базы?
— Там… Там… Я была там только один раз…
— Что там?
— Лаборатории.
— Бежим!
Маруся снова схватила Ольгу за руку и потянула за собой.
— Я не могу…
— Нам надо, понимаешь?
— Не-не-не… — Ольга бледнела на глазах, хватаясь за горло, — кххх… кхва тает в-воз…духа.
— Набери полные легкие.
— Я не-не… чу….
Из глаз Ольги снова полились слезы. Она обмякла и опустилась на колени.
— Нет! Не сейчас! Вставай!
Маруся подхватила Ольгу на руки и сделала несколько шагов, но быстро идти не получалось.
— Не надо…
— Что? Я не слышу, что ты шепчешь!
Ольга замотала головой.
— Я дотащу тебя.
Вот для чего нужно было слушать Эема. Он будто бы знал. Или, правда, знал или догадывался, что может произойти такая ситуация. Сейчас Марусе очень пригодилось бы усилить руки. Или вылечить Ольгу. Или не вылечить, но хоть как-то наполнить ее легкие воздухом.
— Оставь меня.
— Да, да, конечно. Давай без этих пошлых сцен.
Маруся злилась. Злилась на себя, но получалось, будто злилась на Ольгу. Ее ужасно раздражало, что девушка оказалась такой слабой. И эта идиотская просьба: «Оставь меня». Как будто это возможно. Как будто кто-то может бросить умирающего ребенка.
— Я и так…
— Заткнись!
Маруся остановилась, опустила Ольгу на пол и постаралась отдышаться.
— Сейчас пойдем дальше. И не болтай. Если тебе так тяжело дышать, какого хрена ты постоянно болтаешь?
Ольга сидела на полу, опустив голову, и молчала.
— Вот и молодец… Вот и молчи.
Можно было армировать руки, как получится — как-нибудь получится же? В конце-концов, когда Маруся пыталась армировать ноги, у нее получилось. Она даже допрыгнула до потолка.
Ольга закашлялась.
А еще можно было бы все бросить и перенестись в Москву. Но для этого нужна была змейка, которую Маруся оставила… Где она ее оставила? Ее точно не было с собой, но тогда где? Маруся стала отматывать память назад. Вот она проснулась. Вот решила вернуться домой. Достала змейку из-под подушки — это она помнила точно. И потом решила на секунду заглянуть в соседний бокс. Так? Когда она приняла это решение, змейка была у нее в руке. Потом Нос. Бедный, бедный Нос… Маруся увидела его и про все забыла. С этого момента она не помнила вообще ничего. По крайней мере, про змейку. Куда она могла ее деть? Выронила? Бросила на кровать, когда пыталась растрясти Носа? В любом случае, карманов на одежде не было, значит, с собой она ее не взяла и змейка где-то там… Где-то в медицинском корпусе. А может, уже и не там. Может быть, ее уже забрали. Кто? Тот, от кого они бегут?
— Послушай меня…
Маруся оторвалась от своих мыслей и посмотрела на Ольгу.
— Мне очень больно. Я не жилец.
— Я смотрю, тебе стало лучше? Ты даже начала разговаривать…
— Ты можешь легко убить меня. У тебя есть способности. Это будет лучше для нас.
— Я могу убить тебя и без способностей.
— Так будет лучше.
— Да, да. Я поняла. Помолчи, я думаю.
— Я все равно…
— Да замолчи же ты уже наконец!
Ольга закрыла лицо руками, а Маруся вернулась к своим размышлениям.
Можно было метнуться за змейкой и забрать ее, если она все еще там. Перенестись вдвоем. Можно ли перенестись вдвоем, если крепко прижаться друг к другу? Бунин говорил, что нет. А если попробовать? Если использовать свою суперсилу? Совершенно непонятно, что нужно сделать, чтобы эта суперсила позволила перенестись в пространстве сразу двум людям… но если? Если, например, не армировать себя, а связать этими серебряными нитями себя и Ольгу. Соединить и сделать что-то вроде целого единого организма? Возможно ли это? Когда Маруся пыталась поддержать Эема, она направила в него нити и ей казалось, будто они стали одним целым, но поможет ли это при переносе?
— Мне тяжело сидеть.
— Я сейчас вернусь. Сиди тут… слышишь? Я скоро вернусь.
— Не надо…
— Я придумала, как нам отсюда выбраться. Это сработает. Точно! Я просто уверена…
Ольга вытянулась на полу и закрыла глаза.
— Только не умирай, окей? Будет очень обидно, если ты умрешь к тому времени, как я вернусь, потому что я знаю способ. Я вытащу тебя и ты будешь жить. Договорились?
Ольга слабо кивнула.
— Вот и супер…
Маруся побежала. Бежать получалось легко и быстро. То ли из-за инъекции, то ли потому, что ее окрыляла блестящая идея, в которую она начинала верить с каждой минутой все больше и больше. Этот вариант казался Марусе идеальным и куда более надежным, чем увеличение собственной физической выносливости и беганье по базе с умирающей девушкой на руках.
А если не получится? Перенестись одной, найти папу и попросить о помощи? И что он сделает? Ну, допустим, он найдет какого-нибудь супер-врача, они отдадут ему змейку и он перенесется сюда, чтобы что? Чтобы спасти Ольгу? Но как один врач сможет ей помочь? Или найти супер-солдата с супер-оружием… Нет, тоже не то. И почему их звали вниз? И кто? Зачем Марусе нужно было бежать в лабораторию? Потому что там безопасно или потому что там люди, которым нужна помощь? Или это ловушка? В трамвае голос предупреждал про ловушку, но что именно было ловушкой, Маруся так и не поняла. Ловушкой можно было считать все, что происходило с ней с момента появления мамы… Или даже раньше. А раньше был Бунин. Нет, нет… Бунин как раз сделал все, чтобы она не ввязывалась в эту историю.
Маруся забежала в медицинский корпус и остановилась прямо у порога носовского блока. Почему-то именно сейчас ее в полной мере накрыло ощущение всего того, что происходило. Ей стало страшно, невыносимо грустно и невозможно снова увидеть Носа мертвым. Как будто тогда, в первый раз, она еще не осознавала, не принимала эту мысль. Будто случившееся было какой-то ошибкой, которая должна была вот-вот исправиться сама по себе или при помощи кого-то другого, при помощи чуда, в конце концов, ведь на этой базе происходили любые чудеса. Ей очень хотелось поверить в это. Зайти и увидеть Носа живым. Или хотя бы какое-то изменение на мониторе. Появление слабого пульса… дыхания… Однако тот самый назойливый писк перечеркивал собой все надежды. Ничего не изменилось. Он там. Он мертв. И ей нужно туда зайти и увидеть это снова.
Маруся собралась с духом, вошла в бокс и вздрогнула от неожиданности. Рядом с Носом кто-то стоял. Секунда на то, чтобы успокоиться и понять, что это Илья. Сделать глубокий вдох и…
И он исчез. Вот только что он стоял в паре метров
