Мальчик упал на землю еще до того, как Трайкер успел его поймать, но когда охотник осмотрел его, он не заметил никаких видимых признаков травмы головы. Трайкер поднял обмякшее тело, собрал книги, упавшие из его рук, и вернулся на место, где было спрятано все его оборудование.
Прежде чем заняться работой, он нанес добавочную дозу нейролептика прямо на ноздри мальчика и оставил цилиндр с веществом рядом с собой. Он достал из кейса иглу, которая была намного длиннее предыдущей, через прозрачную трубку она была вставлена в небольшой сосуд, предназначенный для измерения объема. И не доверяя своей памяти, инопланетянин открыл книгу на странице, где говорилось о количестве крови, которое может потерять человек без опасности для своей жизни, – количество, определенное уже очень давно экспериментальным путем.
Как и днем раньше, он протер спиртом незащищенное горло и вставил иглу. Крошечная резиновая луковичка, снабженная клапаном, обеспечивала необходимое всасывание, и содержимое контейнера медленно доходило до необходимой отметки. Трайкер резко прекратил скачивать, вынул иглу и, как в прошлый раз заклеил прокол. Затем, прежде чем кровь начала остывать, он открыл пробку сосуда, опустил в горлышко свой тонкий язык и следующие две минуты всасывал кровь в свою систему кровообращения.
Как только он закончил, он убрал аппарат в кейс. Трайкер отнес мальчика на дорогу. Оглянувшись по сторонам, инопланетянин нашел небольшой кусочек гранита, он положил его у ног мальчика, словно тот споткнулся. Он подумал, что неплохо было бы положить еще один у головы, чтобы объяснить потерю сознания, но не мог собраться с силами.
Удостоверившись, что все вещи человеческого существа находятся в прежнем положении, Трайкер вернулся на свой наблюдательный пункт, в ожидании, когда человек придет в себя. Он не сомневался, что не причинил ему вреда, но, памятуя о реакции Тес, хотел остаться, чтобы успокоить ее.
Он лежал, не двигаясь, и наблюдал. Он начинал чувствовать легкое недомогание – обычные последствия процесса обновления. Весь остаток дня он будет чувствовать себя немножко хуже. Это его не особенно беспокоило, он мог бы отдыхать прямо до захода солнца, и поскольку они сделали, что хотели, они могли улететь.
Трайкер уже начинал нервничать, поскольку мальчик довольно долго не приходил в себя. Конечно, существо получило больше нейролептика, чем тот другой вчера, и он больше потерял крови, учитывая все это, ему могло понадобиться больше времени, чтобы прийти в себя, но прошло уже почти десять минут, а это было в два раза дольше, чем вчера.
Однако прошло еще десять минут, и лишь тогда Джимми Уэйд пошевелился. Заметив движение, инопланетянин собрался уходить. Джимми застонал, снова пошевелился и перевернулся на спину. Через мгновение он открыл глаза, уставился над склонившееся над ним дерево, снова перевернулся и попытался встать на ноги. Трайкер в своем укрытии за кустами сделал то же самое, но из них двоих только ему удалось удержаться на ногах. Мальчик уже встал на колени и на руки и пытался опереться на ногу, когда Трайкер увидел, как маленькое тельце рухнуло на землю, будто снова получило порцию газа, и осталось лежать на дороге.
Трайкер на мгновение застыл, будто ждал, что его постигнет та же участь, и, даже когда расслабился, продолжал еще минуту пристально смотреть на неподвижное тело. Затем, не думая о том, что его может увидеть существо, если придет в себя, Трайкер выбежал на дорогу и склонился над телом, в то же время подавая сигнал Тес. Он снова поднял Джимми, чувствуя, что его щупальца вот-вот отвалятся, и осторожно понес мальчика на место операции.
Сложно представить себе, что он чувствовал. Было бы не совсем правильно сказать, что он ощущал себя преступником из-за того, что причинил травму человеку, хотя он прекрасно понимал, что человеческие существа были существами социальными, как и его собственная раса. В то же время он был глубоко шокирован тем, что он сделал, и испытывал гораздо более сильное чувство, чем Тес накануне.
Осторожно он расстегнул рубашку щупальцем и послушал, бьется ли сердце. Оно билось почти в два раза быстрее, чем должно было, и так слабо, что Трайкеру с трудом удалось его услышать. Грудь вздымалась в слабом, медленном и глубоком дыхании. Человек сразу заметил бы бледность лица мальчика, но инопланетянину это ни о чем не говорило.
Тес подошла, когда ее муж осматривал человеческое существо. Трайкер не поднимая головы в нескольких словах описал ей ситуацию. Она поняла и осторожно скользнула щупальцем по лбу мальчика.
– Что ты можешь сделать? – спросила она наконец.
– Здесь ничего. Придется отнести его к нам в корабль. Я боюсь его брать под воду, никто из них вчера не нырнул глубже чем на несколько метров и не оставался под водой дольше чем несколько секунд. Не хочется этого делать, но нам придется поднять корабль при свете дня. Я останусь здесь, а ты спустись, отсоедини корабль и подними его наверх к краю шахты. Подними его ровно настолько, чтобы верхний люк был над уровнем воды. Я оставлю себе коммуникатор, а ты, когда будешь готова, дай мне знать, дабы удостовериться, что нет никакой опасности.
Тес развернулась и направилась к шахте, не задавая никаких вопросов и не споря. Через несколько секунд Трайкер услышал слабый всплеск, когда она нырнула в воду. Должно быть, она работала быстро, потому что через каких-то пять минут коммуникатор Трайкера заработал, и в то же мгновение над водой с краю шахты показался изогнутый верхний край корпуса космического корабля. Трайкер еще раз поднял мальчика, опустил его в воду и сам последовал за ним, держа его голову над поверхностью воды. Ему пришлось проплыть несколько футов, затем он плавниками нащупал ступени в корпусе, залез по мелким металлическим скобам и отдал тело Тес, стоявшей под люком. Через несколько минут Джимми лежал на металлическом столе в прилегающем комнате управления помещении, и корабль снова опустился на дно шахты.
Трайкер схватил книгу, хотя он практически наизусть выучил часть про Землю и его обитателей. Предосторожности ради он включил кондиционер на температуру равную человеческому телу, и если бы в корабле влажность не была бы такой высокой, одежда мальчика давно бы уже высохла, по крайней мере мальчик не замерз. Химик быстро узнал необходимое параметры дыхания и частоту пульса и пытался найти информацию о симптомах сильной потери крови, но не нашел. Однако его первоначальное предположение о пульсе и дыхании подтвердились, пульс субъекта был повышен, а дыхание глубоким и замедленным.
– Ну почему эта проклятая книга всегда оказывается правильной, когда дело касается обычных вещей, и как только я ей доверяю и полагаюсь на нее в тонких вещах, она оказывается абсолютно неправильной? – спросил он вслух. – Я уже почти был уверен, что нахожусь не на той планете, когда прочел о культурном развитии нации, но потом я читаю об анатомическом строении этих существ, и я уверен, что все правильно, я полагаюсь на данные о количестве крови, и вот. Что случилось?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
