— Я… хорошо, лорд Мандрагоран, — ответил Кайсель.
Лан вынул зрительную трубу и оглядел поле боя.
— Лорд Мандрагоран? — спросил Кайсель. — Вы правда считаете, что план сработает?
— Троллоков слишком много, — ответил Лан. — Предводители армий Тёмного выращивали их годами, словно сорняки. Троллоки много едят. Для поддержания сил каждому из них требуется больше еды, чем человеку.
К настоящему времени они уже должны были подчистить Запустение от всего, что способны съесть. Тень уже израсходовала каждую крупицу продовольствия на создание этой армии, рассчитывая, что троллоки смогут питаться трупами павших.
И точно, теперь, когда бой закончился, троллоки кишмя кишели на поле, копаясь в горах трупов. Обычно они предпочитали человечину, но и трупами сородичей не брезговали. Четыре дня Лан, убегая от орды, не оставлял троллокам ни единого мёртвого тела для поживы.
Это получилось только благодаря сгоревшим в огне Фал Дара, Фал Морану и другим городам западного Шайнара. Прочёсывание этих городов в поисках еды задержало троллоков и позволило армии Лана собраться и организовать отход.
В своих городах шайнарцы не оставили ничего съестного. Орда провела четыре дня без еды. У троллоков не было обозов — они существовали на подножном корме. Сейчас они оголодали. Озверели. Лан изучал их через зрительную трубу. Многие не стали дожидаться походных котлов. Всё-таки в них больше было животного, чем человеческого.
«И куда больше Тени, чем всего остального», — подумал Лан, опуская трубу. План был мерзким, но, Свет даст, действенным. Его людям пришлось вступить в бой, потери были неизбежны. И эти потери послужили приманкой для настоящей битвы.
— Давай, — прошептал Лан.
Лорд Агельмар тоже следил за происходящим на поле. Трубы пропели сигнал, и в небо взвился жёлтый луч. Лан развернул Мандарба, тот фыркнул в ответ на команду. Конь устал, как и сам Лан. Но оба выдержат ещё один бой. Должны.
— Тай’шар Малкир! — проревел Лан, опуская меч и увлекая солдат обратно в бой. Все пять армий Порубежников устремились на разбредшуюся в разные стороны орду Отродий Тени. Троллоки затеяли драки между собой за трупы и окончательно сломали строй.
Мчась им навстречу, Лан слышал, как вопили Мурддраалы, пытаясь собрать и построить своих троллоков. Но было слишком поздно. Изголодавшиеся твари даже голов не подняли, пока наступающие не оказались рядом с ними.
В этот раз результат нанесённого армией Лана удара был совсем другим. Если раньше их напор отражала масса сплочённых рядов троллоков, и людям удавалось вклиниться не более, чем на дюжину шагов, прежде чем взяться за мечи и топоры, то на этот раз троллоки были рассеяны по полю. По сигналу Лана первыми нанесли удар шайнарцы. Их шеренги были настолько сплочёнными, что меж двух лошадей тяжело было бы найти разрыв шире, чем в два шага.
Это не оставило троллокам места для бегства или манёвра. Лошади с грохотом втаптывали их в землю копытами, со звоном сшибали грудью, покрытой доспехами, их всадники пронзали тварей копьями, отстреливали из луков, разрубали двуручными мечами. Судя по выражению лиц, шайнарцам, одетым в открытые шлемы и пластинчатую броню, подобная атака доставляла особое жестокое удовольствие.
Следом за шайнарцами Лан повёл через поле своих малкири — их задачей было добить троллоков, сумевших спастись после первой атаки. Едва они закончили, шайнарская конница отошла правее, готовясь к новой атаке. А на их место хлынули арафельцы, уничтожившие ещё больше Отродий Тени, пытавшихся построиться для отпора. За арафельцами накатила волна кавалерии салдэйцев, повторивших путь малкири, потом с другой стороны ударили кандорцы.
Несмотря на струящийся пот и усталость в правой руке, Лан приготовился к новой атаке и только сейчас заметил, что знамя Малкир несёт лично принц Кайсель. Парень был ещё молод, но у него было храброе сердце. Пускай в отношении женщин он и был полным болваном.
«Свет, но ведь мы все такие, так или иначе», — подумал он. Доходившие через узы откуда-то издалека чувства Найнив успокаивали. С такого расстояния он не мог разобрать всё, но, казалось, она полна решимости.
Во время второй атаки земля под солдатами Лана начала взрываться. Повелители Ужаса наконец поняли, что произошло, и поспешили вернуться на передовую. Лан направил Мандарба в обход возникшей на пути воронки, в грудь ударили взлетевшие в воздух комья земли. Появление Повелителей Ужаса было сигналом к прекращению атаки. Планировалось нанести один мощный удар и отступить. Для сражения с Повелителями Ужаса требовалось бы бросить в бой всех направляющих армии Порубежников, чего он не хотел.
— Кровь и проклятый пепел! — выругался Дип, когда Лан обогнул очередной взрыв. — Лорд Мандрагоран!
Лан обернулся. Дип придерживал коня.
— Не останавливайся, парень! — приказал Лан, тоже придерживая Мандарба. Он сделал знак остальным продолжать движение, хотя принц Кайсель и гвардия Лана также остановились рядом.
— О, Свет! — произнёс Дип, концентрируясь.
Лан огляделся. Вокруг них валялись мёртвые и умирающие со стонами и завыванием троллоки. Слева запоздало строилась в боевые порядки орда Отродий Тени. Скоро они сплотят свои ряды, и если Лан с остальными не отступят, то останутся одни на этом поле, как на ладони.
Дип уставился на фигуру, стоявшую на самом верху какой-то огромной осадной машины: у конструкции была ровная платформа, поднятая на высоту примерно двадцати футов. Группа троллоков катила её вперёд на огромных деревянных колёсах.
Да, наверху кто-то стоял. Несколько человек. Вслед отходящим с поля боя Порубежниками полетели огненные шары и ударили с неба молнии. Лан внезапно почувствовал себя мишенью для стрел на учебном стрельбище.
— Дип!
— Это М’Хаэль! — объяснил Аша’ман.
Таим не появлялся во вражеских рядах в течение последней недели или около того, но теперь он, похоже, вернулся. Точно сказать было невозможно из-за расстояния, но судя по тому, с какой скоростью противник швырял плетения, его чем-то разозлили.
— Давай двигаться! — прокричал Лан.
— Я могу его достать, — сказал Дип. — Я смогу…
Лан заметил вспышку света, и внезапно Мандарб взвился на дыбы. Лан выругался, пытаясь проморгаться от цветных кругов в глазах. Со слухом тоже было что-то не так.
Мандарб не слушался, дрожал и взбрыкивал. Боевой конь побывал во многих передрягах, но такой близкий удар молнии напугает любую лошадь. После второй вспышки Лан оказался на земле. Он упал, заворчав, но в глубине души знал, что нужно делать. Придя в себя, он был уже на ногах с мечом в руке. Голова кружилась. Он со стоном пошатнулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
