— А что? Очень даже хорошая мысль! — воскликнул Луис Альберто.
— Ну вот еще! — фыркнула Марисабель.
— Нет, правда. Почему бы твоей маме не позаниматься с Фелисией? — спросил у Марисабель Бето.
— Не станет она с ней заниматься.
— Это почему? — удивилась Марианна. — Насколько я знаю, класс у нее укомплектован не полностью и она вполне может взять еще одну ученицу.
— Не будет она этого делать! — упрямо твердила Марисабель.
— Но почему?! — удивился Луис Альберто. — Почему ты так убеждена в этом? Ведь мы даже не спросили у Джоаны.
— Потому, — заявила Марисабель, — что моя мама не станет заниматься с ней бесплатно.
— Об этом ты можешь не беспокоиться, — сказал Луис Альберто, улыбнувшись. — Никто не собирается просить Джоану, чтобы она делала это бесплатно.
— Ну конечно! Вы заплатите за ее обучение! — зло съехидничала Марисабель.
— Можем и мы заплатить! — наконец сказала Марианна, выведенная из терпения словами дочери. — А может, и она сама. Не забывай, что у нее есть деньги.
— Которые вы ей дали! А до этого она была нищенкой! — крикнула Марисабель, вскакивая из-за стола. Но Луис Альберто остановил ее:
— Марисабель! Немедленно сядь на место!
Марисабель повиновалась.
— Послушай меня, — спокойно сказала Марианна, — оскорбляя Фелисию, ты оскорбляешь меня.
— Это почему? — спросила Марисабель, исподлобья глядя на Марианну.
— Потому что когда-то в молодости я была такой же бедной, как Фелисия. У меня тоже не было ни денег, ни дома, ничего. Скажи, тебе стыдно, что тебя вырастила и воспитала бывшая нищенка, как ты говоришь?
— …Нет…
— А мне стыдно, что я не смогла воспитать тебя как следует. Ты учишь Фелисию хорошим манерам, но тебе самой следовало бы поучиться у нее доброте и чувству благодарности. Посмотри, как она благодарна нам за то, что мы ей дали. Ты же все воспринимаешь как должное.
Марисабель молчала. Ей было очень стыдно за свое поведение. Но она никак не могла побороть своей неприязни к Фелисии. Ведь эта девушка, думала она, хочет отбить у нее Бето. И поэтому в Марисабель каждый раз просыпалось женское чувство самосохранения. Она готова была бороться за своего любимого всеми способами.
— Вот увидишь, — продолжала Марианна, — и твоя мать и твой отец скажут тебе то же самое.
— Марианна права, — подтвердил Луис Альберто, с укоризной глядя на дочь.
Марисабель встала из-за стола и, опустив голову, сказала:
— Простите меня, пожалуйста.
— Ты должна просить прощения не у меня, а у Фелисии, — сказала Марианна и спросила: — Когда ты увидишь маму?
— Я хотела пойти к ней сегодня.
— Тогда поговори с ней. Спроси, не захочет ли она посмотреть Фелисию. Если девочка ей понравится, мы будем платить за ее занятия. Ты сделаешь это?
Марисабель кивнула. Марианна встала, подошла к ней и поцеловала ее в лоб, сказав:
— Никогда не будь такой злюкой.
Когда все разошлись, Белинда постучала в дверь кабинета Луиса Альберто.
— Да-да. Войдите! — сказал он, надевая пиджак, чтобы идти на работу.
— Сеньор Луис Альберто, — сказала Белинда, — вы не отпустите меня сегодня? Мне нужно повидать подругу, которая лежит в больнице.
— Конечно!
— Большое спасибо. К ужину я вернусь, можете не беспокоиться.
Белинда действительно спешила в больницу.
Вчера от продавщицы магазина, где обычно покупала продукты, она узнала, что ее подруга Делия попала в госпиталь. Делия была старой проституткой. Белинда знала ее потому, что они вместе когда-то приехали в Мехико из одной деревни искать работу.
Но работу в то время найти было очень трудно, девушки вынуждены были жить в одной крохотной комнатушке, питались как попало. Тогда Делия, никогда не отличавшаяся высокой нравственностью, решила заняться самым древним ремеслом.
Поначалу Белинде тоже пришлось подрабатывать этим, но потом ей удалось получить место гувернантки в одном небогатом доме и она бросила это занятие.
Но с Делией она продолжала дружить.
И вот теперь Белинда узнала, что Делия в больнице. Она попала туда после какой-то пьяной драки, во время которой ее пырнули ножом в живот.
Заглянув на рынок, скупая Белинда выбрала апельсинов, тех, что подешевле, чтобы отнести подруге гостинец, — нельзя же идти в больницу с пустыми руками.
В больнице ей объяснили, как найти Делию. Войдя в палату, Белинда не сразу узнала старую подругу. И только когда Делия хриплым голосом окликнула ее, она поняла, к какой койке нужно идти.
— Здравствуй, Белинда, — тихо, почти шепотом проговорила старая проститутка. Она выглядела очень плохо. Кожа на ее лице стала морщинистой. Под полуприкрытыми глазами легли черные тени, губы потрескались. По всему было видно, что Делия — не жилец на этом свете.
Белинда присела на краешек кровати.
— Ну как ты? — спросила она у подруги.
— Как видишь… Вот еще немного полежу тут, да и в путь пора.
— В какой путь? — не поняла Белинда.
— В какой? В последний, — слабо улыбнувшись, пошутила старая проститутка.
— Да ладно тебе, выкарабкаешься.
— Нет, мне лучше знать.
— А что врачи говорят? — спросила Белинда.
— В том-то и дело, что ничего они не говорят… Да что мы все обо мне, да обо мне. Ты-то как поживаешь?
— Да все так же. Работаю кухаркой у сеньора Луиса Альберто Сальватьерра.
— У Луиса Альберто? — переспросила Делия.
— Да, у него. А что?
Делия слабо улыбнулась.
— Да так, ничего. Знавала я его когда-то.
— Кого?
— Ну этого Луиса Альберто.
— Не может быть! — удивилась Белинда.
— Почему не может?! Может… Частенько он ко мне захаживал.
Белинда задумалась.
— И давно это было? — спросила она.
— Лет… лет семнадцать назад, а что?
— Нет, ничего, просто интересно.
Посидев еще немного и подумав о чем-то, Белинда спросила опять:
— А разве он тогда не был женат?
Делия попыталась изобразить улыбку.
— Послушай, Белинда, разве мало женатых мужчин пользовались моими услугами? И потом, меня совсем не интересует, есть у мужчин семья или нет. Главное, чтобы они платили мне деньги. А этот твой Луис Альберто действительно был тогда женат. Но у них с женой вышла какая-то размолвка, вот он и стал ко мне захаживать. Ты же знаешь, как это обычно бывает.
— Так вот почему он так ее обхаживает, — в задумчивости сказала Белинда.
— Кого обхаживает? — не поняла Делия.
— Это я так, о своем, — поспешила ответить та.
Посидев еще немного у подруги, Белинда стала собираться домой.
