входа, но я повернул направо, а потом налево.
— Всегда безопаснее пользоваться боковыми воротами.
— Здесь у вас сплошные тайны, — заметила Корэл.
— Привычка, — пожал я плечами. — Чем меньше посторонних знает, чем ты занимаешься, тем лучше идут дела.
— Посторонние? Чего вы боитесь?
— Сейчас? Очень многого. Но мне бы не хотелось тратить такой прекрасный день на составление списка.
Она осуждающе покачала головой:
— Значит, все, что о вас говорят, правда? Вы так запутались в своих разборках, что вынуждены вести учет?
— Последнее время у меня не было возможности записать хотя бы строчку, — сказал я и добавил: — Послушайте, мне и без того нелегко пришлось в последнее время.
— О! — воскликнула она, краснея.
— Как-нибудь в другой раз, — пообещал я, рассмеялся, распахнул плащ и махнул стражнику.
Корэл кивнула и дипломатично сменила тему:
— Похоже, я выбрала не самое удачное время, чтобы полюбоваться вашими знаменитыми садами.
— Да, сейчас не сезон, — сказал я. — Разве что японский сад Бенедикта в самом расцвете. Полагаю, мы могли бы как-нибудь выпить там чашечку чаю. Сейчас нам лучше проехать в город.
— Отлично, — улыбнулась она.
Я велел часовому передать сенешалю Амбера Гендену, что мы ушли в город и не знаем, когда вернемся. Он пообещал это сделать сразу же после смены, которая уже заканчивалась. После событий в кабачке «У Кровавого Билла» я всегда оставлял подобные сообщения. Не потому, что чeгo-тo боялся, а так, на всякий случай.
Под шорох опавших листьев мы шли по ведущей к боковым воротам аллее. Сияло солнце, за исключением двух полосочек перистых облаков небо было абсолютно чистым. Далеко на западе летел в сторону океана клин темных птиц.
— А у нас уже снег, — произнесла Корэл. — Вам повезло.
— Все дело в теплом течении, — сказал я, вспомнив слова Джерарда. — Оно смягчает климат по сравнению с другими местами на этой же широте.
— Вы много путешествуете?
— Последнее время гораздо больше, чем хотелось бы. Неплохо было бы хоть на год угомониться.
— Деловые поездки, или отдыхаете?
Стражник выпустил нас за ворота, и я быстро огляделся, нет ли поблизости подозрительных людей.
— Какой там отдых!
Я взял девушку под локоть и повел в нужную мне сторону. Мы вышли в деловую часть города и некоторое время следовали вдоль Главной улицы. Я показал ей несколько достопримечательных мест, в том числе и посольство Бегмы. Корэл не выразила ни малейшего желания посетить последнее, заметив, однако, что до отъезда ей придется нанести землякам официальный визит. Как бы то ни было, в одном из магазинчиков она приобрела пару блузок, распорядившись прислать счет в посольство, а блузки — во дворец.
— Отец обещал поводить меня по магазинам, — объяснила девушка. — Не сомневаюсь, что Он уже об этом забыл. Когда принесут счет, он поймет, что я все помню.
Мы побродили по улицам, посидели в кафе, наблюдая за прохожими и всадниками. Я наклонился к Корэл, чтобы рассказать связанную с одним из рыцарей забавную историю, как вдруг почувствовал, что кто-то пытается связаться со мной по карте.
Я выждал несколько секунд. Ощущение усилилось, хотя догадаться, кто меня вызывает, я так и не смог. Рука Корэл легла мне на плечо.
— Что случилось? — спросила она.
Я настроился на контакт, облегчая вызывающему задачу, но он, похоже, уже пропал. Между тем это не походило на то ощущение, когда Маска подглядывал за мной у Флоры в Сан-Франциско. Может быть, со мной пытался связаться кто-то из знакомых и не мог сосредоточиться? Например, из-за раны? Или...
— Люк! — позвал я. — Это ты?
Ответа не последовало, а ощущение контакта начало затихать.
— Все в порядке? — спросила Корэл.
— Да, все в порядке, — ответил я. — Кто-то хотел со мной связаться, а потом передумал.
— Связаться? Вы имеете в виду при помощи карты?
- Да.
— Вы позвали Люка. У вас в семье нет никого с таким именем.
— Возможно, вы знаете его как Ринальдо, принца Кашфы.
— Ринни? — Девушка рассмеялась. — Конечно, я его знаю. Правда, он не любил, когда его называли Ринни.
— Вы в самом деле его знаете? Лично?
— Да, — ответила она. — Хотя это было много лет назад. Кашфа находится неподалеку от Бегмы. Временами мы были очень близки, временами — нет. Знаете, как это бывает. Политика. Когда я была маленькой, мы дружили подолгу. Взрослые то и дело наносили друг другу официальные визиты, а нас, детей, оставляли вместе.
— Каким он был в те времена?
— О! Долговязым, рыжим, неуклюжим. Любил порисоваться, показать, какой он сильный и быстрый. Никогда не забуду, как он разозлился, когда я победила его в беге.
— Вы победили Люка в беге?
— Да. Я очень хорошая бегунья.
— Не сомневаюсь.
— Несколько раз он приглашал меня и Найду в походы, в том числе и лодочные. Кстати, где он сейчас?
— Пьет с Чеширским Котом.
— Что?
— Это долгая история.
— Мне так интересно! Я переживала за него с момента переворота.
— М-м-м... — Я быстро соображал, как отредактировать свое повествование, чтобы не раскрыть перед дочерью премьер-министра Бегмы никаких государственных секретов, вроде отношения Люка к Дому Амбера.
Поэтому я начал издалека:
— Мы знакомы уже несколько лет. Недавно он разозлил одного волшебника, который одурманил его и приковал к стойке странного бара...
Я рассказывал долго, потом остановился, поскольку подзабыл Льюиса Кэрролла. Пришлось заодно пообещать ей томик «Алисы» на тари из библиотеки Амбера.
Когда я наконец закончил, Корэл весело засмеялась.
— Почему вы не вернули его?
Ой-ей-ей! Не уверен, что он сможет перемещаться по Тени, пока не придет в себя. Поэтому я ответил так:
— Ничего не выйдет — из-за заклинания. Оно влияет на его собственные колдовские способности. Люка нельзя трогать, пока он не выйдет из-под действия наркотического наваждения.
— Ну и дела! — воскликнула Корэл. — Значит, Люк — тоже волшебник?
— М-м-м... да.
— Как же он приобрел эти способности? Когда я его знала, он ничем не выделялся.
— Волшебники приходят к своему искусству различными путями, — начал я и вдруг сообразил, что она понимает гораздо больше, чем можно было предположить по невинному улыбающемуся личику. Мне показалось, что Корэл умело клонит разговор к посвященности Люка в отцовскую магию, из чего можно было бы сделать вывод о его положении в семье. — Его мать Джасра — тоже своего рода волшебница.
— В самом деле? Никогда бы не подумала. Черт! Ляпнул все-таки.
— Да, где-то научилась.
— А его отец?
— Честно говоря, не знаю.
— Вы с ним встречались?
— Мимоходом.
Ложь могла придать этому разговору ненужную значимость, если, конечно, Корэл догадывается о правде. Так что я прибегнул к единственному доступному мне средству. За соседним столиком никто не сидел, там вообще ничего не было, кроме стены. Я потратил заклинание, сопроводив его невидимым жестом, и тихонько пробормотал необходимую фразу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
