бросил её на пол. Порошок зашипел и с хлопком взорвался, оставив в полу дырку весьма приличных размеров.
Затем он отодвинул небольшую кучку порошка в сторону. Одну руку он положил на эту кучу, а вторую — на пресс-папье. Его ладони слабо осветились, а затем он взял пресс-папье и швырнул его в стену. Пресс-папье взорвалось, образовав в стене огромную дыру, прямо на глазах начавшую исчезать.
— Я могу управлять самой сутью вещей, Кастиан, — снова улыбнувшись, объяснил Представитель. — И я могу передавать свойства одного объекта другому. В том числе и живому человеку. Представьте, что случится, если мы с Сессилом объединим наши способности и погрузим нужный объект в правильную среду…
Он щёлкнул пальцами. Приёмную затопило изображение с ракушки. Это была официальная трансляция с заседания Совета Отцов. Похоже, пока я сидел в темнице, бунтовщики всё-таки смогли привлечь внимание первых лиц Хавока, и те решили принять крайние меры.
Это было не обычное заседание. На возвышении я видел человека, восседающего на золотом троне.
Это был Правитель собственной персоной.
Тут изображение изменилось, и среди приглашённых Благородных я увидел бледное и перепуганное лицо Даниэля.
Способности Сессила и Представителя, взрывчатые вещества, подготовка Синих — всё стало понятно.
Представитель собирался чужими руками уничтожить Совет Отцов и Правителя…
Глава 82
Я смотрел на изображение с ракушки, боясь пропустить хоть что-то. Каждая деталь казалась мне важной.
По сути, это было совещание, одно из множества, на котором в двух мирах побывал я сам. Но только сейчас в зале заседаний присутствовали самые могущественные люди Хавока. Люди, которые одним своим решением могли решить судьбу огромного города…
Зал заседаний был шикарным и очень просторным, с множеством колонн и парящих под потолком светошаров. От него веяло силой и торжественностью.
На отдельной трибуне восседал Совет Отцов. Все как один — суровые дядьки с хмурыми лицами. Совершенно обыкновенные на вид, но их внешность меня не обманывала. Я знал, что за каждым из них скрывались огромные деньги, собственные войска и фамильные Атрибуты. Они были очень сильны, и сила настолько впиталась в их натуру, что сквозила в каждом их движении и взгляде.
Мне в голову пришла забавная идея, и я, не сдержавшись, улыбнулся. В самом деле, Отцы Кланов вне закона и виднейшие Благородные из Совета Отцов всего Хавока носили одно и то же наименование. Само это обстоятельство как будто говорило, что разница между преступниками и знатью совсем не так велика, как может показаться…
Но даже несмотря на всю их силу и влияние, спутать с ними Правителя было невозможно. Я никогда раньше им не интересовался и не знал, как он выглядит. Это казалось мне лишним — он и Совет Отцов были слишком далеки от моей жизни. Всё, что меня интересовало, — это моя собственная жизнь и отчаянные попытки вырваться с социального дна. Правитель же был частью совсем другой жизни, далёкой и почти недостижимой…
Теперь же я его видел. Пусть и не вживую, но изображение было настолько чётким, что мне казалось, будто он стоит всего в паре метров от меня.
Он оказался высоким и широкоплечим мужиком лет сорока, с благородным гордым лицом и строгим взглядом. Истинный властелин и повелитель, наследный владыка самого большого и влиятельного города-государства всего мира!
Но, пусть он и выглядел как самый настоящий небожитель, я со всем своим опытом прекрасно знал, что даже он со всеми своими силой и опытом на самом деле был самым обыкновенным человеком. Он тоже многого боялся, в чём-то заблуждался, целую кучу всего не знал и допускал ошибки.
А ещё члены Совета Отцов крутили им как хотели, и этот сильный и благородный человек ничего не мог сделать…
— Уважаемые члены Совета Отцов! Дорогие горожане! Сегодня большой день! Долгие годы заседания Совета Отцов проводились за закрытыми дверями. Но все мы знаем, что сейчас город находится в опасности, его трясёт от многочисленных бунтов. И поэтому мы все собрались здесь для того, чтобы открыто, перед всеми, обсудить то, что происходит и вместе принять необходимые меры… — красивым поставленным голосом вещал он привычную повестку любого серьёзного совещания. — Для того, чтобы наше заседание было по-настоящему честным, сегодня в зале присутствуют представители виднейших Родов города. Уверен, что знания и опыт этих благородных мужчин сумеют нам помочь…
Перед нами снова появилось изображение нескольких десятков Благородных. Они не входили в Совет Отцов, но представляли наиболее важные фамилии города. Их влияние было огромно.
Был среди них и Даниэль. Бледный, осунувшийся и, кажется, за секунды сильно похудевший. Его руки потели, на лбу выступила испарина.
Он знал, какая судьба ему уготована и, пусть и хотел сопротивляться, не мог этого сделать, — железная воля Сессила сковывала и его…
— Значит, таков ваш план — выманить Правителя из его логова массовыми беспорядками, заставить его собрать виднейших Благородных и, подчинив себе волю и превратив в живую бомбу, взорвать одного из них, мгновенно лишив город высшего руководства. Всё верно, господин Представитель? Я ничего не забыл?
Представитель уже приготовился ответить, когда его отвлёк звук разбившейся керамики. Это Молли, которая несла ему чашку чая, случайно выронила её, и она упала на пол, разлетевшись на куски.
— П-простите… — прошептала она бесцветным голосом.
Я посмотрел на неё внимательнее. Увлёкшись своими проблемами, я не обратил внимания, как сильно она изменилась с нашей последней встречи.
Она была сама на себя непохожа. От былой энергии и уверенности не осталось и следа. За несколько дней, прошедших с нашей последней встречи и гибели Себастиана, Синему Дону каким-то образом удалось её сломать. А ещё я едва-едва, на самой границе восприятия, чувствовал исходящую от неё силу. Наверное, так она пыталась поддержать своё истощённое тело…
— Ну же, Молли, вам не следует так волноваться! Старый мир вот-вот перестанет существовать, и вам уготовано место в первом ряду! — расхохотался Представитель. Он был в отличном настроении и ни на что не обращал внимания. — Да, Кастиан, всё именно так, как вы и сказали. Мы с моим замечательным Отцом Сессилом объединили наши умения, покорив волю молодого Вэндфорта и сделав его живой бомбой. Мы потратили несколько дней, собирая все взрывчатые и ядовитые вещества, что только могли. Как только он рванёт, ни от Совета Отцов, ни от драгоценного Правителя не останется даже следа… Ну а если кто-то из них вдруг сумеет уцелеть, то мои люди исправят это недоразумение в мгновение ока!
Вэнс с готовностью кивнул. Нисколько не сомневаюсь, что он или его ребята
