Читаем без скачивания История Византии - Джон Норвич

Мануила ждали новые хорошие известия. Принц Сулейман, старший из выживших сыновей Баязида, прибыл в Галлиполи как наследник Баязида. Толерантный и благодушный, он предпочитал стол переговоров полям сражений и жизнь в свое удовольствие разного рода тяготам и проблемам. В начале 1403 г. Сулейман подписал договор с Византией, Венецией, Генуей, рыцарями Родоса, Стефаном Лазаревичем и латинским герцогом Наксоса. Мануил заключил соглашение с Сулейманом, особо не раздумывая: условия договора, предложенные османами, были просто поразительными. Византия освобождались от вассалитета по отношению к султану и от обязанности выплачивать дань. Вместо этого Сулейман брал на себя обязательство считать византийского императора своим сюзереном. Сулейман возвращал Византии Фессалоники и ее окрестности, включая гору Афон, Черноморское побережье от входа в Босфор до Варны и ряд островов в Эгейском море. Все пленники освобождались. Турецкие суда не могли заходить ни в Геллеспонт, ни в Босфор без предварительного разрешения Константинополя. Взамен Сулейман просил только, чтобы ему было позволено управлять Фракией из своего дворца в Адрианополе.

Какими бы удивительными ни показались эти условия, понять позицию выдвинувшего их Сулеймана было не трудно. У турок не имелось закона о первородстве, и за корону Баязида сражалось не менее четырех его сыновей. Поэтому Сулейман нуждался в поддержке Византии — точно так же как Византия нуждалась в нем. Мануил не мог знать, как долго Сулейман продержится у власти, но василевс хорошо понимал, что в любом случае нельзя безгранично полагаться на дружбу с турками и потому не стоит ослаблять усилий по сплочению христианских народов перед лицом грозящей им опасности.

В 1407 г. после продолжительной болезни умер брат Мануила Феодор, деспот Мореи. Это был блестящий правитель, которому удавалось сохранять целостность своих владений и поддерживать имперский престиж, но он не оставил после себя законных наследников мужского пола. Летом 1408 г. император сам направился в Мистру, чтобы определить на трон своего второго сына, также по имени Феодор.

В сентябре василевс все еще находился там, когда пришло известие, что в Фессалониках скончался Иоанн VII. Это сообщение Мануил воспринял с гораздо меньшим сожалением, но Иоанн также не оставил наследников и надо было решать вопрос о престолонаследии. Император поспешил в Фессалоники, где утвердил на троне своего третьего сына, восьмилетнего Андроника.

В начале 1409 г. Мануил возвратился в Константинополь. Очевидно, император надеялся взять обе вышеназванные провинции под свой непосредственный контроль. Но, прежде чем он смог сделать какие-то дальнейшие шаги в этом направлении, произошло важное событие в османском султанате: в начале 1411 г. брат Сулеймана Муса захватил Адрианополь, Сулейман был брошен в темницу и вскоре задушен.

У императора не имелось никаких иллюзий по поводу Мусы, который унаследовал всю дикость и свирепость своего отца. И действительно, сразу после прихода к власти одним из первых деяний Мусы было аннулирование договора 1403 г. и объявление о том, что уступки, сделанные его братом, теряют законную силу. Муса направил несколько полков для осады Фессалоник, а сам повел основные свои силы прямиком на Константинополь, оставляя за собой привычный шлейф грабежей и убийств. К счастью, сухопутные стены оказались для него такими же неприступными, какими были испокон веков.

Мануил знал, что единственный шанс устранить Мусу с политической сцены — поддержать его брата Мехмеда. В начале 1412 г. василевс направил секретное посольство ко двору Мехмеда в Брусе.

Борьба за власть среди сыновей Баязида теперь поляризовалась. Мехмеду, как более уравновешенному, чем Муса, альянс с Византией представлялся не столь уж значительной ценой за неоспоримое право занимать османский трон. Он повел огромную армию против своего брата, который в итоге был разгромлен 5 июля 1413 г. при местечке Камурлу в Сербии. Муса в свою очередь также был задушен.

Мехмед отправил после этой победы послание Мануилу, в котором называл его своим отцом и обещал выполнять все его приказы. И он сразу же подтвердил законность договора 1403 г. Василевс, конечно, не имел никаких заблуждений относительно истинности намерений Мехмеда, тем не менее в данный момент сложилась самая благоприятная ситуация за все двадцатидвухлетнее правление Мануила. Казалось, у Византии появились шансы на выживание и возрождение.

Султану Мехмеду вскоре пришлось столкнуться с новым кризисом: разразилось восстание, руководимое неким претендентом на престол, утверждавшим, что он является самым старшим сыном Баязида Мустафой, который предположительно был убит в сражении при Анкаре. С самим восстанием было быстро покончено, но венецианцы организовали для претендента побег в Европу. В итоге он достиг Фессалоник, где юный Андроник предложил ему убежище. Мехмед обратился к Мануилу, и тот приговорил претендента на престол к пожизненному заключению на острове Лемнос. В отношениях между императором и султаном едва ли обозначилась какая-то рябь, но случилось так, что византийцы получили в свои руки претендента на османский трон. Был ли он подлинным представителем османского рода или нет — почти несомненно, второе, — этот деятель мог бы, в случае правильного его использования, оказаться исключительно полезным для Константинополя в будущем.

19 января 1421 г. старший сын Мануила Иоанн женился — выказывая при этом крайнюю неохоту — на Софии Монферратской. Первая жена Иоанна умерла от чумы всего лишь три года назад, в пятнадцатилетнем возрасте; вторая его попытка оказалась, пожалуй, еще более неудачной. Бедная Софья была просто поразительно некрасива: ее фигура, как кто-то недоброжелательно заметил, напоминала Великий пост спереди и Пасху сзади. Иоанн отослал ее в дальний угол дворца и не предпринимал никаких попыток вступать с ней в брачные отношения; как результат в 1426 г. Софья сбежала и вскоре ушла в женский монастырь. Зато бракосочетание явилось подходящим поводом для коронации Иоанна как соимператора. Мануил, помня о том, какие у него самого были трудности с вступлением в права наследника престола, ясно дал понять, кого он желает видеть следующим василевсом. В свое время Мануил дал сыну основательную подготовку в области искусства управления — теперь молодой человек был превосходно подготовлен к занятию императорского трона. Отныне он постепенно стал играть все более важную роль в решении государственных дел; как и многие представители молодого поколения, Иоанн считал, что необходимо проводить более агрессивную политику.

При жизни Мануила и Мехмеда статус-кво между Византией и султанатом соблюдался, но 21 мая 1421 г. умер Мехмед и на смену ему пришел его старший сын Мурад II. Фракция войны в Константинополе, в которую входил Иоанн, потребовала отказать Мураду в признании и натравить на него Мустафу, все еще находившегося в заключении на острове Лемнос. Мануил пришел в ужас от такого предложения, но этот уже старый и усталый человек вскоре сдался. Слишком быстро выяснилось, что василевс изначально прав. Мустафу освободили, и с византийской помощью он утвердился в роли правителя Румелии, но в январе претендент предпринял попытку вторгнуться в Анатолию, потерпел поражение и был вынужден бежать назад в Европу.

Разъяренный султан начал против Византии военные действия. Направив часть войск на блокаду Фессалоник, он повел основные силы своей армии на Константинополь. По прибытии Мурад выстроил огромные земляные валы параллельно сухопутным стенам на всем протяжении от Мраморного моря до Золотого Рога. Это позволило установленным на них катапультам с легкостью метать снаряды поверх византийских крепостных валов. Однако защитники города проявили отвагу и решимость; верховное командование осуществлял сам Иоанн, работавший не покладая рук.

К счастью для византийцев, султан был суеверен. Один святой человек предсказал ему, что Константинополь падет 24 августа, и в этот день Мурад провел массированную атаку на город, но оборонительные сооружения выстояли. Обескураженный и разочарованный, султан распорядился снять осаду. Однако имелась и еще одна причина для такого его решения. В обоих лагерях очень немногие знали о том, что старый Мануил втайне попытался утвердить младшего сына покойного султана, тринадцатилетнего Мустафу, на османском троне во время отсутствия его брата, а Мурад, узнав об этом, оказался вынужден вернуться домой и принять соответствующие меры. В начале 1423 г. юный Мустафа в свою очередь был задушен тетивой.

Фессалоники, однако, все еще находились на осадном положении. К весне возникла серьезная угроза голода. На сына Мануила, Андроника, в двадцатитрехлетнем возрасте навалился тяжелый недуг — слоновая болезнь, и он явно был неспособен с ней справиться. Ввиду всех этих напастей, Андроник предпринял исключительный шаг: с согласия отца и брата он предложил город Венеции. Андроник пояснил венецианцам, что империя ныне не в состоянии обеспечить защиту Фессалоник, а сам он слишком болен, чтобы брать на себя всю полноту ответственности за город. Если республика возьмет Фессалоники под свою юрисдикцию, то Андроник просит лишь о том, чтобы были сохранены политические и религиозные институции города. После некоторого колебания венецианцы согласились. Два представителя дожа отплыли в Фессалоники в сопровождении 6 транспортных судов, груженных провизией, и 14 сентября 1423 г. знамя св. Марка гордо взвилось над крепостным валом города.