то время, когда он отдавал ненавистному
Taxman лейбористского правительства Джеймса Каллагана около 95 процентов своего дохода. А О’Брайен рассчитывал, что “пайтоны” в качестве благодарности тоже наймут его в качестве финансового консультанта – как для всей группы, так и для каждого из них индивидуально.
Вскоре после того как съемочные камеры “Жития Брайана” благополучно заработали в Тунисе, Джордж нанес визит на съемочную площадку и получил микроскопическую роль мистера Пападопулоса, владельца Горы, который мельком появляется в бурной массовой сцене и пожимает руку Брайану-мессии в исполнении Грэма Чепмена. Его единственная реплика – “Привет!” – позже была сочтена звучащей чересчур по-ливерпульски, и ее заново озвучил Майкл Пейлин.
“Думаю, шок от того, что он оказался в толпе, которая осаждала кого-то другого, был слишком велик”, – прокомментировал Пейлин.
Глава 26
“Возможно, он надеялся, что Бог его как-нибудь да выручит”
Фильм “Житие Брайана по Монти Пайтону” вышел в прокат в августе 1979-го, вызвав бурю возмущения у крайних ревнителей нравственности. В Великобритании картину запретили власти 29 округов и муниципалитетов (во многих из них вообще не было кинотеатров, а чиновники не посчитали нужным предварительно ознакомиться с фильмом), ее заклеймила консервативная активистка Мэри Уайтхаус, выступавшая за моральное очищение телеэфира; на нью-йоркской премьере кинотеатр пикетировали с плакатами как раввины, так и монахини. Свободомыслящие шведы, рекламируя фильм, не упустили возможности подколоть чопорных соседей: “Настолько смешной, что его запретили в Норвегии”.
Все это в совокупности сложилось в рекламную кампанию, которая, казалось, была послана самими небесами. “Житие Брайана” вошло в четверку самых кассовых картин этого года в Великобритании и стало самым кассовым британским фильмом в Америке, в конечном итоге собрав почти 20 миллионов долларов – в пять раз больше, чем вложил Джордж.
И продюсированием, и конкретно финансированием фильма он занимался отнюдь не впервые: и то и другое он уже делал и для “Малыша Малкольма” (правда, в тот раз были задействованы деньги Beatles), и для документальной “Раги” о Рави Шанкаре (в последний он, чтобы завершить фильм, вложил около миллиона фунтов собственных средств). Тем не менее поначалу он рассматривал эпопею с “Брайаном” как разовую авантюру, которая чудным образом себя оправдала.
Вскоре после этого к Эрику Айдлу обратился Боб Хоскинс – актер, к тому времени известный в первую очередь телевизионными ролями крутых парней-кокни. “Не хотите ли купить фильм?” – поинтересовался Хоскинс, и этот вопрос явно был адресован не Айдлу, а его близкому другу – Джорджу.
Фильм “Долгая страстная пятница” с Хоскинсом и молодой Хелен Миррен в главных ролях – это история, в которой сплелись криминальный мир Лондона, американская мафия и Ирландская республиканская армия. Картина должна была выйти на телеканале ATV, пока глава компании лорд Лью Грейд не посмотрел ее и не пришел в такой же ужас, как его родной брат, лорд Делфонт из EMI, после прочтения сценария “Жития Брайана” (только в данном случае ужас был вызван уровнем насилия на экране). Лорд Грейд отказался выпустить фильм в эфир без серьезных купюр, от чего создатели картины и Хоскинс наотрез отказались.
Таким образом, Джордж и О’Брайен смогли приобрести готовую картину примерно за 200 тысяч фунтов – меньше, чем ее бюджет. Фильму “Долгая страстная пятница” суждено будет вывести гангстерский жанр на новые высоты интеллектуальности и изощренности, не говоря об уровне насилия; во многих аспектах он предвосхищает “Славных парней” Мартина Скорсезе. “Джордж не видел фильм перед покупкой, – вспоминал Хоскинс. – Он сказал мне, что никогда бы не купил картину, знай он, насколько она жестокая”.
До сих пор О’Брайен управлял финансами Джорджа через свою компанию EuroAtlantic, но теперь, когда они нежданно-негаданно стали кинопродюсерами, он решил, что для этого следует оформить отдельное деловое партнерство. В начале 1980 года была зарегистрирована компания HandMade Films (“Кино ручной работы”): название было навеяно рекламой “британской бумаги ручной выделки”, которую где-то видел Джордж; ему понравилась присутствующая здесь идея индивидуального ремесленного мастерства – в противовес традиционному студийному конвейеру, и он жалел, что не может добавить в название еще и слово “британское”.
Деловую сторону он полностью доверил О’Брайену, который руководил процессами из штаб-квартиры HandMade (а также EuroAtlantic и Dark Horse Records) на Кадоган-сквер с помощью значительно разросшейся команды штатных юристов и бухгалтеров; сам он занимал апартаменты на верхнем этаже того же здания и непрерывно разъезжал по свету с бесчисленными важными поручениями – по всей видимости, в интересах Джорджа.
У Джорджа никогда не хватало терпения прочитать даже такой важный документ, как соглашение о роспуске Beatles, и, как и в тот исторический момент, он по-прежнему подписывал соглашения, не понимая в них ни слова. Сотрудники HandMade позже вспоминали, как он возлежал на диване в роскошном кабинете О’Брайена, не задавая ни единого вопроса, в то время как голос с мягким американским акцентом, доносившийся сквозь застывшие губы чревовещателя, уверял его, что тот или иной документ составлен исключительно ради того, чтобы уберечь Джорджа от когтей ненавистного Налоговика.
Не то чтобы он никогда не получал ранних предупреждений о том, что играет роль безвольной куклы в руках чревовещателя. Его бывшая жена Патти никогда не любила О’Брайена и не доверяла ему, хотя эта неприязнь была по большей части инстинктивной: “Просто в нем было что-то не то”. Даже когда они с Джорджем расставались, ее больше беспокоило не собственное жалкое соглашение о разводе, а то, что О’Брайен может использовать Джорджа и злоупотреблять его доходами. “Я говорила ему: «Я открою банковский счет на свое имя, и ты сможешь положить туда любую сумму денег – и можешь быть уверен, они всегда будут в неприкосновенности». Но он не желал слушать ни одного дурного слова о Денисе”.
В офисе HandMade у Джорджа имелся небольшой кабинет с постоянным секретарем, но сам он редко там показывался, доверяя двум надежным друзьям, которые держали его в курсе событий. Первым был Дерек Тейлор, бывший пресс-секретарь Beatles, а теперь – литературный негр Джорджа и при необходимости его официальный представитель. Несмотря на высокие посты, которые Тейлору пришлось занимать в музыкальной индустрии, у него в конце концов оказалось не так много денег, и Джордж, всегда щедрый в серьезных делах, помог ему купить дом – бывшую мельницу – в Саффолке.
Более новым, но не менее преданным соратником был перкуссионист Рэй Купер, невероятно мощный и харизматичный шоумен, поддерживавший своей энергетикой различных мегазвезд, прежде всего Элтона Джона, но параллельно строивший собственную карьеру композитора и актера – в обеих этих ипостасях ему тоже предстоит поработать на HandMade.
На той же неделе, когда состоялась премьера “Жития Брайана по Монти Пайтону”, на службу к О’Брайену поступил молодой бухгалтер по имени Стив Эббот, прежде работавший в престижной
