София
Я дева, не жена, такая ж християнка, Такая же, как вы, такая ж россиянка; Имела множество наперсниц здесь моих, Но ваших блеск мечей прогнал ко граду их. Коль награжденными за службу быть хотите, К Пожарскому меня скорей препроводите; Я тайну важную хочу ему открыть.
Начальник
Женам запрещено из града выходить. А что дарами нас, как хищников, прельщаешь, Имеем то в руках, что нам ты обещаешь; Всё в добычь отдают военные права, Чем грудь украшена и чем твоя глава; Мы алчем, бедствуем, мы видим гладны степи, — Отдай убранства нам, отдай златые цепи; Отдай, несчастная, и в город возвратись, О тайнах письменно с Пожарским изъяснись.
(Хочет ограбить.)
София
Иль так россияне россиян защищают, Последние у жен убранства похищают? Нет жалости у вас к бегущим девам к вам, Вы прямо есть враги, а не поляки нам: Они к нам чувствуют во граде уваженье, Ко мне почтение, а вы пренебреженье; Не подлая раба, я княжеская дочь; Сокрой от них меня, сокрой, ужасна ночь!
Начальник
Хотя б ты подлинно княжной была рожденна, Но если в пользу ты поляков убежденна, Когда ты хвалишь их, россиян не щадишь, — Обиду такову нам златом наградишь.
(Схватив ее за руку.)
Иль жизнь, иль твой убор!
София
(на коленях)
Всё, всё теперь возьмите, Но сжальтесь надо мной!
ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
Те ж и Леон
Леон
(прибегая с мечем)
Злодеи! отступите. Кем воля к грабежам, кем дерзость вам дана?
(К Софии.)
Кто ты, несчастная?
София
Пожарская княжна. Воины разбегаются в разные стороны.
ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
София и Леон
Леон
София! это ты, ты плачуща, стеняща, У ног разбойников, как их раба, лежаща? А сердце томное не возвестило мне, Что близко от меня, что в сей ты стороне. Нет, сердце мне давно Софию возвестило, Сюда мои стопы и взоры обратило, Оно влекло меня для помощи к тебе; Какой обязан я, княжна, какой судьбе, Что ты из города пришла в ночи едина? С кем? с кем свидание тому была причина? Откройся мне!
София
Узнав, что мой любезный брат От Волги возвращен под сей престольный град, Я с ним увидеться немедленно желала; Но запрещения ходить к шатрам не знала.
Леон
Моим родителем приказ сей страже дан — Из града не впускать девиц в российский стан; Мной войску розданы строжайши повеленья Под градом не чинить разбоев, ни грабленья; Но приключившие тебе, княжна, боязнь За дерзновенье их приимут вскоре казнь. Против кого себя они ожесточили! Как прелести твои сердец их не смягчили?
София
Такое ль место здесь, такие ли часы — Прельщаться девами, счислять мои красы? Когда отечество напасти днями числит, О женских прелестях герой российский мыслит; Когда со всех сторон реками льется кровь, Пойдет ли в ум кому, пойдет ли в ум любовь? О! если дружеством твоим ласкаться смею, Князь! тайну важную на сердце я имею, Веди меня, веди ко брату моему, Спокойство общее несу в душе к нему; И если подлинно любима я тобою, Пойдем к Пожарскому, пойдем, Леон, со мною.
Леон
То видят небеса, как я тебя люблю; Но как родительский приказ я преступлю? Какую почитать должна во мне ты душу, Когда присягу я и клятвы долг нарушу!
София
Так я, скитаяся у страшных сих шатров, Ждать буду грабежей, ругательства, оков; Пусть всё перенесу, что сердцу неприятно, Но я уже в Москву нейду теперь обратно: Мне с братом предлежат важнейшие дела. К друзьям ли я сюда или к врагам пришла? О бедных девах здесь нимало не жалеют; Сколь мало нежности россияне имеют!
Леон
Итак, мне надлежит законы преступить И сыном пред отцем непокоривым быть, Ни права ратного, ни честности не помнить? Но я люблю тебя и всё хочу исполнить; Я вижу, что тебе, жестокая княжна, Бесчестие мое, не честь моя нужна. Вверь мне, княжна, вверь мне несому к брату тайну И не ввергай меня в мою погибель крайну.
София
Сей тайны никогда другим не сообщу? Оставь меня, сама я средство изыщу Со братом видеться.
Леон
Когда открыться смею, По сердцу я с тобой родство уже имею; Как любит брат тебя, я меньше ли люблю? Почто же ваших тайн я с вами не делю?
София
Нескромность я, Леон, душею ненавижу,
Леон
Увы! любви твоей, княжна, ко мне не вижу; Твой голос, смутный вид и каждый твой ответ Терзает грудь мою, на части сердце рвет.
София
Я чувствую к тебе душевное почтенье.
Леон
Почтенье за любовь есть то же, что презренье. Всех должно чтить людей.
София
Но льзя ли всех любить? Услуг твоих, мой князь, не можно мне забыть. Ты два раза меня от пагубы избавил И благодарной быть вовек себе заставил.
Леон
Благодарение едина жертва есть, Котору воздают за благо долг и честь; Хотение мое ко чувствам сим не жадно, Там жарки правилы, — однако сердце хладно. О! как бывает страсть несчастна и бедна, Коль благодарностью питаться лишь должна! Взаимно можно ль быть и мне великодушным, Дабы словам твоим соделаться послушным?
София
Яви, Леон, яви величество души, Пожарскому меня представить поспеши.
Леон
София, жалости поступок твой не кажет: Не любишь ты меня.
София
Ах! время то докажет, Докажет, может быть, сомненье истребя, Люблю ль отечество и чту ли я тебя.
ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ
Те ж, Руксалон и Минин
