Я сообщил дипломатам, что условия капитуляции едины для всех и никому не будет даровано никаких привилегий. Те, кто откажется капитулировать, окажутся в изоляции. Им будет запрещено вести любые торговые операции, а если и это не заставит их сдаться, мы будем вынуждены добиться этого силой оружия. В таком случае они войдут в новый союз на положении пленников. Как я уже сказал, никто не останется в стороне. Мы станем единым целым.
Моя королева, я готов отдать за тебя жизнь и мечтаю только о том, чтобы стать твоим мужем, но, если мои действия отвратят от меня твое сердце, я не стану принуждать тебя к замужеству. Однако прошу понять, что капитуляция твоей страны необходима. Мы должны жить по единым законам. Я не могу позволить себе предоставить привилегии какой-то одной стране, иначе мы проиграем, не успев начать.
Кэлен всхлипнула. Она с трудом различала буквы сквозь пелену слез.
— Город атаковали мрисвизы. — Зедд присвистнул. Не обратив на него внимания, Кэлен продолжала: — С помощью Гратча я их перебил, а трупы повесил на кольях перед дворцом Исповедниц, дабы все могли видеть, какая судьба постигнет наших врагов. Мрисвизы способны становиться невидимыми. Кроме меня, только Гратч может видеть их, когда они завернуты в свои плащи. Я боюсь, что они придут за тобой, поэтому отправил Гратча тебя защищать.
Но в первую очередь мы все должны помнить вот что: Имперский Орден стремится уничтожить магию. Впрочем, сам он не гнушается прибегать к ней. Это только нашу магию хочет он уничтожить.
Пожалуйста, передай моему деду, что он тоже должен немедленно возвращаться. Дому его предков грозит беда. Именно поэтому я и вынужден был захватить Эйдиндрил и не могу уехать. Я боюсь, что враг захватит дом моего деда, а последствия этого могут быть самыми разрушительными.
Зедд не выдержал.
— Проклятие! — прошептал он, снова вскочив. — Ричард имеет в виду замок Волшебника! Он не хотел писать об этом открыто, поэтому прибегнул к иносказанию. Как я мог быть настолько глуп?! Парень прав. Нельзя позволить им захватить замок. Там есть вещи, наделенные огромной магической силой, и Орден с удовольствием наложил бы на них лапу. Ричард о них не знает, но он достаточно сообразителен, чтобы оценить грозящую опасность. А я — слепой дурак!
Кэлен с ужасом осознала, что волшебник прав. Если Орден захватит замок, в его руках окажется могущественнейшая магия.
— Зедд, Ричард там совсем один. И он, по существу, ничего не понимает в магии. Он не знает, что в Эйдиндриле есть люди, владеющие ею. Он попал в волчье логово и даже не подозревает об этом. Добрые духи, он в большой опасности!
Зедд мрачно кивнул:
— Да уж, парень завяз по самые уши!
Внезапно послышался издевательский смех Эди.
— По самые уши? Он увел Эйдиндрил и замок Волшебника из-под самого носа Имперского Ордена! Они натравили на него мрисвизов, а он насадил трупы этих тварей на колья перед дворцом. По всей вероятности, входящие в состав Срединных Земель страны вот-вот капитулируют перед ним и образуют новый союз, способный противостоять Ордену. Одним словом, он сделал то, что мы пытаемся осуществить. Он использовал то, что для нас было основной сложностью, — торговые связи. Он сделал из них орудие принуждения. Он не стал тратить время на уговоры, а попросту приставил им нож к горлу. Скоро они начнут сдаваться ему, и все Срединные Земли окажутся у него в кулаке. Самые важные страны, во всяком случае.
— А объединив их все с Д’Харой под единым командованием, он получит армию, вполне способную противостоять Ордену, — добавил Зедд. — В письме есть еще что-нибудь? — спросил он у Кэлен.
— Немного, — кивнула она:
— Я боюсь за свое сердце, но еще сильнее опасаюсь того, что могло произойти, не сделай я того, что сделал. Черная тень тирании навсегда могла бы накрыть наш мир, и судьба Эбиниссии стала бы лишь началом того, что пришлось бы пережить всем.
Я верю в твою любовь, хотя мне и страшно подвергать ее такому испытанию.
Меня окружают телохранители, и одна из них уже отдала свою жизнь за меня, но все же я не чувствую себя в безопасности. Вы должны немедленно вернуться в Эйдиндрил. Не мешкайте. Гратч убережет вас от мрисвизов до тех пор, пока вы не приедете ко мне.
Подписано: Вечно твой Ричард Рал, магистр Д’Хары.
Зедд снова присвистнул:
— Магистр Д’Хары? Что этот парень натворил?
Кэлен опустила дрожащие руки.
— Уничтожил меня, вот что он натворил.
Эди ткнула в нее тонким пальцем:
— А теперь слушай меня, Мать-Исповедница! Ричард сказал тебе, что пишет письмо под портретом Магды Сирус, а это значит, что то, что он вынужден сделать, причиняет боль ему самому, и он прекрасно понимает, какой это удар для тебя. Но он скорее готов пожертвовать твоей любовью, нежели допустить, чтобы тебя убили, если он склонится перед прошлым, вместо того чтобы думать о будущем. Он сделал то, чего не удалось сделать нам. Мы бы умоляли страны объединиться, а он потребовал и подкрепил свое требование демонстрацией силы. Если ты действительно хочешь быть Матерью-Исповедницей и ставишь благо своего народа превыше всего, ты поможешь Ричарду!
Зедд приподнял бровь, но промолчал. Услышав знакомое имя, подал голос Гратч.
— Гррратч люююб Раааач-ааарг!
Кэлен, хлюпнув носом, смахнула слезы.
— Я тоже люблю Ричарда.
— Кэлен, — ободряюще проговорил Зедд, — как я уверен в том, что со временем чары будут сняты с тебя, я так же нисколько не сомневаюсь, что ты снова станешь Матерью-Исповедницей.
— Ты не понимаешь, — возразила она, сдерживая слезы. — Многие тысячелетия Мать-Исповедница всегда защищала Срединные Земли и сохраняла их единство. Я стану Матерью-Исповедницей, которая не выполнила своего долга.
— Нет, — покачал головой Зедд. — Ты будешь Матерью-Исповедницей, которой достало сил и мужества спасти Срединные Земли.
— Я в этом не уверена, — прижала она руку к сердцу.
Зедд подошел ближе.
— Кэлен, Ричард — Искатель. Он владеет Мечом Истины. Я — тот, кто избрал его. Я, Волшебник первого ранга, прозрел в нем сущность Искателя. И он следует своей сущности. Им руководит интуиция, но она у него безошибочна. Ричард — очень необычный человек. Очень. Он поступает как Искатель, пользуясь при этом своим даром. Он делает то, что, по его мнению, обязан сделать. Мы должны верить ему, даже если не до конца понимаем, почему он поступает так или иначе. Проклятие, да он и сам не всегда это понимает!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
