То, что было потом, происходило настолько же стремительно и суматошно, насколько медленными и тягостными были дни ожидания катастрофы.
Голос из рации вывел Настю к группе охранников, которые только что отступили от северных дверей, точнее, только что успели убежать оттуда. Некоторые были в крови, и у всех без исключения были бледные от страха лица.
– Что случилось? – крикнула еще на бегу Настя. – Как они прорвались, ведь еще утром…
– К-как? – один из охранников повернулся к ней, и сигарета выпала из его дрожащих пальцев. – Как они прорвались? Х-хороший в-вопрос…
И я знала ответ на него. То есть должна была знать, потому что эта гримаса на лице Гарджели… Он ведь не скрывал свои намерения, он считал себя выше этого. Если бы я чуть внимательнее присмотрелась к волшебнику-недоучке, я бы могла догадаться, что за вальяжными жестами и рассудительными речами прячется все тот же худощавый юноша, которого вел по жизни старший брат, а когда брата не стало…
Когда брата не стало, то худощавый грузинский юноша стал ангелом мщения. Со временем он разжился хитростью и терпением, но все равно нынешний Давид Гарджели по сути ничем не отличался от того Давида Гарджели, который посылал за мной болотных тварей или десантировался с вертолета в Старых Пряниках, чтобы потом разнести дом вампира Макса…
После смерти Покровского и поимки Елизаветы ему было нужно лишь одно, и это одно Давид мог получить, запустив зомби во дворец, даровав Леонарду победу и пригласив на празднование этой победы. Последствия его мало волновали. Он хотел выманить Лох-Несское чудовище, а потому собирался обрушить в озеро каменную глыбу. Насколько сильными будут волны и что при этом станется с рыбацкими лодками – его мало волновало….
– Он п-пришел и сказал, чтобы м-мы открыли ворота, – проговорил охранник, с сожалением глядя на упавшую сигарету. – Я спросил: «Это чт-то, шутка?» Он сказал: «Нет, не шутка». А Казимир, мой напарник, ск-казал, что он видел лица тех т-тварей, что толкутся у дверей, поэтому…
Поэтому Давид Гарджели продемонстрировал своим охранникам маленький фокус и доказал им, что ни в коем случае не шутит. Гарджели был не слишком опытным магом, но знал приоритеты – каждый маг в первую очередь учится обеспечивать себе жизненное пространство, проще говоря – учится делать людям больно. Давид показал небольшой фокус, после которого Казимир ударился затылком об стену, упал и больше не поднялся. Для второго охранника, который потом заикался и тщетно пытался закурить, Давид исполнил облегченную версию трюка, просто сбив его с ног. Потом Гарджели пришлось попотеть, разбирая завалы у дверей и отпирая сами двери – за это время второй охранник успел подняться и вызвать подкрепление. Но когда подкрепление прибыло на место, оно увидело, как рушатся под напором толпы двери и как сотни зомби вваливаются в зал дворца, спотыкаясь, падая, наступая на себе подобных, истово колотя чем попало по стенам и полу…
Охрана пустилась бежать, немного постреляв для острастки по первым рядам штурмующих – занятие бесполезное, потому что зомби даже не заметили, что еще несколько из них упало и умерло. Они постоянно это делали, безо всяких автоматных очередей со стороны.
И, между прочим, насчет лиц. Покойному Казимиру не понравились лица «тех тварей». Я бы хотела отметить, что эти твари были такими же людьми, как сам Казимир, как я или король Утер. Просто они подвернулись Леонарду под руку. Как говорится – оказались в неудачном месте в неудачное время. И превратились в зомби, расходный материал в руках честолюбивого волшебника. Что ж, с каждым может случиться. Каждый из нас может подвернуться под руку честолюбивому деятелю с возможностями, превосходящими среднестатистические. И тогда наши лица помимо нашей воли начинают меняться. Так что будьте бдительны, следите за временем и местом.
Хотя обычно и это не помогает.
Что сталось с самим Давидом, охранники не знали, да их это теперь не слишком интересовало. Они предпочитали думать, что толпа зомби, ворвавшись во дворец, первым делом затоптала Давида Гарджели. Настя так не думала.
– Ну и что теперь будет?
Настя с удивлением поняла, что ответа на этот вопрос шестеро здоровых вооруженных мужиков ждут от нее.
– Откуда я знаю? – задала она встречный и вполне логичный вопрос.
– Вы же здесь вроде как здешняя принцесса, знаете ситуацию. А мы люди наемные, мы тут недавно, – не менее логично ответили ей.
– Я тут довольно давно, – согласилась Настя. – Но это не помогает. Насчет ситуации… Если они нацелены на разрушение Лионеи, они будут тупо долбить пол, и для нас в этом угрозы нет. Мы сможем подняться на верхние этажи и переждать там.
– Переждать? – недоверчиво переспросил кто-то из охранников. – Это значит – дождаться чего-то. Чего мы дождемся? Что эти уроды разворотят несущие стены и мы рухнем вниз?
– И придавим зомби, – Настя довела мысль до конца. – Тоже вариант. Кстати, вы в курсе насчет вампиров?
Судя по лицам, охранники были не в курсе.
Разумеется, они были не в курсе. Утер и Смайли забыли их предупредить, потому что были заняты более важными делами, один с бутылкой, другой с кофейной жестянкой. Эти двое как-то подзабыли, что их катастрофа – это еще и катастрофа всех, кто находится в замке.
А что касается Утера… Жалко, что поблизости не было съемочной группы канала «Корона» или любого другого канала. Зрелище того стоило.
Охранники еще пытались свыкнуться с мыслью, что к ночи следует ожидать нападения вампиров, как вдруг с грохотом и лязгом в коридоре появилось нечто, похожее на короля Утера, только пьяного и с ручным пулеметом наперевес.
– Где они?! – проревел Утер, с трудом пытаясь сохранить равновесие. – Где эти твари?
Настя показала:
– Вон там. Вниз по лестнице. Их там очень много, так что не промахнетесь.
– Они разрушают дом моих предков, – выдал еще один рык Утер. – Они все умрут!
Он и в самом деле направился вниз по лестнице, Настя сделала знак охранникам, но те не торопились останавливать короля, они торопились свалить из этого сумасшедшего дома, только не знали как.
Настя ухватила короля за пояс и потащила назад, тот развернулся, явив охранникам яростную физиономию и дуло пулемета. На всякий случай все пригнулись.
– Ваше величество, их там несколько тысяч, вы их не остановите…
– Тогда я умру, пытаясь это сделать!
Я не сразу сообразила, где я уже слышала эту фразу, но потом поняла – во сне, то есть во время сеанса регрессивного гипноза, где мы с Утером стояли на изумрудном лугу и готовились сразиться с армией Леонарда. Только там все это было – как бы это сказать? Покрасивее?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
