использования магии я была разочарована, но пыталась это скрыть.
Уложив руки на грудь строгого инквизитора, я улыбнулась и, устроив подбородок, тянула с ответом, дразня нервничающего и недовольного черного дракона. Куда только подевался высокомерный и излишне самоуверенный наследник Террагон?
"Я не стану тебе врать, Макс. До Мили все было более ярко. Ты сам это знаешь. Но сейчас мне хорошо и без магии. Хватит жечь артефакты, ты не пробьешь защиту, только зря расходуешь силу," — спокойно заявила мужу, и он недовольно зарычал.
"Мы попробуем снова через месяц," — уверенно заявил Максимильян.
Максимильян Террагон был такой же упрямый, как и его маленькая копия. Оба они не умели признавать, что что-то не подвластно их упорству. Голубые глаза это единственное, что было в Амелии от меня. Характер и черные как смоль волосы достались ей от черного дракона, и только он мог совладать с упрямым характером, который уже ярко проявлялся у девочки.
Доминика это забавляло, а я старалась смириться с тем, что у меня два упрямца, которых невозможно в чем-то убедить. Вбив себе что-то в голову, они не отступали, упорно добиваясь желаемого.
__________________
С самого утра и до обеда я была сама не своя. Пытаясь подготовить Амелию, я рассказывала ей о сказочной пещере, хотя саму меня это место пугало до дрожи.
Только бесконечное кряканье Визардиса немного приглушало панику. Пришлось вызвать птица из академии, где он активно развлекал студентов, наслаждаясь всеобщим обожанием.
Мой питомец стал излишне самостоятельным, и как только освоил использование порталов, мог исчезнуть на несколько дней, не сказав ни слова. Макс и Доминик не особо расстраивались внезапно воцарившейся в доме тишине. А сам птиц объяснял это тем, что выговориться в присутствии ребенка ему не позволено, а потому отправлялся к Никасу развлекать студентов.
Прозвище мага неожиданно сменилось с ‘похотливого оленя’ на ‘вредного профессора’, и Никас гордился тем, что сумел приручить птица и получить более уважительное название. В то время как Доминик и Максимильян все еще были ‘наглыми или беззубыми драконами’, и только Амелия была ‘маленькой прелестью’, а я так и осталась ‘глупой ведьмой’.
Пока птиц развлекал Амелию, позволяя девочке тискать себя как мягкую игрушку, я медленно сходила с ума от тревоги. И когда домой вернулся мой строгий и хмурый старший инквизитор, его настроение было не лучше.
"Аврора, ты, наверное, шутишь?" — прорычал мужчина, когда мы с Амелией спустились вниз, готовые к предстоящему путешествию.
Вопросительно взглянув на недовольного мужа, я подавила желание зарядить в него магией, чтобы немного остыл и сбросил маску высокомерия. Меня осматривали, словно ребенка, и точно с таким же высокомерным видом Максимильян принес мне теплую шубу, которую приказал надеть вместо привычного пальто.
"Похоже, ты уже забыла, насколько холодно будет в пещере. И решила, что одеть нужно только Амелию," — рычал мужчина.
Судя по настрою Максимильяна, его день был не лучше, чем мой, и предстоящий визит никак не улучшал настроение злого дракона.
Вздохнув, я накинула шубу, пока Мили трепала гладко уложенные волосы своего любимого папочки. Обычно Макс тут же снимал маску строгого инквизитора, но в этот раз он даже не улыбнулся малышке, лишь сухо потрепал по волосам и поцеловал в лоб.
"Макс, что случилось?" — тихо спросила я мужа, но он покачал головой, показывая, что разговор не ко времени.
Забравшись в телепаж, я ввела координаты.
Визардис недовольно бурчал, но вынужден был отправиться с нами, как и в прошлый раз, он будет показывать путь к пещере.
Едва маленькая дверь повозки распахнулась, я мысленно поблагодарила Максимильяна. За столько лет в столице я и правда забыла о том, насколько холодно в северных горах. Визардис быстро указал нам путь, и спустя несколько минут мы уже были у входа в пещеру, где находится первый алтарь.
"Я жду тут," — сказал Максимильян и передал мне Амелию.
Визардис, изобразив картинный поклон, исчез в портале, объявив, что будет греться у камина. Дракон остался у входа, а мы с Амелией направились внутрь.
"Вот, Мили, это и есть та самая сказочная пещера с духами твоих предков," — улыбнулась я девочке, стараясь скрыть ледяной страх, сковывающий все внутри.
Амелия с любопытством рассматривала высокие каменные своды и тусклые огоньки, освещающие первый алтарь. Пустив немного магии в гладкий, словно стекло, камень, я прошептала заклинание призыва.
На алтаре вспыхнуло уже знакомое голубое пламя, и спустя минуту появился дух Террагона. Строгий черноволосый дракон, молча рассматривал меня и притихшую девочку, которая прижалась ко мне, спрятав лицо в отвороте шубы.
"Тише, Мили, все хорошо, он не причинит тебе вреда," — прошептала дочке, пытаясь убедить и себя в том же.
Террагон неожиданно расплылся в улыбке.
"Усади ребенка на алтарь, Аврора," — приказал дракон, указав место у своих ног.
Мои сапоги словно приросли к каменному полу, но пришлось отогнать нарастающую панику и медленно подойти к большому камню. Вокруг Террагона пылал синий огонь, и я не могла решиться погрузить в него ребенка, помня, как обжигало пламя меня.
"Ей огонь не причинит боли. Смелее, Аврора," — словно читая мои мысли, прорычал дух-предок.
Буквально оторвав от себя напуганного и смущенного ребенка, я попыталась посадить ее на алтарь. Но всегда веселая и бесстрашная девочка истошно завыла, снова цепляясь за мой воротник.
"Нет, мамочка, не отдавай меня страшному виру," — закричала она.
Отшатнувшись от гладкого камня, на котором стоял древний дракон, я снова крепко прижала ребенка к себе.
"Прости, древний, но я не стану еще больше пугать дочь. У нее нет магии," — уверенно сказала я прищурившемуся призрачному дракону.
Террагон хмыкнул и, потушив пламя, сел на алтарь.
"Неужели ты не желаешь познакомиться со своим предком, маленькая драконица? Я тоже умею делать фокусы," — необычно мягким голосом сказал дух, и Мили перестала хныкать, повернув голову.
Рядом с Террагоном, на алтаре вырос замок из разноцветных камушков, точно такой же, как делал для девочки Максимильян.
"Хочешь, и тебя научу такой делать?" — улыбнувшись, спросил дракон, протягивая руку дочке.
Если бы я не знала, что он дух, то приняла бы Террагона за вполне живого дракона. Мужчина, который сидел на алтаре, уже не выглядел угрожающе, и на Мили это подействовало. Она подняла на меня вопросительный и наполненный любопытством взгляд, и, уловив одобрительный кивок, подала руку предку.
“Садись рядом,” — сказал Террагон, и я усадила Амелию на алтарь рядом с призрачным замком из разноцветных камней.
Амелия заметно расслабилась, наблюдая, как незнакомый вир строит разные замки из камушков.
“Я
