временно исполняющего обязанности. И этот страшный лохматый кто-то не знает жалости. Причем жалости к нему, Кичиро.
Резко оглянувшись, он никого не обнаружил. То есть вообще никого. Тишина и… Возле дверей должны были стоять двое людей в форме с небольшими УЗИ на ремне. Но там никого не было!
Зато на насквозь продезинфицированной стене появилось кроваво-красное слово:
ВОЗМЕЗДИЕ
Кичиро зажмурился, потряс головой, но охранников как не было, так и не появилось. Они словно сквозь землю провалились. Зато слово не исчезло, а из-под букв медленно покатились капли, оставляя за собой красные следы.
— Эй! — крикнул Кичиро. — Кто тут так хулиганит? Что за дурацкие шутки?
В ответ ему была тишина.
Холодный ветерок прошел по его позвоночнику. Прокатился точно также, как капли по стене.
Кичиро дернул дверь на себя и скорее заскочил, чем забежал в свою небольшую комнату. Когда электронный замок легким щелчком возвестил о закрытии двери, то Кичиро услышал в комнате частый стук. Лишь спустя несколько секунд он понял, что этим стуком было биение его сердца.
Этот стук наполнял помещение громкой пульсацией. Казалось, что пульсировала не только деревянная подставка для футона, но и рабочий стол, письменный шкаф, тумбочка и большой прямоугольник телевизора.
В три прыжка исполняющий обязанности оказался возле шкафа. Извлечение пистолета из висящей кобуры и прыжки назад заняло немного времени. Прислонившись затылком к холодной поверхности двери, Кичиро пытался услышать хотя бы отзвук того, что происходило снаружи.
Снаружи было тихо. Так тихо, что вскоре биение сердца начало напоминать удары грома.
Ничего не происходило. Абсолютно ничего. И это напрягало до невозможности.
Кичиро перевел взгляд на стол. Там стоял термоконтейнер с последним приобретением Кичиро — рукой пятилетнего ребенка. На подопытном образце испытывалась непереносимость нового усиленного штамма ветрянки. Образец был похищен из бедной крестьянской семьи. Ребенок не смог перенести течение болезни, а Кичиро получил в своё пользование единицу товара для дальнейшей продажи.
Теперь же термоконтейнер стоял вовсе не так, как его оставил Кичиро при уходе. Он был сдвинут на край стола и чуть приоткрыт.
Приоткрыт?
Да ведь тогда нарушится режим температуры! Товар может испортиться!
Несмотря на что-то странное, творящееся за дверью, жадность возобладала над разумом. Кичиро подскочил к термоконтейнеру и дернул за крышку, чтобы проверить качество товара.
— Да что это за хрень? — мужчина отшатнулся прочь и с трудом подавил рвотные позывы.
Недавно розовая детская ручка была покрыта синей кожей и трупными язвами. Но не это смутило Кичиро — пальчики были сложены во всем известную фигуру, где средний палец оттопыривался дальше остальных.
— Пришла пора возмездия, — раздался тихий голос.
Кичиро оглянулся. Перед ним стоял двухметровый мужчина в окровавленных бинтах. Правой руки у мужчины не было, как не было и половины грудины. В зияющей ране шевелились толстые белесые черви.
— Что? Кто ты?!! — взвизгнул Кичиро, хотя уже знал ответ.
Он знал этого мужчину. Он помнил этого мужчину. Помнил, как вырезал ещё живое сердце.
— Я твоё возмездие, Маруяма-сан, — прошелестел тихий голос.
Волосы Кичиро встали дыбом. Он поднял пистолет и наставил его на мужчину. Мужчина улыбнулся обескровленными губами и шагнул вперед.
Щёлк!
Кичиро не поверил своим ушам. Он снова надавил на спусковой крючок.
Щёлк!
Опять осечка?
Щёлк! Щёлк! Щёлк!
Раз за разом Кичиро пытался вызвать из прямоугольного улья смертоносных пчел, но те отказывались выходить.
Мужчина резко выбросил руку вперед и сжал пальцы Кичиро. Сжал их так, что они хрустнули. Кичиро вскрикнул, когда кисть мужчины чуть дернулась. Хруст раздался ещё громче, а пальцы замерли в том положении, в каком навек застыла кисть ребенка из термоконтейнера.
Рука вспыхнула яркой болью. Пистолет выпал из сломанных пальцев. Кичиро отшатнулся, а мужчина выпустил его из своей хватки. Кичиро едва не упал, но дверь поддержала хозяина комнаты.
— Пришла пора возмездия, Маруяма-сан, — снова прошелестело в комнате.
— Нет! Нет! Я не хочу! — воскликнул Кичиро, шаря здоровой рукой по электронному замку.
Проклятый замок никак не хотел видеть именную карточку. Ну никак…
— Никто не хотел… Но разве ты их спрашивал?
От голоса мороз пробирал по коже. Взгляд мужчины был тяжел, он весом в несколько тонн пригибал Кичиро к полу. Изо рта мужчины один за другим начали вываливаться патроны. Те самые патроны, которые должны были находиться в пистолете! Маленькие продолговатые снаряды падали на деревянный пол и раскатывались в разные стороны.
Неожиданно замок пискнул, с легким щелчком освободив дверь из магнитного плена.
— Да провались ты сквозь землю!!! — выкрикнул Кичиро, распахивая дверь и выскакивая наружу.
В голове от паники всё смешалось. Привычное хладнокровие покинуло его. Почему-то возникли мысли о генерале и начальнице лаборатории. Неужели за ними тоже пришли мертвецы?
Но если их взяли, то вот Кичиро не такой! Маруяма не из тех, кого так просто одолеть!
Он зайцем помчался по коридору.
Прочь! В такое место, где ни один призрак прошлого не настигнет его. Туда, где ни одна плоть без соответствующего снаряжения не выдержит.
Он бежал и видел, что охранники у дверей не просто стоят — их прислонили! Каждый из охранников синел кожей, на которой темными цветками алели разверстые язвы. И у этих охранников не было какой-то части тела. У одного руки, у другого ноги, у кого-то с мясом были вырваны куски из торса.
— Нет-нет-нет, — словно молитву шептал Кичиро. — Такого просто не может быть. Это невозможно.
Мозг отказывался верить, но глаза услужливо подкидывали всё новые и новые картины происходящего. На стенах лаборатории то и дело появлялась надпись:
ВОЗМЕЗДИЕ
— Нет-нет-нет, — шептал беглец.
— Пришла пора получать по заслугам, Маруяма-сан, — раздался детский голосок.
Кичиро скосил глаза — в трех шагах от очередной двери стоял пятилетний малыш. Его кожа была покрыта язвочками ветрянки. Лохматые белокурые волосики торчали во все стороны, но не это привлекло внимание Кичиро. В левой руке малыша была его правая ручка. Он держал её, как транспарант, и чуть помахивал. Выставленный средний палец всё также подчеркивал издевку. На месте правой руки зияла окровавленная рана.
— Ты… Ты же умер… — просипел Кичиро.
— А скоро и ты умрешь, — весело сказал мальчик. — Скоро мы встретимся, Кичиро-сан! Возьми с собой конфеток. Ты же знаешь, как я любил конфетки?
Кичиро знал. Он ещё тогда пошутил, когда привезли мальчика, что маленьким сластенам не следует приближаться к машинам с
