— Проклятье… значит мы в лучшем случае сможем на тех излишках перезимовать, но запасти достаточно для нового рывка нам не хватит…
— Верно пресветлый… придется остаться и на лето, чтобы самим что-то вырастить, а значит и следующей зимой здесь придется зимовать…
— И не факт, что нам удастся вырастить продовольствия достаточно, чтобы вырваться отсюда раз уж местные себя не могут обеспечить и мы здесь застрянем навсегда.
— Верно.
— Гадство!
Вместе с первыми поставками продовольствия, что закупили в монастырях, стали возвращаться на свои хутора аборигены. Пока только мужики да старики. Алексей, насел на них с расспросами, ведь все жители занимались рыболовством, а значит знали течения, что омывают Исландию как свои пять пальцев. Ну и ветра конечно, сезонные изменения направления устойчивых потоков. Более того, ему повезло, старик, коего он расспрашивал, побывал даже в Гренландии.
— Внезапным штормом далеко на запад снесло, как жив остался сам не знаю…
— А в Америке был?
— А зачем? В женщинах у нас недостатка нет, вот мой прадед и дед там бывали с прочими парнями…
Присмотревшись, Алексей и правда отметил несвойственные для североевропейцев, кои являлись главными колонизаторами острова, черты лица. Тот же нос с горбинкой и черные волосы.
«Так он на какую-то долю индеец!» — понял парень.
Залив, в котором встала «Звезда Велеса» назывался Островным фьордом, а сам островок в нем — Дом. Впрочем, тут все называлось как-то без затей и одно и тоже название могло принадлежать разным объектам, как например Плоский остров или Мыс дымов, так что не сразу поймешь, о чем идет речь.
Что до течений, омывавших Исландию, то они несли воды на восток, что на севере, что на юге. Алексей хотел сдернуть в Африку, но по всему выходило, что ему это не удастся, если только не попадет в мощный циклон, что отнесет его далеко на юг, что опасно. В шторма вообще лишний раз лучше не попадать. Но проблема в том, что все циклоны сами движутся в основном по лини юго-запад — северо-восток и лишь над территорией России сворачивают на юг. То есть «Звезду Велеса» с большей долей вероятности двумя этими природными силами снесет к берегам Норвегии, причем к северным берегам. А там и до дому рукой подать! И в итоге они окажутся в той же точке, с которой стартовали.
— А туда нам совсем не надо… Значит придется дергать в Америку и уже из нее в Африку. При сильном ветре прорвемся через течение несущие воды на восток, окажемся в потоке идущем на запад… Придется правда зимовать и летовать, а потом снова зимовать в Америке, но это лучше чем здесь в Исландии…
Хотя если подумать, то если и лучше, то ненамного.
— Но там хотя бы леса есть… земля должна быть куда как плодороднее… только нужно пробиться как можно южнее.
Разговорились дальше и Алексей узнал недавнюю историю острова. Оказывается аборигены в 1551 году подняли восстание против Дании и перебили всех датчан. Поводом стала казнь католического епископа Йоуна Арасона и его сыновей, кои являлись зачинщиками противостояния, что сопротивлялись обращению новыми властями добрых католиков в лютеран.
Вслед за датчанами в 1559 году на выход попросили англичан с Вестманнаэйяра. Ну как водится в таких делах устроили резню с прочими непотребствами…
Датчане конечно такого неповиновения и геноцида не потерпели (на англичан им было наплевать) и провели жесткую карательную акцию, итогом которой стало то, что в 1567 году у всех жителей Исландии отняли все оружие с большей частью инструмента, что можно было использовать в качестве оного.
«То есть защищаться аборигеном нечем, теперь понятно такое резкое бегство, — понял Алексей. — Хотя от такой громады как наш корабль все равно бы все свалили куда подальше…»
С численностью населения в Исландии тоже все обстояло не сильно радужно. Как понял Алексей, всего аборигенов насчитывалось порядка тридцати тысяч, плюс минус пара тысяч человек. И теперь стало понятно, чуть ли не бедственное положение переселенцев, на такую толпу жратвы и впрямь скорее всего надолго не хватит.
К счастью, епископ Гудбрандур Торлакссон долго себя ждать не заставил, что естественно ибо обитал на берегах соседнего залива на западе под названием Полуостровной фьорд в долине Хьяльти где имелся один из немногих в Исландии городков Холар на полторы-две тысячи жителей, что являлся на этот момент столицей Исландии.
Ну как не заставил? Прибыл тридцатого сентября, по нынешним временам весьма быстро, но Алексей просто изнывал от задержки, ибо каждый день, что называется на вес золота, ибо сезоны штормов все ближе. Правда прибыл епископ вместе с небольшим конным отрядом из датчан, всего с сотню человек.
«Видимо думали, что приплыл обычный корабль, максимум с парой-тройкой сотен человек на борту, а тут такое!» — мысленно посмеялся Алексей, глядя на растерянный вид датчанина, что служил представителем датской короны в Исландии и по сути являлся главой военно-гражданской администрации.
Епископ, средних лет, хоть его и назначили на эту должность в 1571 году датские власти, показался Алексею вполне вменяемым и договороспособным. Но тут все дело видимо в том, что сам Гудбрандур являлся исландцем, женился и у него недавно родился ребенок. Те люди с кем успел пообщаться Алексей, отзывались о нем вполне лояльно, без камня за пазухой несмотря на то, что лютеранин. Но оно и понятно, патриот своей Родины и это люди конечно чувствовали.
Совсем из другого теста был слеплен наместник датского короля на острове. Датчанин понятное дело. Не требовалось быть великим физиономистом, чтобы понять, что перед тобой злобный, вспыльчивый и желчный человек, что явно недоволен своим положением и нахождением в этом забытом богом крае. И его можно понять, ведь это как для русского чиновника оказаться пусть главой, но на Камчатке. Так что парень не удивился бы, если бы узнал, что сего типа сюда банально сослали с глаз долой из сердца вон, за какой-нибудь косяк. Ну и видимо именно такой человек и требовался на мятежном острове, чтобы держать всех жесткой хваткой, давя любое неповиновение на корню без лишних сантиментов, для того и солдаты. Похоже датский король тоже действовал из принципа: нет отбросов — есть кадры, и применял эти кадры с максимальной эффективностью.
«С ним могут быть проблемы», — с тревогой подумал Алексей.
И как гласит один из «законов Мерфи»: если неприятность может произойти, то она непременно произойдет. Она и произошла. Вроде бы обо всем договорились, но продовольствие в обозначенный срок не пришло, как не появилось оно и через несколько дней (ну мало ли какая мелкая задержка могла случиться в пути), а значит договоренность никто выполнять не собирался.
— Видит Велес, я не желал этого… — тяжело вздохнул Алексей. — Но раз не захотели по-хорошему, значит будет по-плохому, и мы сами возьмем все необходимое, ну а то что в большем количестве, то сами виноваты…
Но главное, что огорчило Алексея, так это то, что зимовать судя по всему в Исландии все же придется.
60
— Но зачем им это? — удивился Федор.
Разведчики Гюряты и Сенки проверили две горные дороги ведущие из долин Островного фьорда на восток и запад, и выявили нехорошую штуку, они оказались блокированы датскими солдатами, а так же судя по всему их поддерживали переселенцы из новеньких: норвежцы, шведы и прочие, что были лояльны датской власти. Много народу, чтобы удерживать эти проходы в горах не требовалось, рукотворные камнепады опять же можно устроить.
— Мы бы купили все необходимое и уплыли бы…
— Думаю, датчанину нужно выслужиться, — сказал Алексей. — И в нас он увидел таковую возможность. Представить нас захватчиками и отписать своему королю, что он победил полчища диких и жестоких язычников… а то, кто мы такие думается мне они уже знают, корабли что завозили на остров зерно, принесли и вести о нас. То, что пострадают местные, ему наплевать. Он хочет прославиться и заслужить через это прощение, если в Исландию его законопатили в качестве наказания, в чем я почти уверен. Вот и решил уморить нас голодом, а потом ослабленных окончательно задавить и определить в рабы.
