чего, ваше величество, — сухо ответил Рандаргаст, — да вы сами можете почитать, протоколы я взял с собой.
— Арксан что ли поделился? Этот мерзавец с глазами мертвой змеюки? — Удивился король.
— Нет, я сделал копии для него, а это — оригинал. — С этими словами Рандаргаст шагнул вперед, на мгновение коснувшись меня плечом, и протянул бумаги королю. От этого мимолетного прикосновения у меня внутри что-то вспыхнуло — сладко, больно, щемяще.
Король принялся читать, поминутно откидываясь на спинку кресла, хохоча и грозя мне пальцем:
— Ай, ведь дерзкая, а! Как она тебе, Рандаргаст? Ты посмотри, чего творит, а! — Вскрикивал он, получая сущее удовольствие от чтения. Ну да, я там развлекалась в полный рост, помнится. Довела Рандаргаста до белого каления, а он меня — до судорог и обморока. Но сейчас я видела что он застыл в какой-то неестественной, деревянной позе, хоть и стоял спиной ко мне. Кажется, ему было неловко. Дочитав до последней страницы, хихикающий и утирающий слезы король вдруг резко прекратил улыбаться. Близоруко поднес лист поближе, вчитываясь, затем покачал головой и отложил бумаги.
— Послушай, Рандаргаст, но ведь это нужный человек, — король коротким взмахом руки велел Рандаргасту отодвинуться — тот покорно сделал шаг в сторону, — погляди на нее. Давай, погляди. Ты видел, что она умеет, ведь верно? Это больше чем все, что сотворили мои придворные маги за каких-нибудь десять скучных поколений. Она живая, эта девочка. И веселая. Она меняет наш мир так, что это не делает его страшным. Разве нам не нужны такие маги?
Рандаргаст молчал, опустив голову. Король продолжил:
— Мир держался на драконах — они творили невиданное, но после начали враждовать и поубивали друг друга. После драконов пришли маги с ведьмами и начался сущий хаос. Тогда нам — моим предкам — пришлось создать этот проклятый Орден, чтобы сдерживать их. И мы снова совершили ошибку, потому что Орден карает, но не создает. Возможно, будущее за такими ведьмами как эта веселая девочка. Мир должен меняться, а значит должны быть и те, кто могут его менять. Что в этом плохого?
