требование носить их брендированную сумку, освободив и это местечко для нового спонсора. Никаких комплексов — я себе не враг, и, если уж взялся работать рекламным манекеном, нужно брать справедливую оплату. Альтернатив мне в Китае попросту нет — я единственный теннисист с многомиллионным числом подписчиков. И это я еще толком-то и не начал, лишь перешагнув пару первых ступенек.
Пообедав форелью с рисом и салатом, мы дружно сошлись во мнении, что рыбка удалась. Оставшееся до поездки на корт время я скоротал привычным способом — лежа на кровати и переваривая вкуснятину. Мир и покой в душе, уверенность в своих силах и завтрашнем дне — легко быть спокойным, когда всего этого Небо отсыпало в избытке.
* * *
— Финал будут транслировать по CCTV-5, — почти даже не удивил меня тренер Ло, когда я зашнуровывал кроссовки в раздевалке.
Двадцать минут до выхода на корт.
— Прозвучит нескромно, но я почему-то уверен, что это из-за меня, — пожал я плечами. — Никому бы и в голову не пришло транслировать унылый турнир второго эшелона, где в финале сошлась парочка ляоваев.
Эта мысль продиктована не только моей самооценкой, но и предыдущими днями турнира — каждый раз после победы присутствующие журналисты снимали коротенькие сюжеты, в которые обязательно попадала пара сказанных мной на камеру предложений. Популярность — вещь не постоянная, но, если регулярно подбрасывать «инфоповоды», неизбежно возрастающая. Любое упоминание в любых СМИ и любом месте Интернета идет в копилочку и мне, и источнику упоминания. «Подвиг» дядюшки Вэньхуа в этом тоже помог — под миллион подписчиков у нас с сестренками благодаря ему прибавилось, что, если рассудить цинично, за месяц-два выплат от площадок и рекламодателей «отобьет» и разрушенный дом, и разбитую машину, и даже «свадебные деньги».
— Ты прав, — спокойно ответил тренер Ло. — И хорошо, что ты обратил внимание на то, что ты — в первую очередь китайский спортсмен, а не «звезда интернета», как ты назвал себя вчера.
— Одно усиливает второе, — отмахнулся я.
Телефон тренера пиликнул, тот посмотрел на экран и сообщил:
— За тебя приехала поболеть группа из Цинхуа во главе с многоуважаемым деканом твоего факультета. Одевайся быстрее, он сейчас зайдет пожелать тебе удачи.
— А как его зовут? — спросил я, закончив зашнуровывать кроссовки и поднявшись со скамейки, чтобы попрыгать.
Сидят как надо.
— Ты что, даже не знаешь как зовут твоего декана? — с горьким вздохом сделал «фейспалм» тренер Ло.
— Он — занятой и высокопоставленный человек, а я — студент-первогодка, — оправдался я. — Не случись всего этого, я бы и просто посмотреть на него не факт, что смог бы. Разве что перед началом учебы, если бы он удостоил нас своего мудрого приветственного напутствия.
— Тан Делун, — подсказал ухмыльнувшийся отмазке тренер Ло. — Как зовут ректора ты тоже, полагаю, не знаешь?
— Не знаю, — честно признался я.
— А главу Коммунистической Партии? — хохотнул Ло Канг.
— Многоуважаемого Си Цзиньпина знает весь мир, — фыркнул я.
В дверь постучали, тренер Ло открыл, и мы с ним с поклоном встретили упакованного в дорогущий костюм низкорослого лысого дедушку в толстых очках. После полутора минут проговаривания формальностей, декан, как и было обещано, начал «желать удачи»:
— Студент Ван, наш факультет гордится тобой. От лица факультета, университета Цинхуа и моего лично, я желаю тебе победы.
— Спасибо вам огромное, многоуважаемый декан Тан!
— Может ли факультет чем-то тебе помочь? — задал он вопрос, ответить на который, будучи в своем уме, любой человек может только одно.
— Огромное вам спасибо за заботу, многоуважаемый декан Тан! Благодаря университету, тренеру Ло и Ассоциации тенниса я ни в чем не нуждаюсь и буду стараться играть так, чтобы не подвести стольких людей!
Довольный мной дед с улыбкой похлопал меня по плечу и свалил.
— Неплохо, — оценил тренер Ло мое взаимодействие с деканом.
— Большой человек! Большая честь! — заявил я и принялся надевать напульсники. — Теперь я точно выиграю!
Саркастично фыркнув — не поверил в мою искренность, которой и в помине нет — Ло Канг решил больше не отвлекаться, и взялся за прямые обязанности:
— Бабар Чопра — опытный игрок, он уже выигрывал Challenger два раза. Антропометрия у тебя лучше, но не расслабляйся — индусу пророчат место в олимпийской сборной Индии через год-два.
— Не расслабляюсь, тренер Ло, — смиренно покивал я. — Там кроме делегации из Цинхуа еще несколько человек из Сычуани приехали, я с ними сразу после общения с университетскими сфотографироваться планирую — нельзя забывать родную провинцию.
— Сфотографируйся, — конечно же не стал меня обламывать тренер.
После моего дерзкого побега из спортивного лагеря он вообще ведет себя как шелковый, а я, из уважения к этому, честно стараюсь выполнять все его тренерские рекомендации. Нормально сработались.
— Надеюсь, телевидение не вскружит тебе голову, — перешел к фирменному «зудению» Ло Канг. — В погоне за зрелищностью нельзя забывать об эффективности: помни, что в этой игре на кону стоит не просто кубок, а наши с тобой карьеры.
— Конечно, тренер Ло, — улыбнулся я.
Нет уж — я покажу все, на что способен, потому что главный спортивный канал Поднебесной заслуживает только лучшего!
Глава 25
С самого начала я не обольщался. Все эти комментарии с поддержкой и пожеланиями удачи, все эти лайки, желание со мной сфотографироваться и прочие несомненно приятные для меня атрибуты всего лишь временное явление, которое однажды закончится — желательно тогда, когда я уйду на заслуженную, очень сытую и комфортную пенсию. Все это — до тех пор, пока я предоставляю людям возможность скрасить досуг просмотром и обсуждением моих похождений.
Тем не менее, когда я вышел на корт и увидел полные трибуны обращенных ко мне задниц — не прямо так, просто почти все стояли ко мне спиной — стало неприятно. Я понимаю, что люди просто делают селфи на фоне меня, но ощущать себя чем-то вроде памятника мне не понравилось. Но не обольщаюсь и не осуждаю — это нормально, когда на лично меня всем наплевать. Есть «Ван-персонаж» и «просто Ван». Если я крупно облажаюсь, общество изменит ко мне отношение на прямо противоположное, а любимчика себе выберет другого — тогда он и будет любоваться рядами чужих спин.
Предаваясь меланхолии, я не забывал работать на камеры и
