– Не наверное, а точно она!
– Ну и что? Пусть это она. Альфред прислал мне «Черную книгу Иерихона». Очень мило с его стороны. Хотя я же говорила ему, что у короля есть один экземпляр…
– В королевской библиотеке есть перевод, а это оригинал. Может быть, даже самое первое издание.
– Ты слишком много знаешь для секретаря.
– Я готовилась, – скромно потупилась Марина.
– Все равно – слишком много, – Настя хотела погрозить Марине книгой и выжать из девушки улыбку, но тут из «Черной книги Иерихона» вылетел сложенный листок бумаги. Настя подобрала его.
Корявым почерком Альфреда на листке было написано:
«Вот так это обычно и случается, принцесса. Мы расстались не слишком тепло, а другого шанса у нас, наверное, и не будет. Пока в Праге все спокойно, но я уверен, то это ненадолго. Румыния и Австрия уже в телевизионных новостях, а значит, это безумие скоро перекинется и сюда. Карл уже замечал подозрительных людей неподалеку от нашего дома. Я слишком стар, чтобы бегать и прятаться, поэтому я просто буду сидеть у окна, курить трубку и ждать, чем все кончится. Карла я хочу отправить в загородный дом, но он упрямится. Так или иначе, прими подарок как напоминание о тех временах, когда ты гостила в моем доме. Тогда тебе могло показаться, что вокруг творится нечто странное и пугающее, но, глядя из дня сегодняшнего, ты. наверное, согласишься, что это были последние месяцы покоя. Я не жду, что ты выучишь язык демонов и прочитаешь то поучительное произведение, которое я отправляю тебе, но постарайся хотя бы сохранить его как память о расе, которая была слишком горда, чтобы ужиться с другими. И слишком мстительна, чтобы просто умереть».
– Ох…
– Прекрати охать, – машинально отреагировала Настя.
– Это действительно первое издание, – с восторженным придыханием произнесла Марина, указывая пальцем на какой-то замысловатый значок в углу последней страницы.
– Ну и что? – Настя сложила записку Альфреда пополам, потом еще раз пополам и так далее, пока листок почти не исчез в ее руках, съежившись до крохотного бумажного квадрата. Говорят, что бумага стерпит все; вот и «Черная книга Иерихона» пережила тех, о ком была написана. А записка Альфреда переживет своего автора? Настя посмотрела на темный пыльный экран телевизора в углу кабинета. Включить его и ждать новостей из Праги? Искать среди жертв стихийных погромов знакомые лица?
– …так называемая «Тайная книга», – бормотала между тем Марина, и Насте захотелось бросить ей что-то резкое, типа: «Хватит кудахтать над какой-то книжкой, в то время когда весь мир летит к чертям!»
Но она этого не сделала. Настя только что потеряла еще один кусочек своей жизни, который назывался Альфред, и осталось у нее не так уж много. Осталось лишь четыре десятка персон, как выражался Смайли, запершихся во дворце, причем половину из них составляли охранники из компании Гарджели. Очень может быть, что больше никого в Настиной жизни и не будет, поэтому…
– Что ты говоришь?
– Это так называемая «Тайная книга», – охотно пустилась в объяснения Марина. – Считается, что когда «Черная книга Иерихона» была написана, то ее полный вариант был сохранен лишь на языке демонов, а на другие языки переводились сокращенные варианты, чтобы другие расы не узнали какие-то тайны, которые положено знать только демонам…
– Как интересно, – сказала Настя. – Тайны демонов. Будет очень забавно, если нас всех поубивают из-за тайн пятисотлетней давности.
По лицу Марины она поняла, что сказала лишнее, и тут же постаралась исправиться:
– Это я так… Тяжелый день. Неудачные шутки. Не принимай близко к сердцу.
– Хорошо. Вот это, – Марина кивнула в сторону занавешенного окна. – Там, снаружи… Это ведь скоро кончится, правда?
– Уличные беспорядки? Конечно. Это так, ерунда. У нас такое каждый месяц. Считай, что это забастовка строителей. Рано или поздно они устанут и пойдут по домам.
Марина кивнула, но было непохоже, что она глубоко и искренне поверила в предложенную версию. Неудивительно – достаточно подойти к окну, отдернуть занавеску и посмотреть на людское море, сомкнувшееся вокруг Лионеи, чтобы понять – скоро это не кончится. И добром это не кончится. Люди – если их можно было назвать людьми – все шли и шли, не только мужчины, но женщины, подростки… Настя сначала думала, что Леонард отправил в этот поход только лишь мужчин – что было бы логично, учитывая потребность в грубой физической силе – но потом стало понятно, что людей травили без разбора, целыми городами и поселками. Просто женщинам, старикам и детям требовалось больше времени, чтобы пешком добраться до Лионеи. Но они добирались. Некоторые только лишь для того, чтобы умереть в сотне метров от королевского дворца. К вечеру первого дня тел было немного. К утру их стало заметно больше, и вновь прибывшие не обращали на них внимания, шагали по трупам к своей цели – запертым воротам королевского дворца.
Поэтому окна стоило держать занавешенными.
– Ты пока займись чем-нибудь, отвлекись, – предложила Настя. – Только телевизор не смотри.
– Хорошо, – сказала Марина. – У меня ведь ваш ноутбук, только там работы осталось совсем немного. Можно, я потом займусь книгой?
– Как ты ею займешься?
– Я немного знаю язык демонов, попытаюсь сравнить эту книгу с известными текстами и найти то, что демоны прятали от остальных рас.
– Отличная идея! – По Настиным представлениям, это должно было занять Марину на ближайшие лет пятьдесят. Чтобы забыться, Амбер нуждалась в вине и мужской компании, а эта девушка обходилась всего лишь старой книжкой без картинок. Вот и славно.
– Я могу остаться в этой комнате?
– Да, конечно, – Настя была так обрадована тем, что ей в ближайшее время не придется беспокоиться насчет своего секретаря, что тронула Марину за плечо и сказала: – Чувствуй себя как дома. Только телевизор не смотри.
– Спасибо, – Марина выглядела смущенной и, реагируя то ли на Настины слова, то ли на краткое прикосновение, проговорила: – Вы совсем не такая, как про вас рассказывают.
Настя застыла в дверях:
– Про меня рассказывают? Что про меня рассказывают?
– Что вы расчетливая, холодная, нелюдимая. Так вот, вы не такая.
Настя не знала, что сказать. Она не знала, такая она или не такая. Весьма вероятно, что в ней было место всему – и расчету, и холоду, и нелюдимости, и многим другим, зачастую противоположным, вещам.
– Спасибо, – тихо сказала она Марине и вышла за дверь.
6
В эту ночь Насте приснилась старая королева. Она была без обычной широкополой шляпы с вуалью и без трости; в отсутствии этого камуфляжа Анабелла Андерсон оказалась обычной пожилой женщиной, с короткими волосами цвета соломы и слегка длинноватым носом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
