этого.
– Я помог создать из двух неполноценных моделей одну улучшенную, – не согласился Ян.
– Скажи, все уже кончено, да?
В голосе Влада прозвучало такое отчаяние и боль, что Ян не смог соврать и ответил честно:
– Нет.
Влад рванул в сторону двери, но Ян снова поймал его за рукав куртки.
– Тебе нечего там делать. Ты уже ничего не сможешь изменить!
– Пусти!
Катурин отшвырнул руку друга и помчался к потайному входу. Ян, чертыхнувшись, кинулся следом.
– Не делай глупостей! – кричал он. – Процесс уже запущен. Ты можешь сделать хуже им обеим. Лучше подожди и не мешай!
«Опоздал!» – единственная мысль, которая крутилась в голове, пока Влад несся по подземным коридорам в сторону знакомого зала, где они с Яном любили проводить спарринги.
Наги, которых он встречал в коридорах, поспешно отползали к стенам, не решаясь его остановить. Сзади бежал взволнованный Ян, периодически взывая к голосу разума и уговаривая друга повернуть назад.
Влад мечтал о том, чтобы Ян попытался удержать его силой. Тогда он смог бы с чистой совестью ввязаться в драку и выместить на нем свою злость. Друг, похоже, это чувствовал, поэтому даже не пытался приблизиться.
Когда Влад вбежал в зал, бесцеремонно оттолкнув со своего пути Елену, полотно защитного купола уже побледнело. Значит, все было кончено и определился победитель. Катурин с ужасом уставился в центр зала, где на коленях стояла хрупкая девичья фигура, которую сотрясала крупная дрожь.
Влад даже не сразу понял, кто это: Вероника или Алина, победительницу нельзя было узнать. Ее кожа отливала змеиным золотом, лицо закрывали покрытые чешуей руки, а волосы постоянно меняли цвет. Черные локоны превращались в длинные пшеничные пряди и обратно. Девушка преображалась, и это было жутко и завораживающе одновременно. В одном теле делили место три сущности – Алины, Вероники и змеи.
Влад медленно перевел взгляд на беспомощно раскинувшуюся на полу жертву. Ту, которая сегодня проиграла. Белое сари, совершенные черты лица и грива черных блестящих волос.
– Что же ты натворил! – пробормотал Влад, обернувшись к безразлично замершему в стороне Яну.
– Думал, ты будешь рад, – отозвался Ян и предусмотрительно сделал шаг назад.
– Я ненавижу тебя, – бросил Влад и кинулся к распростертой на полу Веронике.
Девушка медленно села и открыла совершенно пустые, голубые Алинины глаза.
Катурин упал перед ней на колени и закрыл лицо руками, чтобы никто не смог увидеть его слез. Рядом замерла пустая оболочка, и это было намного страшнее, чем если бы Вероника просто умерла.
К нему подошел Шеша.
– Тебе лучше уйти отсюда. Все уже закончилось.
– Ты мне врал.
– Просто знал, что ты не сможешь воспринять нашу затею адекватно. Иди наверх. Скоро к тебе поднимется твоя королева. Мы все этого хотели.
– Я не хотел.
– Не делай трагедию там, где ее нет, – сурово отрезал Шеша. – Ты не мог определиться между двумя девушками. Мы сделали все, чтобы…
– …Лишить меня выбора? – усмехнулся Влад.
– Нет. Сделать так, чтобы выбирать стало не нужно. Пройдет совсем немного времени, и ты поймешь, что мы были правы.
Говорить что-либо не имело смысла. Чувствуя себя потерянным и разбитым, Влад медленно поднялся и направился к выходу, бросив мимолетный взгляд на принявшую форму нага Алину. Обнаженная по пояс светловолосая девушка с длинным извивающимся золотистым хвостом сладко спала прямо на полу, трогательно положив ладонь под щеку.
За нее Влад не переживал. Сейчас ему и правда лучше уйти, чтобы все как следует обдумать. Он никак не ожидал, что Ян его предаст и ситуация обернется именно так. Интересно, что пообещал богу мертвых Шеша?
Эпилог
Прошло несколько часов. Все это время Влад провел за медитацией, пытаясь убедить себя, что все случившееся – это карма, и иначе и быть не могло. Легче не стало. В груди вместо сердца застыл обледеневший камень. Катурин не знал, как относиться к новорожденной королеве нагов. Что бы ни говорили остальные, сейчас Влад воспринимал ее как чужую. Как врага, уничтожившего обеих его возлюбленных.
Он смотрел на лестницу, не обращая внимания на замершего за спиной Яна. Влад решил вычеркнуть его из своей жизни.
Сердце замерло, а дыхание перехватило. Все мысли о королеве показались глупостью, так как вниз по ступеням шла Алина. Точнее, та, которая была ею раньше.
Катурин не мог сдвинуться с места. Внимательно изучал лицо, разрез глаз, походку, матовую кожу и горделивую осанку. Он не знал, как Алина победила. Возможно, Ян и правда помог ей, это в его силах. Но в девушке, которая спускалась навстречу, было слишком много от Вероники. Больше, чем должно было остаться после ритуала. Даже холодная торжествующая улыбка и зеленые кошачьи глаза.
– Не от того ты пытался меня уберечь. – Она улыбнулась и поцеловала его, скользнув раздвоившимся языком по губам.
Влад ответил, не в силах сопротивляться. Такая Алина завораживала даже больше, чем обычно, но Катурин нашел в себе силы и отступил.
– В чем дело? – Она надула губы, в точности так, как это любила делать Вероника.
– Думаю, ты знаешь, – с болью в голосе заметил Влад и посмотрел в глаза, совсем не похожие на Алинины. – Я не хотел этого. Теперь все стало еще сложнее, – бросил он и, развернувшись, пошел к подземному переходу, ведущему в общежитие, по пути намеренно задев плечом Яна.
– Подыщи себе другую комнату, – процедил он напоследок сквозь зубы.
Мечты, желания и планы рухнули, как карточный домик, и что делать дальше, Влад не знал. Лучший друг предал. Девушка, в которую он по уши влюбился, только что убила ту, которую он до недавнего времени любил. Она стала королевой нагов и взяла слишком много от поверженной соперницы. А теперь все ждут, когда же он заключит ее в объятия и спровоцирует очередной конец света.
Он сам не хотел ничего.
В иной ситуации Влад никогда не решился бы на подобный шаг – слишком опасно, рискованно и непредсказуемо. Слишком велика цена и туманен результат. Но отчаяние и боль заставили пойти на крайние меры.
Обнаженный по пояс Влад лежал на промороженной поверхности крыши с закрытыми глазами. Он пытался прорваться в то место, куда ему не было ходу, – к подножию горного хребта Кайлас. Попытаться достучаться до той, которой подвластна не только любовь, но и время.
Как ни странно, задуманное удалось достаточно быстро. Словно его визита ждали. Опасно красивая, словно отлитая из эбонита четырехрукая богиня горделиво восседала на своей вахане [20] – огромном и таком
