ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ
Те ж, Руксалон и Минин
Руксалон
С врученным воинством, с жезлом как будто царским Пойдем к сражению, врученным нам Пожарским. Но кто сей ратный муж? и кто сия жена?
София
Увы! несчастная Пожарская княжна.
Леон
Она желает быть ко брату провожденна; Но в ратный стан женам дорога запрещенна.
Минин
Без исключения закона в мире нет! Пускай к Пожарскому сестра его идет; Мерилом совести законы должно мерить. Коль не Пожарскому, кому осталось верить?
Руксалон
Россию целую я вверил бы ему; А вход его сестры на свой ответ приму. Препроводи ее.
София
Хоть их сердца не тлеют, Другие более, чем ты, о мне жалеют.
Леон
Другим отцами их приказов не дано; Начальствовать и быть подвластным не равно. Что раздражу отца, я в том, княжна, уверен; Но жертвовать любви судьбой моей намерен.
София
Почувствуй, чем тебе я жертвую, любя: Ты страстен, а тебе вручаю я себя. Пойдем!
(Удаляются.)
Руксалон
Пойдем и мы на подвиги геройски!
(Вслед Леону.)
Скажи, Леон, отцу, чтоб он прислал к нам войски, Которые прислать он в помощь обещал; Но более Литву, а меньше б жен стращал.
ЯВЛЕНИЕ ОСЬМОЕ
Князь Руксалон и Минин
Руксалон
Приляжем с воинством мы к сей стране московской, Где всё опустошил наш враг, гетман Желковской. О! как сей тигр против Москвы ожесточен; Он в бурю кажется и в тучи облечен: Разит, сжигает, бьет, что в поле ни встречает; В пустыню превратить он всю Россию чает. Но мы от тяжких уз Москву не свободим, Доколе Вьянкина отца не истребим; Наполнен лютостью и хитростью литовской, На гибель прислан он, на казнь стране Московской. Ты видишь копий блеск, вдали ты видишь дым, Там в дебрях с воинством гнездится он своим. Держась разумного Пожарского совета, Ударим на него с зарей дневного света.
Минин
Пойдем, доколь наш враг под сенью счастья спит; А войском свежим нас Димитрий подкрепит. Хотя не воин я, но мнится, в ратном поле Нам небо призывать на помощь должно боле. Я ныне зрел во сне двух бьющихся орлов, Они сражалися превыше облаков; С каким парением, с каким стремленьем смелым Российский вдруг орел с орлом сразился белым! Крылами бил его, когтями он терзал И кровь из белого ручьями источал; Трепещет, прячется, полет он обращает. Сей сон нам верную победу возвещает; Против чужих орлов, друзья мои, пойдем, Злодеев победим иль в брани все помрем. Воины извлекают мечи.
Один из воинов
Хотя в сражении незнающи и новы, Но за отечество мы кровь пролить готовы.
КОММЕНТАРИИ
И ратные уже нам слышны голоса, // Твердящи каждого биение часа… — Речь идет о перекличке часовых.
В любви успехи нам всегда неимоверны… — Когда мы любим, не верим в свои успехи.
Отдай убранства нам, отдай златые цепи… (Хочет ограбить). — В этой сцене творчески преломлены, по-видимому, следующие события: запертые в Кремле поляки и бояре, испытывавшие нехватку продовольствия, выставили всех жен, которых принял Пожарский и защитил от казаков, намеревавшихся их ограбить. Ср. д. 5, явл. 3.
Приляжем с воинством мы к сей стране московской… (Ср.: И закипела брань с другой страны московской.) — Наше войско займет позиции с этой стороны Москвы.
Российский вдруг орел с орлом сразился белым! — Подразумевается символика гербов: черный двуглавый орел российского герба и белый орел польского.
ДЕЙСТВИЕ III
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Князь Пожарский
(выходя из шатра своего)
Благословенная и тихая заря! Ты предвещаешь дней пришествие царя; России тишина тобой да предвестится, И новый царь в сей день в Москве да воцарится! Довольно мы и так страдаем на земли, А ныне ад враги в столицу к нам внесли; И в поругание российския короны Предписывают нам кровавые законы; Как будто пленникам, как будто их рабам, Уничижение предписывают нам. Свирепость вобразив мучителей литовских, Я внемлю звук цепей на жителях московских; Разбои, грабежи в печальных зрю стенах; Любезная сестра мне зрится во слезах: Явилась мне она стеняща, огорченна, Бледна, отчаянна и в узы заключенна. Внемли мой, небо, глас! — молю не за себя; Отечество мое! молю я за тебя. Взгляни ты на Москву, взгляни, Творец вселенной! И дай отраду ей, слезами окропленной; Свои перуны нам и молнии вручи: Ко брани нашу грудь и руки ополчи, Да россами от бед избавится Россия!
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Пожарский, Леон и София
Леон
Князь! шествует к тебе сестра твоя София.
София
Возлюбленный мой брат! дозволь себя обнять И к сердцу твоему дозволь мне грудь прижать.
Князь Пожарский
Любезная сестра! тебя ли я объемлю? Тебя ли вижу я и твой ли голос внемлю?
София
Из града я пришла сквозь копья, сквозь мечи; Ограблена была злодеями в ночи.
Леон
Мне небо помогло от бед ее избавить; Но должно мне теперь единых вас оставить; Меня уверила сестра твоя княжна, Что в град сей день пойдет отсель назад она. Препровести ее обязан я обратно.
(Ушел.)
Князь Пожарский
Что ты ни делаешь, мне всё то, князь, приятно.
ЯВЛЕНИЕ ТРЕТИЕ
Князь Пожарский и София
Князь Пожарский
Усерден к нам сей князь!
София
Когда б не Руксалон, Мне видеться с тобой не допустил бы он. На гибель для сего отважилась я крайну; Но ах! скрывать ли мне иль вверить важну тайну? Скажи мне, тот ли ты еще мой нежный брат, Который уважал совет мой столько крат?
Князь Пожарский
Я тот же брат тебе, но грустный, огорченный И бедством собственным и ратным отягченный, Воображающий в пленении тебя. Вверь другу, брату вверь, ах! вверь ты мне себя. Ты плачешь и молчишь!
София
Россия погибает!
Князь Пожарский
Погибла уж! — Но Бог Россию защищает!
София
