и мудрым народом — гораздо более древним, чем наш, сэр… и, возможно, и более мудрым. Но, когда он понял, он… очень долго смеялся. Именно так, сэр; ему это показалось весьма забавным. Однажды — и только однажды — я недооценил способность моей матери наказать меня. Урок был не таким уж и болезненным. Но наша Земля вряд ли может позволить себе получить его в планетарном масштабе. Прежде чем мы начнем продавать земли, которые нам не принадлежат, нам следовало бы подумать о том, какого рода персиковые розги висят в каждой марсианской кухне.
Кунг все же не был убежден.
— Мистер Харшоу, если «Решение Даркина» всего лишь мальчишеская глупость, то почему мистеру Смиту были возданы королевские почести?
Джубал пожал плечами.
— Этот вопрос следовало бы задать правительству, а не мне. Но я могу сказать вам, как я понимаю это дело. А понимаю его как элементарную вежливость… по отношению к Древним Марса.
— Извините?
— Мистер Кунг, эти почести не были эхом «Решения Даркина». В некотором смысле, трудно понятном для землян, мистер Смит и есть планета Марс.
Кунг не дрогнул.
— Продолжайте.
— Или вернее — его марсианская раса. В лице Смита нас посетили Древние Марса. Почести, оказанные ему — оказаны им, а причиненный ему вред — вред причиненный им. Это так и есть как в буквальном, так и в трудно представимом для человека смысле. С нашей стороны было очень мудро воздать почести нашим, теперь уже близким соседям. Но эта мудрость не имеет ничего общего с «Решением Ларкина». Никакое ответственное лицо не высказывалось в том смысле, что «Решение Ларкина» может быть применимо к обитаемой планете, и я возьму на себя смелость сказать, что такого не произойдет и впредь. — Джубал возвел очи горе, как бы прося небо о помощи. — Но, мистер Кунг, разрешите мне заверить вас, что древние правители Марса знают, как мы встречаем их посла. Почести, оказанные ему, были символом вежливости, и я уверен, что правительство нашей планеты проявило в этом государственную мудрость. В свое время и вы убедитесь, что это был очень разумный поступок.
Кунг ответил грубовато:
— Доктор, если вы хотели запугать меня, то вам это не удалось.
— А я и не пытался. Но, к счастью, для благоденствия этой планеты, ваше мнение роли не играет. — Джубал повернулся к Дугласу. — Мистер секретарь, мне давно уже не приходилось так долго бывать на людях… и я очень утомился. Можно нам отдохнуть, пока мы будем ожидать вашего решения?
Глава 21
Совещание закончилось. Джубал обнаружил, что его намерению быстро увести свою команду мешают Президент Соединенных Штатов и сенатор Бун. Оба они поняли, как выгодно им показать свою близость к «Человеку с Марса», и оба знали, что глаза всего мира направлены на них.
За ними надвигались толпы других политиканов.
Джубал быстро проговорил:
— Мистер Президент, сенатор, мы сейчас же уходим, чтобы позавтракать. Не желаете ли присоединиться к нам?
Он полагал, что справиться с этими двумя в дружеской компании будет легче, чем с полудюжиной других на людях, и ему не терпелось увести отсюда Майка, пока что-нибудь не сорвалось.
К его радости, у обоих оказались неотложные дела. Джубалу, однако, пришлось не только дать обещание привести Майка на это гнусное богослужение фостеритов, но еще пообещать нанести визит в Белый Дом. Впрочем, в случае чего мальчугана можно будет объявить больным.
— Девочки, пошли!
На крышу Майка сопровождала Анни, с которой все встречные раскланивались, пораженные ее ростом, скандинавской красотой и впечатляющей тогой. Джубал, Бен, офицеры «Победителя» прикрывали тыл. Ларри с аэробусом уже ждал их. Через несколько минут пилот доставил всю компанию на крышу «Нью Мейфлауэра». Здесь их окружили репортеры, но девушки охраняли Майка вплоть до дверей номера, который был снят Дьюком. Делом своим девушки занимались с энтузиазмом. Мириам и Доркас выказали решительность, напомнившую Джубалу кошек, защищающих своих котят. Репортер, приблизившийся фута на три, рисковал понести серьезный ущерб от каблуков-шпилек.
Коридор охраняли солдаты С.С., у дверей номера стоял их офицер. Джубал было ощетинился, но понял, что их присутствие означает выполнение Дугласом договоренности. Письмо, которое Джубал послал ему в начале конференции, содержало и просьбу обеспечить Майку безопасность, чтобы несчастный мальчуган мог вести нормальную жизнь.
Джубал крикнул:
— Джилл, держи Майка под контролем. Все хорошо.
— Слушаюсь, босс.
Офицер у дверей отдал честь. Джубал взглянул на него.
— Ну и ну! Привет, майор! Приходилось ли вам в последнее время взламывать какие-нибудь двери?
Майор Блох побагровел и не ответил. Джубал подумал, не является ли это назначение наказанием для майора?
Дьюк ждал внутри. Джубал распорядился:
— Садитесь, джентльмены. Все ли в порядке, Дьюк?
Дьюк пожал плечами.
— С той минуты, как я получил этот номер, тут «жучков» никто поставить не мог. Но, босс, в любой «малине» можно установить «жучки» заранее так, что вы их и не найдете.
— Ну, ну, я вовсе не это имел в виду. Я хотел сказать — как наши запасы? Я голоден, дружище, я жажду, а у нас трое гостей.
— Ах, это… Припасы выгружали под моим присмотром. Я сложил их в нашей буфетной. Очень уж у вас подозрительный характер, босс.
— Советую тебе обзавестись таким же, и тогда будешь жить долго, как я.
— В гробу я видал такой!
— Дело вкуса. В целом наши дела сложились неплохо. Девочки, за дело! Первая, кто снабдит меня выпивкой, может пропустить потом свою очередь в качестве «первой». Садитесь, джентльмены. Свен, какую отраву вы предпочитаете? Аквавит? Ларри, сбегай, купи пару бутылок… и джин «Больс» для капитана.
— Постойте, Джубал, — сказал Нельсон, — я бы предпочел шотландское виски.
— И я тоже, — отозвался Ван Тромп.
— Ну, этого добра у нас хватит, чтобы утопить лошадь. Махмуд! Если вы предпочитаете безалкогольные напитки, я уверен, что у девочек найдется нужное.
Махмуд с тоской в голосе ответил:
— Не следовало бы вам соблазнять меня алкоголем.
— Разрешите мне… — Джубал внимательно оглядел Махмуда. — Сынок, у тебя явный нервный стресс. Поскольку у меня нет непроботама, я предписываю заменить его двумя унциями девяностопроцентного этилового спирта и в случае необходимости — повторить. Чего-нибудь туда добавить?
Махмуд улыбнулся.
— Спасибо, доктор, но грешить так грешить. Пожалуйста, джин с водой, или водку, или вообще что вам будет угодно.
— Или чистого медицинского спирта, — добавил Нельсон, — не поддавайтесь на эту удочку, Джубал: Стинки пьет что попало, а потом горько плачет.
— Я действительно сожалею, — сказал серьезно Махмуд. — Это грех.
— Не дразните его, Свен, — грубовато ответил Джубал, — если Стинки хочет извлекать из
