руководства типография превратилась в одну из самых современных – там было 8 печатных станков, число работников выросло с 6 до 150-ти.
Значение монастыря прп. Иова в истории русской церковной эмиграции трудно переоценить, – отмечает исследователь. – Он вел самую активную издательскую, миссионерскую и культурно-просветительскую работу среди всех обителей русского зарубежья. Особенно уникальное явление представляет собой деятельность монастыря прп. Иова в годы войны, ставшая возможной потому, что Словакия формально являлась самостоятельным государством и власти нацистской Германии не могли прямо вмешиваться в события, происходившие на ее территории[1143].
После войны обитель прекратила свое существование, ее насельники фактически создали два главных монастыря РПЦЗ, существующих до сих пор: прп. Иова в Мюнхене (Германия) и Пресвятой Троицы в Джорданвилле (США).
В начале 1920-х гг. все православные приходы Восточной Словакии подчинялись архиепископу Пражскому Савватию (Врабецу), находившемуся в юрисдикции Константинопольского Патриархата. Этот владыка и назначил в марте 1923 г. архимандрита Виталия настоятелем прихода в Ладомировой. В феврале 1924 г. правительствами Чехословакии и Югославии был заключен договор, по которому Православной Церкви в Подкарпатской Руси предоставлялась полная автономия и право иметь своего епископа, но в юрисдикции Сербского, а не Константинопольского Патриарха. К 1925 г. почти все православные общины Словакии стали подчиняться сербским архиереям. Исключение составлял созданный русскими эмигрантами приход в г. Братиславе, который подчинялся митрополиту Евлогию (Георгиевскому)[1144].
В 1930-е гг. в Ладомировой типографии печаталось около 75 % всех изданий РПЦЗ. К февралю 1930 г. численность братии выросла до 25 человек, в их числе пять были с высшим богословским образованием. Ежегодно обитель принимала две-три тысячи богомольцев, в том числе и из-за границы. Насельники служили настоятелями в православных храмах края, проводили занятия по Закону Божию в сельских народных школах. Все это дало значительные результаты. «В результате этой миссионерской работы численность членов православных общин в Словакии выросла с 2100 в 1921 г. до 12 500 в 1940 г.»[1145].
Существовала регулярная переписка между архимандритом Виталием и Архиерейским Синодом. В журнале заседания от 11 июня 1925 года отмечено, что архимандриту Виталию из сумм Архиерейского Синода было выдано 200 динар за присланные книжки (Последование, бдения и литургии Св. Иоанна Златоуста), которые Архиерейским Синодом были розданы некоторым людям бесплатно[1146]. Впоследствии архимандрит Виталий ходатайствовал об оказании типографии материальной помощи путем выдачи краткосрочной ссуды в сумме 5 000 динар. Вполне сочувствуя делу издательства, Архиерейский Синод, тем не менее, не смог выдать просимой ссуды, в связи с полным отсутствием денежных средств. Однако Синод пообещал принять все зависящие от него меры к скорейшему сбыту издаваемого издательством православного календаря за 1925 г. и требника[1147].
В апреле 1926 года архимандрит Виталий испрашивал благословение на богослужебное употребление изданного Миссией чина «Литургия Преждеосвященных Даров». Учитывая отзыв Синодального члена епископа Гавриила, Синод одобрил изданный Православной Миссией чин «Литургии Преждеосвященных Даров» и преподал благословение на богослужебное употребление данного издания[1148]. В сентябре архимандрит Виталий испрашивал благословение на печать требника и затронул вопрос о внесении в него необходимых исправлений и дополнений. Был также заслушан отзыв об этом проекте Синодального члена епископа Гавриила. Синод преподал Божие благословение на печать требника славянским шрифтом[1149]. В октябре архимандрит Виталий представил в Синод экземпляр изданного возглавляемой им типографией «православного русского календаря» на 1927 год. Архиерейский Синод выразил архимандриту Виталию благодарность «за труды по изданию весьма полезного православного календаря». Календарь был рекомендован к приобретению русскими православными заграничными церквами, духовенством и верующими. Однако примечательно, что это благословение не было формальным. Синод обратил внимание издателя на следующие нюансы Типикона:
На Сретение Господне 9 стр. надлежит на будущее время выкинуть указание на благословение свещей, и… на стр. 36 на день Вознесения Господня указано, что вместо «Да исполнятся уста наша» поется тропарь Вознесения, а между тем по уставу тропарь этот поется вместо «Видехом Свет истины»[1150].
В марте 1927 года архимандрит Виталий просил разрешения на принятие в дар Архиерейскому Синоду жилого помещения, которое можно было бы впоследствии оборудовать под типографию Миссии. Было вынесено решение зарегистрировать подаренный дом на имя Архиерейского Синода[1151].
В 1928 году в типографии начала выходить газета «Православная Карпатская Русь». Спустя семь лет газета изменила свое название: 7 января 1935 года она вышла под заголовком «Православная Русь». Первыми редакторами газеты «Православная Русь» были архимандрит Серафим (Иванов) и архимандрит Нафанаил (Львов). Газета старалась способствовать примирению в Русской Церкви. Позиция ее была близка к точке зрения Сербской Православной Церкви.
«Несомненно, сочувствуя РПЦЗ, ради скорейшего наступления времени церковного единения, иерархия Сербской Православной Церкви старалась избегать резких действий по отношению к «парижанам» во главе с митрополитом Евлогием», – отмечает исследователь[1152].
Дипломатический подход требовался и в решении других дел. Так, еще в октябре 1922 года рассматривалось «Прошение Архимандрита Почаевской Лавры Виталия от 11 сего октября, с ходатайством об отпуске 1.000 динар на отпечатание и рассылку важнейших материалов по борьбе против навязываемой поляками автокефалии Русской Православной Церкви в Польше». Это прошение не было удовлетворено:
Ввиду крайне обострившегося отношения Польского правительства и Варшавского Митрополита к Преосвященным, стоящим против автокефалии и дабы не ухудшать положения названных Преосвященных[1153].
Часть рассматриваемых дел касалась издания пособий для преподавания Закона Божия в средних учебных заведениях. В июне 1925 года председатель Законоучительской комиссии при Пражском Педагогическом Бюро, епископ Бельский Сергий предлагал проект программы по Закону Божию в средней школе для одобрения Архиерейским Синодом. Проект был передан на экспертную оценку члену Синода епископу Гавриилу[1154]. На том же заседании председатель Учебного Совета при Державной Комиссии Королевства СХС по делам русских беженцев просил выслать копию отзыва епископа Гавриила о катехизисе митрополита Антония. В свою очередь Синод уведомлял, что отзыв епископа Гавриила приобщен к подлинному протоколу об одобрении катехизиса как учебника и рассылке не подлежит. Представляется важным в этом вопросе позиция Синода о том, что одобрение учебников по Закону Божию относится к компетенции высшей церковной власти[1155]. Позже митрополит Антоний на имя епископа Сергия послал отзыв епископа Гавриила по вопросу об изменении программы Закона Божия в русских учебных заведениях[1156].
Журнал «Церковные ведомости»
Первым официальным печатным органом РПЦЗ стал журнал «Церковные ведомости», он издавался с 1922 по 1930 год при Архиерейском Синоде Русской Православной Церкви за границей, под редакцией Е. И. Махароблидзе. В журнале публиковались послания Соборов и Синода Зарубежной Церкви, Определения Соборов, указы и другие документы.
«Для историков зарубежного
