Аллея привела на одну из затерянных площадей мегаполиса — треугольник асфальта и фонтан, который был похож на натуральный камень, зеленый от слизи веков.
«Оптимены не знают об этом месте, — подумал Поттер.
— Они презирали камень, который съеден эрозией и износился — в свое время. Самовосстанавливающийся пласмелд — это вещь. Он стоял неподвигаемый и несдвигающийся на все времена».
Гид замедлил шаг, когда они вышли на открытое место. Поттер заметил, что от человека слабо пахнет химикалиями, приятный запах бензина, а также тонкий шрам, который шел по диагонали вниз по шее за воротник.
«Почему он даже не пытался шантажировать меня на вступление? — изумлялся Поттер, — Может быть, он был так уверен? Может ли вообще меня кто-нибудь знать так хорошо?»
— У нас есть для вас работа, — сказал гид, — Операция, которую вы должны сделать.
«Любопытство — это моя слабость, — подумал Поттер, — Вот почему я здесь».
Гид положил ладонь на руку Поттера и сказал:
— Стойте. Ждите не двигаясь.
Тон был разговорный, спокойный, но Поттер почувствовал внутреннее скрытое напряжение. Он взглянул вверх, вокруг. Здания были без окон, безликие. На углу другой аллеи впереди выступала широкая дверь. Они почти обошли фонтан, не встретив ни одного человека. Вокруг них ничего не колыхалось и не двигалось. Стоял лишь слабый гул далеко работающих машин.
— Что это? — прошептал Поттер, — Почему мы ждем?
— Ничего, — сказал гид, — Ждите. Поттер пожал плечами.
Память его унеслась назад к первой встрече с этим существом. «Как они могли узнать о том, чего я достиг в операции с этим эмбрионом? Должно быть, это компьютерная сестра. Она одна из них».
Гид отказался отвечать на этот вопрос.
«Я пришел, потому что надеюсь, что они помогут мне разрешить тайну эмбриона Дюранов, — подумал он, — Они были причиной вторжения аргинина — вот, что я подозреваю».
Он думал об описании Свенгаарда — похожее на инверсионного типа вторжение. Оно разместило богатые оргалином проталины спермы во все закрученные альфа-спирали клеток эмбриона. Затем подошла операция — в цистеиновой маске, нейтрализованный сульфидрилом и фазой АТП… олигамицинном и азидом… реакция обмена заторможена.
Поттер взглянул на клочок синего неба, ограниченный зданиями, образующими площадь. Память его сосредоточилась на формировании Дюрана, к нему пришла новая мысль. Он больше не смотрел на небо. Сознание его снова вернулось в бурлящую клеточную структуру, следуя за митохондриальными системами, как подводный охотник.
— Ее можно было бы повторить, — прошептал он.
— Тихо, — прошипел гид.
Поттер кивнул. «Совсем на любом эмбрионе, — думал он.
— Ключ — аргининное наводнение. Я бы мог это повторить сам, на базе описания Свена. Боги! Мы могли бы сделать миллиарды Дюрановых эмбрионов! И каждый из них жизнеспособный!»
Он сделал глубокий вдох, потрясенный этим пониманием — при том, что стерта запись — его память могла быть единственным источником всей операции и ее приложений. Свенгаард и компьютерная сестра могли иметь только ее часть. Они не были там, погруженные в сердце клетки.
Блестящий хирург мог бы вывести заключение того, что случилось, и смог бы воспроизвести операцию из частичных записей, но только если бы перед ним поставили такую проблему. Кто мог бы когда-нибудь взяться за эту проблему? Не оптимены. Не этот болван Свенгаард.
Гид потянул Поттера за руку.
Поттер взглянул на это плоское лицо с холодными глазами без признаков генетической идентификации.
— Нас заметили, — сказал гид странным обезличенным тоном, — Слушайте меня внимательно. Ваша жизнь зависит от этого.
Поттер тряхнул головой, замигал. Он чувствовал, что отгорожен от личного «я», стал только сгустком ощущений, чтобы запомнить слова и действия гида.
— Вы пойдете через эту дверь впереди вас, — сказал гид. Поттер повернулся, посмотрел на дверь. Два мужчины, несущие завернутые в бумагу пакеты, появились из аллеи перед ней, поспешили вокруг площади напротив них. Гид не обратил на них внимания. Поттер услышал гул молодых голосов, становящийся громче в аллее. Гид не обратил на него тоже никакого внимания.
— Внутри этого здания вы войдете в первую дверь налево, — сказал он, — Вы увидите там женщину, которая управляет коробкой голосов. Вы скажите ей: «Мне жмет туфля». Она ответит: «У каждого свои заботы». После этого она возьмет на себя заботу о вас.
Поттер обрел голос:
— А что, если… ее нет там?
— Тогда пройдете в дверь за ее столом, а оттуда через прилегающий кабинет в задний зал. Поверните налево и идите к заднему зданию. Там вы найдете человека в форме надзирателя грузчиков, с серыми и черными полосами. Вы повторите процедуру с ним.
— А что с вами? — спросил Поттер.
— Это не ваша забота. Ну, быстро. Гид подтолкнул его в спину.
Поттер, запинаясь, пошел к двери, когда из аллеи между ним и входом в здание появилась женщина в форме учительницы, ведущая колонну ребятишек.
Ощущения Поттера при виде этой сцены были введены в шок — дети, одетые в облегающие шорты, оставляя открытыми длинные, как у фламинго, ноги. Они сейчас же окружили его, и он должен был пробиваться сквозь них к двери.
Кто-то вскрикнул позади него.
Поттер метнулся к двери, нащупал ручку, оглянулся назад.
Его гид ушел на противоположную сторону фонтана, который теперь скрывал его до пояса, но то, что оставалось видно, было достаточным, чтобы Поттер задохнулся от волнения и застыл. Грудь человека была голой, открывающей один молочно-белый купол, из которого струился незабываемый сжигающий свет.
Поттер повернул налево, увидел шеренгу людей, появляющихся из другой аллеи, именно их поражал и сжигал этот испепеляющий свет. Дети кричали, плакали, убегали назад в аллею, из которой они появились, но Поттер не замечал их, он был зачарован этой машиной уничтожения, которой было это человеческое существо.
Одна из рук гида поднялась, указывая вверх над головой. Из растопыренных пальцев вырывались вверх голубые сжигающие полосы. Там, где свет заканчивался, с неба падали авиакары. Воздух вокруг стал адом озонового треска, взрывов, криков, визга.
Поттер стоял, наблюдая, не способный сдвинуться; забыв о данных ему инструкциях, про дверь и про руку на ручке двери.
На гида сейчас обрушился ответный огонь. Его одежда задымилась, исчезла в дыме, открыв вооруженное мышцами тело, которые, должно быть, были из пласмелдовых волокон. Страшные лучи продолжали изливаться из его рук и груди.
Поттер понял, что не может больше смотреть. Он с силой рванул дверь, ввалился, споткнувшись, в относительный полумрак фойе с желтыми стенами. Он с силой захлопнул за собой дверь, когда здание потряс взрыв. Дверь позади него затрещала.
Слева от него распахнулась дверь. В дверях стояла крошечная голубоглазая блондинка и пристально смотрела на него. Поттер поймал себя на том, что даже сейчас узнает следы ее генетического типа. В комнате позади нее он увидел коробку с голосами и пульт управления.
— Мне жмет ботинок, — сказал Поттер. Она выдавила:
— У всех свои беды.
— Я д-р Поттер, — сказал он, — Я думаю, что моего сопровождающего только что убили.
Она шагнула в сторону, сказала:
— Сюда.
Поттер проскочил за ней в кабинет с линиями пустых столов. В голове у него был сумбур. Он чувствовал, что потрясен до основания проявлениями насилия, которые он только что наблюдал.
Женщина взяла его за руку, повела к другой двери, — Сюда, — сказала она, — Мы должны добраться до подземки для служащих. Это единственный путь. Они через несколько минут окружат это место.
Поттер остановился, буквально как вкопанный. Он не рассчитывал. Он не знал, что его ожидает, но только не насилие.
— Куда мы идем? — потребовал он, — Что вы хотите от меня?
— Разве вы не знаете? — спросила она.
— Нет… он так и не сказал.
— Вам все объяснят, — сказала она, — Поспешите.
— Я не сдвинусь ни на йоту, пока вы не скажите, — сказал он.
