Пристальный взгляд, еще одна пауза.
– Но есть и другое объяснение вашему появлению, – морщины на лбу Магистра пролегли глубже. – Не исключено, что вы пришли сюда не по своему разумению, а по воле хозяев заокеанской Скверны, которые подчиняют себе любого, кто не отмечен спасительной печатью Черного Креста.
Ну да, конечно… Ментальное воздействие Тотемов уже не было секретом для Инквизиции.
– Надеюсь, выяснить это не составит труда, – Йохан холодно улыбнулся, окинув взглядом стол с оружием пленников и пыточными инструментами. – У меня также имеется несколько вопросов к вашей подруге-мутантке… Пока мы не распрощались с ней навсегда.
«Гад! Ублюдок! Мразь!» – Виктор стиснул зубы. Не пора ли дать знак Костянике? Пусть попытается освободиться девочка… Нет, все-таки рано.
– Но есть еще одна тема для разговора, которая меня очень интересует, – неожиданно добавил Магистр.
Очередная пауза. Видимо, она задумывалась как интригующая.
* * *
– Брат Фридрих утверждает, будто вы прибыли из некоей сибирской земли, снова зазвучал голос крестоносца. – В Соловках вы с ним об этом так и не договорили. Значит, поговорите сейчас со мной.
– А ряха не треснет? – уныло осведомился Костоправ, чем вызвал лишь еще одну усмешку Инквизитора.
– Почему ты решил, что мы будем говорить? – прямо спросил Виктор.
– Потому что вы будете, – прозвучал спокойный и уверенный ответ.
– Позовешь своего Фридриха и устроишь здесь пыточную? – хмуро поинтересовался Виктор.
– Может быть. А может быть и нет. То есть я хотел сказать, что вашу мутантку мы будем пытать в любом случае. Твари, порожденные Скверной, – это твари, порожденные Скверной, и они должны сдохнуть. Но незамутненный разум человека открыт для истинной благости и веры. Даже если вдалбливать благость силой и обращать в веру чужими руками.
Виктор не очень понимал, о чем говорит Магистр. Тот заметил его непонимание и выразил свою мысль яснее:
– Когда вы пройдете Посвящение, то сами, честно и без всяких пыток, расскажете обо всем, о чем вас спросят. Это если ваш разум чист. Ну, а если он уже пропитан Скверной и занят ею, – Йохан вздохнул и закатил глаза, – …что ж, тогда придется пытать и вас тоже. Я не очень уверен в успехе… Занятый разум обычно сопротивляется, но попробовать все же стоит. Как считаете?
Ему никто не ответил. Только Костоправ буркнул что-то нелицеприятное, да неразборчиво и зло прошипела какое-то ругательство Змейка. Причем Виктор так и не понял, кому оно предназначалось: Магистру или Костянике, которая не спешит освобождаться из пут.
– Посвящение все прояснит и все расставит на свои места. Кстати, именно поэтому вы здесь, а не в подвалах Цитадели. Я стараюсь без особой нужды не выносить Ковчежец из своей башни. Реликвии, знаете ли, нужно беречь. Проще было привести вас сюда. Я также приказал принести ваши вещи, – Йохан кивнул на оружие пленников. – Вещи, правда, не умеют говорить, и пока я узнал немногое. Но кое-что все же узнал. Узнал, например, что вы побывали во французской Скверне, – Магистр вынул из колчана Змейки арбалетную стрелу с шипом иглоноса, задумчиво осмотрел ядовитого червя и пояснил: – Такие твари водятся только там. Еще мне известно, что вы имели дело или вступали в бой с воинами, приплывшими из-за океана, – Инквизитор тронул трофейный топор с кристаллом на рукояти. – Надеюсь, вы расскажете больше. После Посвящения или после пыток. Брата Фридриха я могу позвать в любую минуту, а могу и не звать. Честно говоря, мне бы пока хотелось обойтись без посторонних. Я запретил своим людям входить сюда без приказа, но все необходимые инструменты, – еще один кивок – теперь уже на пыточный арсенал, – как видите, уже здесь. На всякий случай.
– Внушительная коллекция… – скривился Виктор.
– Вполне, – согласился Инквизитор. И развил тему: – Особые надежды я возлагаю на эту штуку, – он ласково погладил аппарат с вращающейся ручкой и смотанными проводами. Затем несколько раз сильно крутнул ручку.
Между свисающими с края стола контактами на концах проводов защелкало и проскочила искра.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ручной генератор высокого напряжения, – с любезной улыбкой ввел пленников в курс дела Магистр. – Динамо-машина. Есть основания полагать, что если пропускать вырабатываемый ею ток через голову… э-э-э… пациента, его разум может хотя бы на некоторое время освободиться от чужого влияния.
Продолжительный сеанс электрошока не только разрушает мозг, но и нарушает инородные связи и внедренные извне алгоритмы действий. В общем, возможно, с помощью этой машинки удастся получить необходимую информацию даже от человека, попавшего под власть ментала из Скверны, причем прежде, чем носитель информации погибнет или сойдет с ума. Это, правда, пока только теория, подтвержденная лишь частично…
– Частично – это как? – не понял Виктор. – Вы проводили испытания на пленных?
Магистр покачал головой:
– Пришельцев из-за океана не так просто взять в плен живыми. А пленных практически невозможно доставить сюда. Нет, прибор я проверял на своих людях. Но результаты обнадеживают. После длительного воздействия на мозг электротоком человек, который не превращается в овощ, на время, на очень короткое время, но все же забывает о том, что проходил Посвящение. Потом все возвращается на круги своя… но на несколько минут даже самый преданный Черному Кресту Инквизитор утрачивает свою безоговорочную преданность. А если электричество освобождает от благостного воздействия Черного Креста, возможно, таким же образом удастся очищать разум и от Скверны. Если вы находитесь под ее влиянием, мы попробуем очистить вас. Не уверен, что получится, но мы попробуем.
– У-у-у, экспериментаторы долбаные, мать вашу! – процедил сквозь зубы Костоправ.
Магистр лишь пожал плечами:
– Святая Инквизиция должна совершенствоваться во всем. Мы обязаны восстанавливать утраченный прогресс во славу Черного Креста. Нам нужно развиваться.
– В пыточном искусстве? – невесело съязвил Виктор.
– Это искусство ничуть не хуже любого другого, – на полном серьезе ответил Йохан. – Умение изощренно умертвлять или причинять боль тоже двигает человечество вперед.
«А ведь возможно этот маньяк прав!» – подумал Виктор.
– Но начнем мы, как я уже говорил, с более приятной и менее болезненной процедуры, – продолжил Магистр. – С Посвящения. Может быть, после того, как вы проникнитесь величием Черного Креста, из вас получатся верные и полезные ему слуги. Из вас троих…
Йохан неприязненно покосился на Костянику:
– Тот, кто уже несет на себе печать Скверны, для Креста потерян.
Костяника ответила ему злым взглядом красных глаз.
– Итак, приступим.
Магистр посмотрел на ларец, перед которым недавно молился.
– Или, может быть, кто-то хочет что-нибудь рассказать сейчас, до Посвящения? Например, о том, зачем подданным далекого сибирского княжества вступать в ряды ландскнехтов Святой Инквизиции и зачем им забираться в Андоррские горы.
«Ага, расскажем мы, держи карман шире», – Виктор мысленно послал Инквизитора куда подальше.
И услышал голос Змейки.
– За картой! – негромко, но четко произнесла Стрелец-баба.
Виктор удивленно посмотрел на девушку. Быстро же она колется. Или тут другое?
– Поморская карта с Соловков. Где она?
Или Стрелец-баба предприняла отчаянную попытку получить информацию, за которой они пришли, из первых уст?
А в самом деле, что мешает крестоносцу ответить на вопрос беспомощных пленников?
Ничего…
– Ах, во-о-от в чем дело, – с улыбкой протянул Магистр. – Вам нужна русская карта. Для Сибирского князя, небось, стараетесь? Что ж, похвально, похвально. Слуга, верный одному господину, будет верно служить и другому. Если, конечно, его разум не загажен Скверной и благополучно пройдет Посвящение.
Затем Инквизитор добавил со странным выражением в голосе:
– А вы действительно уверены, что она вам так уж необходима, эта карта?..
