сообщал, что Издательство Дьяковой могло бы издать «Книгу Правил» при следующих условиях: 1) благословения Архиерейского Синода, 2) объявления подписки по всем православным славянским странам, 3) заказа от кого-нибудь (Сербского Синода) хотя бы на 200–300 экз. Принимая во внимание, что при указанных условиях «Книга правил» могла бы быть издана Архиерейским Синодом в Сремских Карловцах, было поручено Управляющему Синодальной Канцелярией выяснить возможность издания этой книги в Сербской монастырской типографии, а также о стоимости издания[1166]. Оказалось, что печать «Книги правил» в монастырской типографии 1 000 экз. обойдется до 60–70 тысяч динар. Наряду с этим типография не сможет приступить к печати этой книги до осени текущего года, так как по распоряжению Патриарха Сербского она должна печатать служебники и требники, и славянский шрифт будет занят.
Поэтому Синод благословил издательство О. Дьяковой на печатание «Книги правил» и рекомендовал русским православным заграничным церквям приобрести ее. При этом решено было обратиться в Священные Синоды Сербской, Румынской и Болгарской Церквей с просьбой поддержать издание книги закупкой нескольких экземпляров для нужд своих Церквей[1167]. В связи с этим Архиерейский Синод Сербской Православной церкви просил прислать один экземпляр «Книги правил» издания О. Дьяковой для просмотра и оценки, после сего он мог бы дать заказ на эту книгу. А Архиерейский Синод Болгарской Церкви сделал заказ данной книги на 5 000 лев[1168].
12 октября 1925 года на заседании Синода рассматривалось обращение представителя Русского Заграничного исторического архива М. Олейника – просьба выделить для фондов архива комплект журнала «Церковные Ведомости» и разные материалы по истории «Великой русской смуты, характеризующих духовную сторону русского человека во время гражданской войны»[1169]. Были высланы бесплатно все номера журнала «Церковные Ведомости» со дня его выхода по 1 января 1925 года и 1 экз. книги «Деяния Русского Всезаграничного Церковного Собора». Дополнительных материалов, которые могли бы быть еще переданы для Архива, в то время в распоряжении Архиерейского Синода не имелось[1170].
2 марта 1927 года Управляющий Синодальной Канцелярией Е. И. Махароблидзе оповестил о ходе подготовки к публикации статьи святогорца Денасия «Голос с Афона». За печать оттисков типография предъявила счет в 1650 дин., из которых 825 дин. уже были выплачены из денег, присланных монахом Денасием и пожертвованных Е. И. Махароблидзе. Оставшиеся 825 дин. Синод постановил выплатить частями (в 3–4 приема). Монаху Денасию было предложено
возместить Архиерейскому Синоду произведенный по печатанию его статьи расход, уведомив его, что если расход этот не будет покрыт им, оставшиеся экземпляры оттисков будут пущены в продажу, с обращением полученной от сего суммы на покрытие указанного расхода[1171].
Заключение
Несмотря на проблемы, с которыми сталкивалась русская православная эмиграция во всех странах своего рассеяния (в их числе не последнее место занимали материальные трудности паствы и самой Церкви – угрозы национализации имущества, отсутствие источников финансирования, налоговые претензии государства), ее представители оказали большое влияние на распространение православного образования, сохранив традиции отечественного богословия, а в некоторых странах заложив прочную основу для высшего богословского образования на многие десятки лет вперед.
Архиерейский Синод поддерживал братские отношения с Поместными Православными Церквами и принимал участие в урегулировании проблем, возникающих в жизни мирового Православия. Среди контактов с инославными Церквами наиболее успешным было сотрудничество с Англиканской Церковью.
Из опубликованных и архивных источников видно, что представители Архиерейского Синода делали все доступные в их ситуации шаги для обоснования каноничности Русской Церкви в изгнании и долгое время пытались сохранить хотя бы евхаристическое общение с Московской Патриархией.
Архиерейский Синод выступал как судебная инстанция: рассматривал многочисленные жалобы, решал канонические вопросы церковного управления, утверждал и инициировал назначения, ведал наградными делами. При вынесении решений Синод ссылался на постановления Всероссийского Поместного Собора 1917–1918 гг. и другие церковные правила – как при рассмотрении бракоразводных дел, так и при разрешении дисциплинарных вопросов. Бракоразводные дела, отраженные в журналах заседаний Архиерейского Синода РПЦЗ и в журнале «Церковные ведомости», не только дают нам богатый статистический материал, но и показывают социокультурные, финансовые, юридические, исторические аспекты этой важной проблемы.
Высший орган РПЦЗ также исполнял финансовые функции. Сохранившиеся акты финансовой комиссии Архиерейского Синода показывают структуру его доходов и расходов. Как видно из финансовых отчетов, доходы складывались из: отчислений 7 % и 10 % от доходов церквей, прибыли от издательской деятельности, кружечных сборов, наградных взносов духовенства, канцелярского сбора, выручки от продажи бланков, бракоразводной пошлины. Полученные средства в основном расходовались на оплату почтовых услуг, содержание канцелярии, выплаты личному составу Синода, издание журнала «Церковные ведомости». При этом в канцелярии Синода велась следующая финансовая документация: приходно-расходные денежные книги, ведомости остатков, ежемесячные ведомости по приходу и расходу, отчетные полугодовые ведомости, книга Синодального запасного капитала, валютная книга. Немало сведений о характере финансовой деятельности и, соответственно, приоритетах использования денежных средств, можно почерпнуть из Журналов заседаний Архиерейского Синода. На заседаниях регулярно рассматривались прошения о выдаче денежного пособия, дела о награждениях и связанные с уплатой пошлины за вознаграждения, вопросы о помощи братским Церквам и голодающим в России, о проведении кружечных и иных сборов, о пожертвованиях и ревизионной деятельности.
Официальный печатный орган РПЦЗ, журнал «Церковные ведомости», позиционировал себя в качестве представителя 3-миллионной русской эмиграции и 200-миллионного русского народа. Он осуществлял координацию усилий различных сторон и являлся одним из немногих изданий, которые оказывали весомое влияние на церковные и светские власти в мировом масштабе. Этот свободный голос в защиту России не был голосом вопиющего в пустыне. Усилия не пропадали напрасно, и голос был услышан: мы знаем по крайней мере несколько ситуаций в церковной жизни России, на которые Зарубежная Церковь оказала непосредственное влияние, – например, помощь голодающим, освобождение Патриарха Тихона и поражение обновленцев.
Таким образом, Архиерейский Синод РПЦЗ, как высший орган церковного управления в межсоборный период, являл собой, хотя порой и «слишком бюрократическую», но, несомненно, полезную инстанцию, осуществляя связь между высшими церковными иерархами (различных конфессий) и светскими властями многих стран и стремясь сохранить незыблемость и преемственность вековых традиций.
Список литературы
1. Августин (Никитин), архим. Россия и Корея. Обзор церковных связей // URL: http://pravostok.ru/blog/rossiya-i-koreya-obzor-cerkovnih-svyazei-/
2. Вениамин (Федченков), митр. На рубеже двух эпох. М., 1994.
3. Горячкин Г. В., Гриценко Т. Г, Фомин О. И. Русская эмиграция в Египте и Тунисе (1920–1939 гг.) М., 2000.
4. Григорьев Д, прот. От древнего Валаама до Нового Света. Русская православная миссия в Северной Америке. М.: Изд-во ПСТГУ, 2007.
5. Гуревич А. Л. История Русского студенческого христианского движения: 1923–1939. М., 2003.
6. Евлогий (Георгиевский), митр. Путь моей жизни: Воспоминания. М.,
