Далее в донесении отмечалось, что «расследованием установлены возмутительные факты потери политической бдительности» со стороны отдельных должностных лиц дивизии и приводились конкретные примеры, которые обязывали этих лиц обратить на Антонова самое пристальное внимание:
«Антонов имел дружеские отношения с бывшим врачом полка майором м/с[488] Лазаревым, изменившем Родине в 1947 г….
Летом 1948 г. Антонов, находясь в пьяном состоянии, учинил дебош в австрийском ресторане и своим поведением разогнал посетителей ресторана…
4 и 5 декабря 1948 г. Антонов организовал коллективную пьянку…[489]
В марте 1949 г. Антонов во время езды по Аппенштайгу на мотоцикле упал и получил серьезные повреждения, на лицо ему было наложено 5 швов…
В апреле 1949 г. Антонов упал с велосипеда и в бессознательном состоянии был подобран в Аппенштайге…».[490]
В донесении также говорилось, что многие должностные лица знали об интимной связи Антонова с австрийской женщиной, с которой он встречался в Аппенштайге, и о том, что Антонов в разговорах с сослуживцами неоднократно восхвалял американскую технику.
По результатам проведенного расследования несколько командиров были понижены в воинском звании и назначены на нижестоящие должности. Австриец Ф. Шролленберг, который по данным Управления контрразведки оказал «личное содействие Антонову в измене Родине (советовал сожительнице Антонова, как лучше проехать в Вену, прятал вещи Антонова)», был арестован и осужден военным трибуналом на 25 лет лишения свободы.[491]
7 сентября 1949 года состоялось заседание военного трибунала и по делу самого Антонова. Правда, судили его заочно. Кроме Шролленберга, в суде допросили в качестве свидетеля Дурнова, который ранее был осужден за измену Родине, но бежал из лагеря и в Вене стал сотрудничать с американской разведкой. По его словам, Антонов находился под опекой американцев и даже подарил одному из сотрудников разведорганов США свою звезду Героя Советского Союза.
Военный трибунал заочно осудил Антонова по ст. 58-1б УК РСФСР на 25 лет исправительно-трудовых лагерей, с поражением в правах, конфискацией имущества, лишением воинского звания. И даже — с лишением звания Героя Советского Союза, хотя это не входило в компетенцию суда. Заместитель Министра юстиции СССР по этому поводу, — «на предмет исправления ошибки», — направил в военную коллегию соответствующее представление. Но протест внесен не был, поскольку трибунал к тому времени уже отправил документы в Президиум Верховного Совета СССР, который и лишил Антонова золотой звезды в установленном законом порядке…
Многих советских военнопленных судьба забросила в те годы очень далеко от дома. Часть из них оказалась на другом конце земли — в Северной Америке.
В Канаде, в которой сегодня проживает около 40 тысяч этнических русских, этих людей относят к третьей волне русской иммиграции, состоявшей преимущественно из «перемещенных лиц», потерявших родину в результате Второй Мировой войны. Причем, волне наиболее разобщенной, не доверявшей друг другу, зачастую скрывавшей свое русское происхождение и стремившейся побыстрее «раствориться» в канадском обществе.[492]
Мы расскажем о некоторых из тех, кто на родине долгие годы считался погибшим и посмертно был удостоен высшей степени отличия за совершенные подвиги.
Когда автора и ведущего известной телепередачи «Жди меня» И. Квашу спросили о том, какая история поразила его больше всего, он ответил:
— Это история Героя Советского Союза, летчика Ивана Ивановича Доценко, который стал «Пронзающим огнем» — вождем индейского племени в Канаде. И мы показали его во всем его индейском великолепии — раскрашенным, в наряде из перьев!
Судьба Доценко действительно необычна и удивительна. В 1944 году во время боевого вылета он был сбит подо Львовом и попал в плен. Вскоре бежал оттуда и вернулся в родной авиаполк. Где его, естественно, сразу арестовали и отправили на автомобиле в Управление контрразведки «Смерш». Но Доценко бежал и от своих.
Спустя много лет выяснилось, что прибежищем для Героя Советского Союза И. Доценко стала далекая Канада. Как утверждают авторы передачи, добравшись до этой страны, он женился там на дочери вождя индейского племени. А после его смерти действительно стал вождём этого племени. Тогда то он и получил имя, которое в переводе на русский означает «пронзающий огонь». Телезрителям был показан любительский кинокадр, на котором И. Доценко стоит в экзотическом оперении, а наши соотечественники, побывавшие в резервации, подтвердили в телестудии, что вождь племени «Пронзающий Огонь» знал украинский язык.
Вот собственно и все. Материалов дела мне отыскать не удалось. Но эти поиски не были безрезультатными, поскольку Доценко, как мы уже сказали, не единственный Герой, которого судьба забросила на далекий континент.
Недавно в «Новой газете» была напечатана заметка о Герое Советского Союза Владимире Николаевиче Петрове, следы которого отыскались в США. До войны он успел побывать в Колымских лагерях. А в 41-м, после окончания разведывательных курсов, ушел на фронт. Точнее, за линию фронта. Появившись в своих родных местах, устроился на работу помощником краснодарского бургомистра. Выполнял задания Центра, по указанию которого и отступил вместе с немцами. В 44-м Петров оказался в Италии, где решил стать «невозвращенцем». После войны перебрался в Америку, работал там на заводе, окончил международное отделение Йельского университета, женился на медсестре, которая родила ему девятерых детей. А на Родине в это время имя разведчика Владимира Петрова, посмертно награжденного званием Героя Советского Союза, присваивали пионерским организациям гор. Краснодара. О его подвигах даже книгу написали, а когда выяснилось, что он перебежчик, — заочно лишили наград и осудили к смертной казни как «эсэсовского наймита», лично участвовавшего в казнях советских людей. В конце 80-х В. Петров встретился на одной из конференций с военным историком генералом Д. Волкогоновым и рассказал ему о своей необычной судьбе. Волкогонов не только добился реабилитации Петрова, но и пригласил его в Россию.[493]
В начале 1991 года в газете «Труд» дважды публиковались статьи о Герое Советского Союза комбате Владимире Алексеевиче Сапрыкине.[494] Мне удалось отыскать и изучить в Главной военной прокуратуре надзорное производство по делу В. Сапрыкина. Его судьба оказалась не менее удивительной и трагичной. И очень похожей на судьбу Доценко, Петрова и многих других «невозвращенцев».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
