Читаем без скачивания Алхимические хроники (части 1-3) - Лана Туулли

Мэтресса Далия, поглощающая библиотечные новинки практически с рассвета, честно собиралась сделать небольшой перерыв где-то ближе к десяти часам утра. Она даже подошла к выходу из читального зала, где довольно долго стояла, с полным самозабвением переворачивая страницы читаемой книги. Мэтрессина природа при этом смущенно мялась, не в силах справиться с основными инстинктами дипломированного алхимика. Наконец, не выдержала госпожа Лейла, старшая библиотекарша — дама, приятная во всех измерениях.

— Давайте книгу, мэтресса. Вы же знаете правила — из читального зала выносить литературу не положено.

— Сейчас, сейчас, — отмахнулась Далия, дочитывая абзац.

За абзацем последовал следующий. И еще два. И еще четыре страницы.

Наконец, зрелище подтанцовывающей мэтрессы вывело библиотекаршу из себя. Лейла оторвалась от своего поста на выходе из читального зала, подошла и резко захлопнула книгу, которую читала Далия. Руки мэтрессы Далии рефлекторно дернулись, чтобы покарать святотатца, осмелившегося вмешаться в процесс книжного алхимического насыщения:

— Что это вы делаете! Я страницу не запомнила! Ой… Вы ее посторожите, правда?

— Правда, правда, — являя бесконечное терпение, пообещала Лейла. Мэтресса уже бежала в направлении дамской комнаты.

Расправившись с природой, Далия сполоснула руки и лицо холодной водой, посмотрела на свое отражение в казенном пыльном зеркале, поправила выбившийся из прически локон, и вдруг услышала странные звуки.

Далия прислушалась.

Звуки действительно были странными.

И раздавались, что было совершенно невероятно, из одной из пяти закрытых туалетных кабинок. Что за напасть? Здесь, в библиотеке? Кто посмел заниматься в университетском книжном святилище чем-то еще, кроме чтения?

Перехватив для храбрости рукоятку верной лупы, мэтресса подошла к ряду закрытых дверец, определила, из-за которой звуки слышнее всего, и осторожно, притворяясь зимним сквозняком, толкнула ручку.

В кабинке обнаружилась — кто бы мог подумать! — связанная по рукам и ногам Изольда. Увидев Далию, девица попыталась что-то прокричать, но, к счастью, ее рот был плотно заткнут кляпом.

— О боги! — воскликнула мэтресса и бросилась развязывать несчастную. — Изольда! Что с тобой случилось?

Изольда еле дождалась, когда Далия развяжет ей руки, вытащила изо рта тряпку и разрыдалась:

— Меня пытались убить!

— Правда? Здесь? Сейчас?

— Не сейчас, а раньше! Я почти полчаса кричу и бьюсь головой об стену, но никто не приходил! Не приходил, хотя я пыталась стучать, пыталась кричать, звать на помощь! Это было ужасно!

— Ужасно, — согласилась Далия. С сомнением посмотрела на веревку, которой была связана самая знаменитая из глупых и красивых студенток Университета. Веревка была на диво прочной. И узлы, с которыми с некоторым трудом справилась Далия, весьма профессиональные. Обычно, если верить разведданным госпожи Гиранди, которая всё в Университете про всех знала, связывали Изольду исключительно понарошку… — А кто ж тебя связал?

— Ах, я не знаю! — еще громче зарыдала Изольда. Впрочем, на опытный взгляд Далии, девица начала успокаиваться: умывшись, она принялась пристально рассматривать себя в зеркале. Если любуется собой — значит, все не так плохо; жить будет. Изольда пошмыгала, извлекла из-за корсажа ярко-розового платья крошечный ажурный платочек и принялась вытирать расплывшуюся краску вокруг глаз: — Я пришла сюда, зашла туда…

— А потом появился он, — подсказала Далия, слышавшая несколько типовых Изольдиных историй.

— Я как раз вышла, поправляла мантию — о, Далия, как вы, алхимики, можете носить это кошмарное одеяние! Оно абсолютно бесформенно, ворот сбивается куда-то на спину, в рукавах запутаешься, полы не кружатся…

— Гм, Изольда… — заинтересовалась мэтресса. — Не хочешь ли ты сказать, что тоже носила мантию?

— Конечно! — возмутилась студентка. — Иначе меня в библиотеку не хотели пускать! Пришлось напялить на себя это убожество… Хотя это совсем не мой стиль, не мой фасон, скроено кое-как…

Мэтресса сложила руки на груди. Посмотрела на Изольду. Скептически фыркнула.

— Странная история. И что случилось потом, когда ты поправила мантию?

Изольда пожала плечами.

— А потом я оказалась в кабинке, связанная, и никто не пришел ко мне на помощь.

Мэтресса Далия похмыкала. Решительно остановила Изольду и развернула ее к зеркалу.

— Посмотри, — велела алхимичка студентке. Та посмотрела на их отражения. Похлопала ресницами. — Ничего не замечаешь?

Робкая морщинка пробежалась по гладкому лбу Изольды.

— Ты покрасила волосы? — с сомнением предположила девушка. Мэтресса обиделась.

— Смотри ниже.

Взгляд студентки переместился в указанном направлении. Секунду спустя девушка начала поправлять декольте нарядного платья — с явной гордостью от того, что мэтрессе в этом отношении похвастаться нечем. Ни платья, ни декольте, всё, что ниже шеи закрыто черной мантией…

— Ну? — требовательно спросила мэтресса, которой надоело следить за прихорашиванием Изольды. — Где ж твоя мантия?

Изольда в панике начала себя обшаривать.

— Ой! Меня изнасиловали! — запричитала она.

— На твоем месте я бы не стала обольщаться, — с сомнением покачала головой Далия. — Вот мантию спёрли, это да.

— Нет! — заверещала Изольда. Поднесла руки к прелестному ротику — краем глаза любуясь на свое отражение. — Что мне делать! Как я буду жить, опозоренная! Теперь ты обязан на мне жениться!

— Прости? — поразилась Далия. На всякий случай огляделась по сторонам. — Это ты с кем сейчас разговариваешь?

— Да не с тобой, конечно же. Я репетирую.

— Ладно, не буду мешать…

Пристроив на край умывальника бывший кляп и аккуратно свернутую веревку, Далия, с трудом пряча улыбку, поспешила вернуться в читальный зал. А Изольда, после нескольких попыток добившись идеальной позы, выскочила из дамской комнаты, прошлась по библиотечным коридорам. Поднялась на второй этаж. Стоя на площадке парадной лестницы, отметив приближение какого-то господина серьезной наружности, Изольда претворила в жизнь задуманное.

— Ах! — закричала она. Так как господин — при ближайшем рассмотрении обнаружились обширная лысина и бегающие глазки, средний рост, немолодой возраст и весьма посредственный доход, — не поспешил отреагировать, Изольде пришлось повторить погромче: — Ах! Что же мне делать! Спасите! Спасите!

И картинно потеряла сознание.

Здесь надо подчеркнуть, что особым умом Изольда никогда не блистала. Поэтому ничего удивительного, что «потеряв сознание», девушка не удержалась на лестничной площадке и чувствительно прокатилась вниз, насчитав сорок шесть ступенек и набив взаправдашнюю шишку.

Увы, травма Изольды оказалось напрасной: вместо того, чтобы услышать зов прекрасной девы о помощи, господин отреагировал на оклик другого человека. Тот господин разве что на лбу не имел подписи «служу Спокойствию Кавладора»: официального вида представительный усач в сером неброском мундире, сопровождаемый двумя младшими сотрудниками, плечистым и недотепистым, ненавязчиво вышел из облачка телепорта. Усач придирчиво и оценивающе осмотрелся по сторонам, вследствие чего все более или менее уполномоченные лица подтянулись и поспешили соответствовать занимаемой должности. Так что Сам, директор университетской библиотеки, вместо того, чтобы подхватить падающую Изольду, бросился навстречу официальному господину — не сказать, чтобы распахнув объятья и подвизгивая от радости, но наверняка намочив подштанники и сдавленно постанывая в ожидании служебных неприятностей.

Господин Клеорн осмотрелся по сторонам, по привычке составляя план-конспект для будущего официального отчета. Так-так-так… Помещение стольки-то кубических локтей объемом, потолки высокие, стены обшиты деревянными панелями, на восточной стене портрет неизвестного с гусиным пером за ухом и чернильным пятном на носу, на западной стене — портрет неизвестной с тремя хорями; в северном углу доспехи (современная пелаверинская подделка под старинную гномскую работу). Помещение имеет прямое сообщение с лестницей, у подножия которой лежит труп молодой симпатичной барышни лет девятнадцати на первый взгляд и двадцати четырех на второй, в ярко-розовом шелковом платье с кружевами. Причина смерти барышни… Господин Клеорн подошел поближе.

Изольда застонала.

Клеорн нахмурился. Обернулся к своему спутнику недотепистой наружности.

— Мэтр Лео, ваше мнение?

Мэтр Лео с трудом высвободил руку, которую ему с приветственным оскалом тряс директор библиотеки и подошел ближе. Просканировал Изольду и кратко резюмировал:

— Вполне половозрелая самочка. Прикус правильный, круп, ноги и кожные покровы ярко выраженных дефектов не имеют. Можно спаривать…