- Почему же?
- Потому что это все должно быть не так.
- Ты о чувствах?
- Именно о них.
Оборотень вздохнул.
- А ты прислушайся к себе, - сказал он, подвигаясь ближе ко мне и буквально зажимая меня в угол. – Ты вся так и говоришь о том, что хочешь этого. Твой запах просто кричит об этом. А он куда честнее рта.
- Нет, - прошептала я, понимая, что что бы не сказала, он полностью владеет мной и бежать мне некуда. Захочет – трахнет, захочет – убьет, захочет – посадит в подвал до конца жизни. А может и отдать кому-нибудь за поддержку на его чертовых выборах. Деваться мне некуда, а он воспринимает меня как вещь, которая стоит наверняка дешевле этой кровати или его костюма.
Но он не стал приближаться. Тихо усмехнулся, встал и вышел, оставив газету рядом со мной на кровати.
Я долго пялилась на дверь, ожидая, что он передумает и вот-вот вернется. Но потом услышала гул автомобиля за окном, повернулась, и увидела, что оборотень куда-то уезжает. Стало немного спокойнее, хоть все равно пальцы сжимались в кулаки, а сердце колотилось как запертая в клетке птица.
Посмотрела еще раз в газету, пробежала глазами статью. Может, тот человек и был маньяком-убийцей, но если и так, не может Голубоглазов подменять собой суд. Нужно рассказать кому-то, только кому? И чем я это докажу? Того человека уже увезли отсюда, даже если сюда явится полиция с обыском – ничего не найдут.
А еще беспокоили слова Голубоглазова о том, что я хочу заняться с ним любовью. Если прислушаться к себе, то, может, он и был прав. Все-таки он – сексуальный, богатый и все такое. Если следовать инстинктам, я должна бы сделать все, чтобы заиметь от него ребенка.
В какие-то моменты казалось, что это лишь дело времени, и рано или поздно он получит свое. Но пока что я была готова сопротивляться ему изо всех сил.
Глава 8
Видеть Голубоглазова по телевизору было непривычно. Он казался каким-то другим, чем в реальности, будто бы там его подменял двойник. Его крутили по всем каналам, почти что беспрерывно. Там он давал интервью, тут разгуливал по вузу и отвечал на вопросы студентов, а здесь зачитывал речь перед рабочими завода. Всякие передачи казались лишь перерывами между явлениями его оборотничества на экране.
Рекламы его конкурентов было куда меньше. Кажется, он скупил все, что можно скупить.
Я долго пялилась в телевизор, стараясь просто позабыть обо всем, пока не начала медленно засыпать.
Какое-то время заснуть не удавалось. Все время что-то будило. То кто-то запустил неподалеку фейерверк, то кот Голубоглазова решил погонять по дому, то где-то на улице громко залаял пес.
Ворочаясь в кровати, я мысленно проклинала Голубоглазова. Раз за разом твердила себе, что ему меня не одолеть, я буду сражаться до конца и приложу все усилия чтобы выстоять.
А потом я оказалась посреди громадного заснеженного поля.
Везде, куда не глянь, был лишь снег. Я шла по нему, одетая лишь в ночную рубашку, и мне не было холодно. Но куда идти не знала. Звала кого-то, но отвечало только многократно усиленное эхо. Ощущение было такое, что все это место – одна большая клетка с невидимыми стенами, и вот-вот я упрусь в одну из них.
Я озиралась по сторонам в поиске хоть кого-то, пока не уперлась в широкую, мускулистую грудь Голубоглазова.
Даже не поняла откуда он взялся. Словно бы материализовался из воздуха.
Он был полностью голым. Можно было в деталях рассмотреть кубики его торса, широкие плечи, мускулистые руки, ноги как у профессионального велосипедиста и большой эрегированный член.
Оборотень шагнул ко мне, обхватил плечи, притянул меня и поцеловал.
Поначалу хотелось выбраться, убегать прочь, но как только я начинала сопротивляться, становилось невыносимо холодно. А оборотень целовал меня, облизывал мое тело, ласкал пальцами ягодицы.
Все не на самом деле! Нужно проснуться!
Но сон не хотел заканчиваться, или какая-то часть меня не хотела просыпаться. Страх перед Голубоглазовым куда-то ушел. Здесь, в этом месте, в мире иллюзий, я почему-то хотела быть с ним. Не могла это объяснить, чувствовала лишь острую потребность в его объятиях и ласках.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Оборотень схватил меня, принялся целовать, облизывать грудь, впился губами в сосок. По моему телу пробежала волна возбуждения. Моя одежда испарилась, будто её и не было никогда.
Он положил меня на траву. Уж не знаю, откуда посреди снежной пустыни взялась свежая, весенняя трава. Лишь потом увидела, что пейзаж вокруг меняется. Снег испаряется, прямо на глазах вокруг вырастают деревья, на горизонте появляются горы. Но стоило мне отдалится от Голубоглазова, как холод возвращался, трава желтела, с деревьев осыпались листья.
- Моя истинная пара, - говорил оборотень, склонившись надо мной. – Сама природа велит тебе быть со мной.
Сказав это, он вошел в меня.
Поначалу меня будто парализовало. Голова сама по себе откинулась назад, изо рта вырвался тихий стон. Но спустя секунду я уже чувствовала нечто другое, необъяснимое. Будто мы с ним одно целое, и лишь так нам обеим хорошо. Я будто читала его мысли, и в то же время ощущала, как он читает мои. Они были об одном и том же – о том, что нам суждено быть вместе.
Воздух наполняется пением птиц. Голубоглазов проникает в меня все глубже и глубже. Я кричу, растворяясь в потоке удовольствия. Мой крик подхватывает ветер и разносит вокруг.
Язык оборотня путешествует по моей груди. Перемещается с плеч на шею. Оттуда на соски. Каждое мгновенье все резко меняется. Оборотень то находится за мной, массирует руками мою грудь, то передо мной, жарко целует в губы, то на мне, усердно работает членом.
Закрываю глаза, чувствую, как все вокруг меня вращается, пока не превращается в ничто. Остается лишь вспыхивающее внутри меня удовольствие. Эйфория стремительно проникает в мозг, заставляя вскрикивать.
- Ты будешь со мной, - шепот оборотня будто бы исходит отовсюду одновременно – из травы, листвы, небес, земли.
- Буду, - говорю я, и на секунду вырываюсь из сна. Все вокруг чернеет и растворяется.
Но Голубоглазов тут же оказывается рядом, хватает меня за талию, прижимает к себе, не желая отпускать. Наши языки извиваются в танце. По телу бродит приятное тепло.
Мир продолжает распадаться. Деревья разлетаются на осколки, трава исчезает в грунте, небеса меркнут, но мы продолжаем наслаждаться друг другом. Его запах кружит голову. Пальцы изо всех сил вцепляются в его плечи, будто само тело не желает покидать это место. Я громко кричу то ли от удовольствия, то ли от нежелания расставаться.
А потом передо мной из ниоткуда проявилась комната.
За окном ярко светила луна. Ночь настолько светлая, что можно считать листья на деревьях.
Твою мать! Что такое мне только что снилось? Почему…
Дверь с грохотом открылась и на пороге появился Голубоглазов. Точно такой же, как во сне, только в темных пижамных брюках.
- Ты кричала…
- Сон приснился, - ответила я, чувствуя, как с каждым мигом видение становится все дальше и дальше. Словно это было год назад или два, а может, целую вечность. – Извини.
Спать больше не хотелось. Даже наоборот, я чувствовала себя переполненной сил и готовой к чему угодно.
- Там был я? – спросил оборотень.
Я молча кивнула, отвернулась от него. Услышала, как дверь закрылась, а Голубоглазов за ней громко выругался.
- Не может быть! – сердито рявкнул он, уходя по коридору.
***
Утром я не нашла Голубоглазова в доме. Наверняка ушел на очередное выступление. Как оказалось, я не так сильно ему и нужна. Большую часть времени сижу здесь, скучаю. Хоть поесть оставил. В компании кота, глазеющего на меня с кухонного шкафчика, я перекусила. Хотелось куда-то пройтись, погода на улице что надо. Самая настоящая весна. Уже не холодно, но и до жары еще далеко. По покрывшимся зеленью листьями деревьям бодро прыгали птички, дул легкий ветерок…
