– Постой! Куда! – догнавший сильно дернул ее за руку и повернул лицом к себе. Это был парень лет двадцати трех. Он осветил ее лицо фонариком.
– Ого! Какая ляля! – с удовлетворением в голосе произнес он. – И куда же мы так поздно идем?
– Пустите меня! – с отчаянием крикнула Ирина.
– Так сразу? – в его голосе была насмешка. – Ну уж нет! Не всегда приходит такая удача!
Ирина сделала попытку вырваться.
– Тихо! Не трепыхайся. – Парень еще раз дернул ее за руку, причиняя нестерпимую боль в сломанных ребрах.
– Прежде всего, скажи, откуда ты взялась? – продолжал он, оценивающим взглядом рассматривая ее лицо и фигуру. – Молчишь? Ну что же, я сам это узнаю.
Он схватил ее другой рукой за ворот платья и, дернув, обнажил левое плечо.
– Ну так я и знал, – торжествующе произнес он, освещая фонариком вытатуированный номер.
– Давно сбежала? Молчишь? Ладно. Это легко выяснить. Он дернул ее еще раз за руку и потащил за собой.
– Ты, видно, дорого стоишь? – поинтересовался он. – Я знаю, что за некоторых таких вот дают больше денег, чем стоит целая ферма.
– Вы фермер? – тихо спросила Ирина.
– Ну да, – подтвердил парень, несколько ослабляя хватку, и добавил: – Пойдешь сама или тащить?
– Куда вы меня ведете?
– Ясно куда. В усадьбу. Там сейчас как раз полиция, – пояснил он.
– Зачем?
– Чудачка, – он засмеялся. – Знаешь, сколько мне за тебя отвалят? Целых три сотни! А то и больше.
– Это разве много?
– Дура! Ты видно никогда не работала. Попробуй заработать, особенно теперь…
– Отпустите меня.
– Ищи дураков! Да ты сама, цыпочка, напрасно это. Будешь снова в тепле, сытая… зря ты убежала.
Он остановился и, воровато оглянувшись по сторонам, потянул ее к кустам.
– Зайдем сначала сюда…
Ирина рванулась и, не помня себя, закричала.
– Цыц, дура! – парень размахнулся и отвесил ей пощечину. – Ишь, какая недотрога. – Он ударил ее еще раз и швырнул на землю среди кустов.
– Тебе что? В первый раз, что ли? – он надавил ей на живот коленом и резким движением задрал платье.
– Пусти… я сама… – задыхаясь от тяжести прохрипела Ирина.
– Вот так-то будет лучше, дурочка, – он приподнялся и стал расстегивать брючный ремень.
Когда он снова наклонился над ней, в лицо ему брызнула струя из цилиндра. Ирина вскочила и, не помня себя, раз за разом нажимала на выступ баллона, брызжа из него струей в удивленно раскрытые глаза и рот, пока баллон не опустел. Она отбросила его в кусты и отдышалась.
Когда дыхание ее выровнялось, замерла, прислушалась. Вокруг тихо. Она наклонилась над лежащим парнем, взяла его за ноги и оттащила подальше в кусты. Затем пошарила у него в карманах и нашла то, что искала, – большой складной нож. Она с трудом открыла лезвие и потрогала. Лезвие было остро отточено. Она подумала, не связать ли насильнику руки и ноги его же ремнем и забить кляпом рот, чтобы он не смог поднять тревоги, но, наклонившись снова над ним, поняла, что тот мертв.
Она не помнила, как добралась до опушки леса. Следуя указаниям Павла, нашла овраг и стала им пробираться. Внезапно из-за дерева показался силуэт человека. Ирина напряглась, сжимая в руках нож.
– Это я, – послышался негромкий голос. Ноги у нее подкосились, и она упала. Павел, это был он, едва успел подхватить ее, не давая удариться головой о выступающие из земли толстые корни деревьев.
Через минуту она пришла в себя и попыталась подняться, но Павел удержал ее:
– Полежи еще немного.
– У тебя нет воды?
– Сейчас принесу, – он осторожно положил ее голову на мох и скрылся в темноте. Вернулся через минуту и, поддерживая рукой ей голову, дал напиться. Ирина осушила почти половину фляги. Павел молча наблюдал за ней, не задавая никаких вопросов.
– Вот теперь я что-нибудь поела бы…
– Если ты можешь двигаться, то здесь рядом. Ты почти дошла до пещеры, – пояснил он.
Небольшая пещера, вернее, ниша, была вырыта в склоне оврага и тщательно замаскирована ветками и плющом. В пещере Павел зажег фонарь, достал из мешка провизию. Пока она ела, он так же молча рассматривал ее и только после того, как она насытилась, стал задавать вопросы.
– Почему ты одна? – был его первый допрос. – Где Мария?
Ирина рассказала Павлу о событиях последних дней и о своих злоключениях. Павел молча слушал, не торопил, только иногда его нетерпеливые движения свидетельствовали о том, что он крайне заинтересован рассказом.
– Ты сможешь идти? – спросил он, когда Ирина закончила свой рассказ. – Здесь оставаться небезопасно. Утром обнаружат труп того парня, и все фермеры в окрестности поднимутся разыскивать убийцу.
– Попробую, Мне только страшно холодно. Я ушла, как была, в легком платье. Вдобавок, оно все порвано.
– На, натяни мой свитер, – он стянул через голову свитер и остался в легкой рубашке. Ирина надела его и вскоре согрелась.
– Я могу уже идти, – сказала она, вставая.
– Здесь, в трех километрах, живет мой знакомый фермер. Я ему хорошо плачу, но надо успеть туда, пока до него не дошла весть об убийстве парня. В этом отношении они между собой очень солидарны.
– Но я же только защищалась!
– Видишь ли… насилие над такой женщиной среди них не считается преступлением. Раз у тебя номер на плече – ты уже не человек. Во всех других отношениях они славные люди. Ты пойми – это не их вина. Прошло уже почти двести лет, как установлен этот режим… Если они узнают, что ты убила одного из них, то поднимется вся округа. Они будут рыскать вокруг и не успокоятся, пока тебя не поймают и не повесят.
– Что же делать?
– Мы должны успеть до рассвета подойти к ферме моего знакомого. Ты спрячешься в придорожной канаве, а я пойду к хозяину фермы и возьму у него машину. Я уже раньше не раз это делал, щедро платя каждый раз. Взяв машину, я выеду на дорогу и подберу тебя. Часа через три-четыре мы будем в безопасности.
Они выбрались из оврага и пошли по узкой тропинке. Павел шел впереди, светя фонариком. Ирина – сзади, стараясь не отставать.
– Ты его хорошо спрятала?
– Я его чуть оттащила от дороги. Но там мелкий кустарник. У меня не хватило сил затащить его подальше.
– Тогда надо торопиться. Неизвестно, чем это все кончится. – Павел пошел быстрее.
Уже начинало развидняться, когда лес закончился, они вышли на поле. Метрах в ста от леса шла дорога, а немного дальше стояла ферма.
– Уже светло. Тебе придется спрятаться здесь в кустах. Теперь я пойду один. Как только ты увидишь, что из ворот фермы выезжает машина – беги к дороге. На, подержи пока, – он протянул Ирине бластер. – Я не хочу, чтобы они его у меня видели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
