— Глуши двигатели, немедленно, — раздался по воксу голос Волка.
Аргонис резко развернул «Лезвие серпа» через верх, дождался пока позеленеет прицельная руна, зафиксированная на одном из ударных истребителей, и нажал спусковой крючок. Ближайший преследователь превратился в бело-голубую вспышку. «Лезвие серпа» развернулась на прежний курс тем же маневром и устремилась прочь с места убийства.
— Отвали, Волк, — сказал Аргонис, — ты никогда не был настолько хорош, чтобы сбить меня, а понятие «милосердный» мало мне подходит.
В ответ прилетела россыпь лазвыстрелов.
Аргонис вновь обратился к передатчику.
— «Железная кровь», говорит эмиссар магистра войны. Я требую немедленной аудиенции у вашего примарха.
Идентификационные шифры улетели вместе с его словами. Ответа не последовало. Два уцелевших истребителя приближались, стреляя. «Железная кровь» была похожа на растущий осколок света на фоне звёзд, щиты её гудели, пока она пропахивала себе путь сквозь обломки.
— Именем Гора, вы подчинитесь.
Он видел огромные жерла орудий флагмана и эскортных кораблей, стволы размером со здание навелись на него, гарантируя полное уничтожение.
«Так далеко забраться», — подумал он, и пляска света и взрывов словно бы отошла на второй план. Так далеко от туннелей Хтонии. Так далеко от голодной молодости с лезвием ножа и фальшивой улыбкой. Он не был уверен, что выбрал бы десятилетия жизни, которые ему пришлось прожить. Но с другой стороны, казалось, что в этой жизни было мало места для выбора, первый урок, выученный им в войнах банд, заключался в том, что мы рождаемся в одиночку, и если живём одиночками, то в конце подыхаем в одиночку, и это утверждение до сих пор себя оправдывало.
Его руки успокоились на контроллерах, танец «Лезвия серпа» прекратился, превратившись в простую прямую линию, устремлённую в будущее.
Огонь и тьма скользили мимо него. Он слышал голоса, но не слушал их. Он никогда этого не хотел, ничего из этого, но альтернативы никогда не было, кроме мягкого бесконечного падения в забвение. Он думал о тех, с кем вырос, воины банд, истёкшие кровью во тьме. Он думал о братьях, отправившихся на Исстван III, не понимая, что это будет их последнее деяние. Он думал о Горе, короле-воине, который был его повелителем, его примархом, но не был его отцом. И он ждал огня, и тишины, которая за ним последует.
— Эмиссар, — голос заполнил собой его голову и заскрежетал вниз по позвоночнику. Выстрелы лазпушек исчезли из окружавшей его пустоты. Маркеры двух ударных истребителей переместились к кончикам крыльев его машины, — вы желаете видеть меня. Так идите ко мне, — сказал голос Пертурабо. На глазах Аргониса орудия «Железной крови» отвернулись прочь, и он увидел открывающиеся шлюзовые ворота, ведущие в поджидающую внутри флагмана тьму, это было похоже на распахивающуюся клыкастую пасть.
Железные Воины открыли огонь, едва вступив на портальную конструкцию. У Иаео было всего мгновенье, чтобы опознать вой раскручивающихся стволов роторной пушки, и вот уже первые очереди начали накрывать платформу. Джален нырнул в сторону, двое Альфа-легионеров прыгали в укрытие, стреляя на ходу. Громыхание их оружия диссонировало с завываниями роторных пушек.
Данные: Ожидаемая численность отряда Железных Воинов — пятнадцать.
Она видела их краем глаза, тяжеловесные бронированные фигуры с прямоугольными щитами и дулами пушек, извергающими огонь. Они наступали вниз по конструкции, сотрясая её слаженными шагами. Она привела их сюда. Точно рассчитанный по времени сигнал обеспечил прибытие команды Железных Воинов. Без побега Аргониса это не сработало бы. Она привела в одно место цель и уничтожение, как и собиралась.
Воины Альфа-легиона перекрикались друг с другом, короткие отрывистые реплики и команды. Джален распластался на решётке. Она видела, как один из Альфа-легионеров побежал по направлению к упавшему оперативнику. Вторая роторная пушка выплюнула очередь снарядов, разорвав воина пополам, едва тот сделал шаг.
Лежавший на полу Джален повернул голову. Она смотрела прямо в его глаза. Она почувствовала движение в своём разуме, эхо неверия и ярости. Татуировки в виде змей и ящериц извивались под его глазами. Она всё ещё не могла двигаться, но подумала о кивке и точно знала, что он уловил эту мысль.
Железные Воины переместили линию огня. Джален начал подниматься, отскочивший от металлической решётки снаряд попал ему в ногу, превратив колено в кровавое месиво. Он пошатнулся, татуированное лицо скривилось от боли. Он рывком поднялся, очередь снарядов роторной пушки распилила его пополам.
Данные: Двое из триплета оперативников, обозначенных именем Джален, уничтожены.
Онемение, сковывавшее её тело, исчезло. Было довольно много боли, с которой надо было справиться. Она напрягла мышцы, в них врезались края сломанных костей. Новый приступ боли. Тяжёлые снаряды перфорировали портальную конструкцию, сотрясая её до самого основания. В тридцати шагах от неё Железные Воины сформировали стену щитов. Роторная пушка умолкла. Последний Альфа-легионер был всё ещё жив, но отступал, пытаясь добраться до точки выхода из зоны поражения. Она увидела движение за стеной щитов, после чего в стене образовались две узкие щели. Дула тяжёлых огнемётов высунулись из щелей, запальные огоньки светились на фоне опалённого металла.
Она перекатилось влево, нащупав рукой и хватая визор. Истерзанные края портала обрамляли провал во тьму. Она замерла на миг, слушая нарастание давления в шлангах огнемётов и глядя в тёмную пропасть внизу.
Финал теперь был близок, все линии вероятностей сходились в точку, к развязке. Проекции говорили, что, скорее всего, дальше всё сложится само собой, без её участия. Причинность развивалась самостоятельно, необратимая инерция.
Скорее всего… неточная фраза, одна из тех, за которые её наказывал и презирал ментор. Но она была сильно измучена, а старый учитель уже давным-давно мёртв.
Пламя вырвалось из стволов огнемётов. Она скатилась за край портала, тьма понеслась ей навстречу, воздух наверху превратился в море огня.
Предисловие четырнадцатой главы
Огонь, дым и грохот корёжащегося металла наполнили гигантскую чашу Хедива. Горы и холмы, окружавшую эту местность, служили естественной границей равнин площадью более трёх миллионов квадратных километров. Равнины были широки настолько, что солнце, вставая на одном их краю, только спустя несколько часов начинало освещать противоположную границу, до вирусной бомбардировки здесь был целый океан колышущейся зелёной травы. На предгорьях окольцовывавших равнины холмов цвели фруктовые сады. В лучшие годы Великого крестового похода здесь собирались армии, способные сокрушать целые звёздные системы, они выстраивались на столь больших площадях, что между флангами войск умещалось два часовых пояса.
Армии вновь заполонили равнины, в небесах ревели самолёты и десантные корабли. Но порядок прошлого был таким же воспоминанием, как колыхание травы и запах фруктовых садов с предгорий.
Хедив стал гнездилищем битвы. Не было единого сражения, их были сотни, переплетающихся друг с другом, разделяющихся на ещё большее количество и пожирающих друг друга в мгновенье ока. Ночью равнины пульсировали взрывами, подсвечивая затуманенный воздух кроваво-красным и мигающим оранжевым светом.
Днём дым уплотнял туман, пряча солнце за чёрными завесами. Титаны шагали сквозь мрак, стреляя по целям за горизонтом. За считанные часы, новый, постоянно-меняющийся ландшафт из обломков поглотил рельеф местности. Хаотично разбросанные мёртвые танки сформировали настоящие леса из обгорелого металла вокруг тел павших рыцарей. Плазменные бури ярились часами в тех местах, где погибли громадные машины. Вихри энергии завывали, всасывая в себя ветер.
Обе стороны конфликта продолжали вливать свежие силы в этот котёл. Колонны лоялистов из дальних убежищ продолжали прибывать. Многие потратили значительную часть запасов топлива и кислорода только на то, чтобы присоединиться к битве и пали спустя несколько часов, после вступления в сражение. Многие подошли с южных проходов только для того, чтобы погибнуть в считанные секунды. Истребители сновали в дыму, охотясь на десантные корабли, которые постоянно спускались с орбиты.
Для тех, кто наблюдал за всем этим через прицелы и экраны ауспика, видимого порядка не существовало, лишь бесконечный рёв взрывов и вспышки выстрелов. Они сражались не по плану, они просто сражались с тем, кто был у них на дороге. Для других глаз, смотревших свысока и видевших далеко вперёд, существовала определённая схема, выписанная меняющимися цифрами выставленных войск, потерями и занятой территорией. И эта схема говорила, что победа может достаться и той и другой стороне, но тот, кто утратит контроль над Хедивом, не сможет удержать и Талларн.
