Славин решил не тянуть время и поговорить с Челноковой напрямик.
— Татьяна Никодимовна, этот человек такой же Сергей, как я — Наполеон. Дело в том, что он очень опасный преступник. Мы его задержали вместе с напарником. Вы его тоже знаете, тот, как и этот тип, назвался вымышленным именем.
— Леонид?
— Да, но на самом деле его имя Марат, но дело не в этом. Так получилось, что Пушлов Евгений — это настоящие фамилия и имя изображенного на фотографии человека, бежал из-под стражи. Мы уверены, что он готовится вас ограбить. Они с дружком совершили немало таких ограблений. Сейчас он находится в Минске, это он вам соврал, что звонит из Москвы.
— А что он может сделать со мной?
— Все, что хотите. Ему нужны деньги. Он считает, что они у вас есть. К тому же его устраивает очень и то, что вы живете одна.
— Вместе с дочерью.
— Шестилетняя девочка ему не помеха. Для достижения своей цели он, конечно, теперь не остановится ни перед чем, даже перед убийством. Поэтому мы решили с вами поговорить откровенно, обеспечить вашу безопасность и с вашей помощью задержать его.
— Что мне надо делать? — лицо Челноковой стало бледным и растерянным.
— Когда он вам позвонит, то разговаривайте с ним как обычно и спокойно. Спросит ваш адрес — дайте, будет напрашиваться прийти в гости к вам домой — не отказывайтесь. Вот что нам нужно от вас.
— Да, но если он придет домой, то действительно может убить меня...
— Не беспокойтесь, в квартиру мы его не допустим. Если у вас появятся какие-либо вопросы, можете мне позвонить. — Славин протянул маленький листок бумаги. — Здесь мой служебный и домашний телефоны, а также телефон дежурного. Вы обязательно позвоните, если он выйдет к вам на связь.
— А как мне вести себя, если он подойдет ко мне, скажем, на улице?
— Как всегда. Беседовать, если предложит, договариваться о встрече, идти домой и так далее.
— А если он сразу же набросится на меня, ведь он же запросто может убить.
— Не беспокойтесь, — улыбнулся Славин, — во-первых, вы ему сами по себе не нужны. Ему нужны ваши ценности, и пока он не попадет в вашу квартиру, он ничего не сделает вам. Во-вторых, мы вас будем охранять и гарантируем вашу безопасность в любой ситуации.
«Сеть заброшена, — думал Славин, шагая к ожидавшей его машине, — теперь надо ждать». Он на всякий случай свернул в проходной двор, убедился, что за ним никто не наблюдает, сел в машину и вскоре был в отделе, где его ждал Лагирев, которого доставил Дроздович. Парень был среднего роста, светловолосый и голубоглазый. На его лице четко выделялись симпатичные ямочки. Вести разговор с ним подполковнику было приятно.
— Николай Анатольевич, в апреле вы были в аэропорту. Скажите, с какой целью?
Парень удивленно посмотрел на Славина и уверенно ответил:
— Я вылетал к своей девушке — Лосевой Наташе. Она живет с родителями в Днепропетровске.
— В аэропорту никого знакомых не встретили?
Этот вопрос Славин задал безразличным, обыденным тоном, но ответу придавал большое значение. Ответит ли парень искренне?
Лагирев вспоминал. Его густые брови сошлись на переносице, лицо было спокойным, но напряженным. Наконец он облегченно вздохнул и поднял на Славина голубые глаза:
— Вспомнил. Я там встретил знакомого из Инты, вместе со своим другом, он провожал каких-то женщин. Я даже с этими женщинами летел в одном самолете. Я вышел в Днепропетровске, а они полетели дальше.
— А кто он, ваш знакомый?
— Пушлов Евгений. Мы с ним в Инте на одной улице жили.
— После возвращения из Днепропетровска не видели его?
— Нет.
— А не договаривались о встрече?
— Нет, не договаривались.
— Николай, я хочу попросить вас, если он объявится, сообщите мне.
67
СЛАВИН И МОЧАЛОВ
В половине двенадцатого ночи резко зазвонил телефон. Подполковник Славин отложил в сторону газету, которую он читал перед сном, и протянул руку к стоявшему на полу у кровати аппарату. Дежурный сообщил, что около дома Челноковой появился подозрительный человек, рассмотреть его лицо пока не удается. Он долго наблюдал за домом из расположенного напротив сквера, а сейчас прохаживается по обратной стороне улицы. Оперативные работники, действуя по инструкции, данной им Славиным, пока мужчину не трогают, наблюдают за ним. Славин приказал прислать за ним машину, а оперативной группе передать, чтобы его ждали. Задерживать преступника только в том случае, если он будет опознан как Пушлов.
Машина пришла быстро, и через несколько минут Славин был недалеко от дома Челноковой. Водитель передал подполковнику карманную радиостанцию, он связался со своими и приказал встретить его во дворе Челноковой.
Его встретил Мочалов.
— Тип действительно интересный. Ходит вокруг да около дома, но во двор пока не заходил. К нему не приближались, вдруг это не Пушлов, а его гонец, тогда все дело испортим. Наших двое на улице, а двое здесь, во дворе, вон у того гаража притаились.
Славин задумался. Казалось, что проще: подъезжай или подходи к неизвестному и разбирайся, кто он. Но прав был Мочалов. Вдруг это не преступник, а его друг? Сам Пушлов мог быть в это время где-нибудь за углом и наблюдать за напарником. Славин решил выжидать. Он подозвал сотрудников, которые находились во дворе у гаража, и вполголоса сказал:
— Я и Мочалов войдем в подъезд, а вы следите за подъездом, когда мужчина войдет в него, дадите по радиостанции два тональных вызова — это будет сигналом для нас. Сами прикройте выход из подъезда. Если это Пушлов, то он может, увидев нас, попытаться убежать, но вы не зевайте.
После этого Славин по радио передал сотрудникам, находившимся на улице, чтобы они не трогали неизвестного, а продолжали наблюдать за ним и, если тот направится во двор, чтобы предупредили об этом Славина, а сами подошли к подъезду. Отдав Мочалову радиостанцию, Славин первым шагнул в освещенный подъезд, но вдруг остановился и повернулся к Мочалову:
— Ваня, возьми у наших ребят фонарик!
Мочалов через минуту вернулся с фонариком в руке. Они вошли в подъезд и быстро поднялись на четвертый этаж, а потом оказались на небольшой площадке, где находилась обитая жестью дверь, ведущая на чердак. Славин тихо сказал:
— Здесь и будем ждать. Сделай тише шум радиостанции.
Действительно, в подъезде стояла такая тишина, что чуть слышный шум радиостанции на улице здесь был предательски громким. Мочалов вытащил маленькую радиостанцию из кармана и тронул пальцами регулятор громкости, шум стал чуть слышным, и оперативник не стал ее прятать в карман, чтобы не прозевать тональных сигналов. Славин взглянул на часы: без трех минут двенадцать. Подполковник облокотился на поручень, Мочалов последовал его примеру и шепотом сказал:
