Дэн кивнул. Умащиваясь у костра, искоса взглянул на эльфа, подивился, что уши обычные, как у людей. Доспехи, кожаные с железными бляшками, туго обтягивают стройную фигуру. Держится гордо, даже надменно, ножны с мечом из рук не выпускает.
– Спасибо, но смерти я не боюсь, – тихо проговорил Дэн.
Воин улыбнулся:
– А кто ее тут боится? – Тут же запнулся, быстро добавил: – Кстати, туша гарпии за тем валуном, тебе ведь нужно принести голову. Не забыл?
Маг удивленно покосился.
– Верно. Ты бывал в том городке?
– Конечно, все бывали и брались за это задание.
– Кто все?
Эльф снова загадочно улыбнулся, узкие глаза хитро заблестели.
– Ну… странники, путники, наемные воины…
– И что, никто не мог справиться?
– Почему же? Чаще всего убивали, приносили головы, получали награду…
– Так, значит, тут целое гнездо этих тварей! – спохватился Дэн.
Легкая, но крепкая ладонь Хидео легла на плечо мага.
– Все не так просто, как тебе кажется…
Хидео замолк, направив взгляд в язычки пламени, но молодой маг смотрит требовательно, и эльф продолжил:
– Понимаешь, этот мир своеобразен, у него своеобразная физика…
Дэна как молотом шибануло. Еще не понимая, с чего бы так пробрало, схватился за голову:
– Точно, физика… квантовая физика!
Парень зацепился за слово и начал распутывать клубок мыслей, в памяти всплыли образы: семья, друзья, универ, Ирина… Мир раскололся, с разума словно пелена спала.
Брови Хидео медленно поползли вверх, в глазах ясно читались удивление и интерес.
– Как я… Да что со мной? – промямлил Дэн. – Это же все не настоящее… это игра, виртуал.
Хидео покачал головой, скрывая ухмылку.
– А ты… а ты, – пробормотал Дэн, по-новому взглянув на Хидео, – какой из тебя эльф? Ты же просто китаец. Или японец. Меч вон самурайский.
Хидео от души расхохотался.
– Я удивлен, такого еще не было.
– В смысле?
– Я не встречал пока никого, кто бы отрекся от этой реальности.
– Но это не реальность, – взмолился Денис.
Японец опустил веки, вид стал задумчивый и отстраненный.
– Нет, Дэн, это тоже реальность, ты же в ней жил, ты же физически ощущал ее.
– И что? Мое тело ведь там! Оно умрет, и мое виртуальное «Я» тоже.
Хидео пожал плечами, опустил взгляд в пляшущие язычки пламени. Денис сосредоточился, попытался разорвать связь сознания с игрой. Тревога нахлынула ледяной волной, разрывать было нечего, связь не ощущалась. Денис не чувствовал виртуала, будто находится в реальном мире. Тело прошибла дрожь. Парень передернул плечами, понял, что его тело там, в реале. Оно раскинулось в кресле, со стороны похоже, будто он в коме, он не может распахнуть глаза и мигом оборвать связь с киберсетью, потому что глаза – вот они, тут, а не там. Сознание упрямо твердит, что реальный мир здесь – звуки, краски, запахи, а там, где он в кресле, подключенный к киберблоку, – некий сон, блеклое мимолетное видение. Дениса заколотило.
– Эй, Дэн, – тревожно окликнул Хидео и схватил парня за плечо, – успокойся. Все нормально, связь восстановится, нужно подождать.
Денис сфокусировал на нем шальной взгляд, медленно кивнул. В бледное лицо начала возвращаться краска.
– Вос-становится?
– Да, – подтвердил Хидео, – сознание врезалось в структуру этой реальности и отринуло ту, другую.
Дениса покоробило, что японец продолжает считать эту реальность равной настоящей.
– Получается, все, кроме нас, стали пленниками этой игры? – ужаснулся он, в памяти всплыли сообщения новостных каналов и сайтов о застрявших в виртуальной реальности людях. Врачи не рискуют физически разрывать связь между имплантами и мозгом, феномен пока не изучен, поэтому просто поддерживают жизнедеятельность тел, как спящих в летаргии.
Хидео пожал плечами.
– Я не сказал, что все, я сказал, что не встречал пока тех, кто бы осознал, что они тут гости. Да и почему пленниками? Здесь их жизнь, их враги и друзья, ненависть и любовь, важные для них дела и подвиги – все то, что, быть может, не имели в прежней жизни. К тому же здесь это ярче, насыщенней, интересней. Но твоей эта реальность почему-то не стала…
Денис задохнулся от возмущения:
– Но они же не понимают…
– Тебе не понравилось здесь? – прервал его Хидео, в голосе нотки грусти.
– Нет… нет, этот мир прекрасен, – искренне ответил Денис, – здесь чудесно, даже сейчас я это понимаю, признаю, чувствую, вижу! Но, как все прекрасное, это не может длиться вечно. В конце концов, их тела в реальном мире истощаются. Не всех же выявляют? Как долго они протянут?
Хидео подобрал прутик, с задумчивым видом пошурудил кончиком багровые угольки у края костра.
– О них позаботятся там, – наконец ответил он, – обо всех. Система мониторинга и контроля за самочувствием сбоев не дает. Да и современное общество, несмотря ни на что, все-таки отзывчиво.
– Но это эгоистично, – парировал Денис.
– Может быть. Но так же эгоистично отбирать мечты, надежды! Разве общество поступает не эгоистично, оставляя множество людей без работы, без любимого дела после каждого кризиса или внедрения новых технологий, вытесняющих человеческий труд? Людям нужно чем-то заниматься, к чему-то прикладывать силы. А это становится все сложней в мире, в котором большинство не успевает осваивать новинки, изобретения, технологии. Людям нужен якорь, нечто постоянное, держащее их личность собранной воедино.
Хидео замолчал, всматриваясь в пляску огня. Денис тоже молчал, наблюдая, как на лице азиата играют отблески пламени.
– А разве справедливо, например, – заговорил японец снова, – что близкие нам люди умирают? Как справиться с этим? Как забыться?
Денис хмуро пожал плечами, проговорил:
– По-твоему, бегство от реальности – это решение проблемы?
– Отчасти. Среди здешних игроков есть такие, которых в реальном мире не ждет ничего хорошего. А здесь они находят свои мечты.
– А ты? – спросил Денис сухо. – Что держит тебя здесь? Ты ведь понимаешь, что этот мир не реальность!
Хидео вздохнул, на губах зетеплилась улыбка:
– Мне здесь просто нравится. Этот мир реальнее, чем тот, в котором мое физическое тело. Здесь, вообще в виртуале, реальность намного реальнее, она ограничивается лишь фантазией каждого. Ведь так?
Денис кивнул.
До утра Денис и Хидео сидели у костра. Японец рассказал, что эту игру создал по-настоящему гениальный человек. Он работал над многими игровыми проектами, привносил в них свежие идеи, но самые гениальные и революционные никто не хотел воплощать, слишком уж инновационными они были, слишком рисковыми в мире бизнеса, где правит доход. Его идеальный игровой мир остался у него в мозгу. Он пытался создать свою фирму по разработке байм, но ничего не вышло, новатор обанкротился, закупленные серверы ушли на погашение кредитов. И тогда он, пользуясь мощностями нейроимплантов и подключаемых внешних модулей, начал создавать сервер в своей голове. Он не выписывал всех мелочей, но сделал общий скелет, программную архитектуру, а весь игровой мир и геймплей развивался на воображении новых игроков. Каждый привносил нечто из своих фантазий, движок игры вытаскивал эти фантазии из закоулков сознания и реализовывал в виртуальной реальности. Оттого этот мир и был так притягателен для любого новичка, каждый видел в нем нечто родное и погружался в него так глубоко, что этот мир становился реальностью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
