Всласть попредававшись унынию, я решительно двинулась искать Эбигэйл. Кажется, лишь она сегодня была единственным человеком, который не пытался меня ни в чем обвинять или укорять за неправильные поступки. Эта девушка была так искренна в своей симпатии ко мне, что даже не удавалось начать ей завидовать, хотя поводов для этого у меня было предостаточно. Красавица, богатая наследница, всеобщая любимица…
Обнаружить, где же новая подруга, сразу не удалось. Однако бальный зал в Чавенсворт — лодж был достаточно велик, а народу собралось множество… Поэтому я позволила себе прогуляться по террасе дома, благо вечер был на диво теплым. После бала должны были накрыть ужин для гостей, там я и намеревалась вновь найти дорогую Эбигэйл.
Ночь была чудо как хороша. Ясная, звездная, да и полная луна висела так низко, что, казалось, руку протяни — и коснешься. Была бы я романтичной барышней… впрочем, зачем предполагать? Романтика никогда меня особо не прельщала. Точней, она перестала меня прельщать, едва ли я твердо осознала, что для меня судьба не уготовила красивой истории любви. Ну или хотя бы какой‑нибудь. А вот девочки часто говорили о том, как же это удивительно, бродить под полной луной с поклонником. Я после долго пыталась выпытать из них, с кем же они вели себя настолько неприлично, но то ли сестры просто озвучивали свои мечтания, то ли я оказалась не столь убедительна, чтоб открывать мне свои тайны.
Из зала доносились смех и музыка. Бал удался, в чем наверняка заслуга племянников хозяйки дома. Сама миссис Чавенсворт, почтенная вдова, не была человеком светским и не смогла бы так организовать этот вечер.
Пожалуй, самый удачный для меня бал, если смотреть чужими глазами, и самый отвратительный, если знать, как все было на самом деле. Меня приглашали танцевать такие блестящие джентльмены… но радоваться было нечему. Хотя нет. Я все же имела причины для того, чтобы быть довольной: до меня не снизошел лорд Дарроу. После того, как меня удостоили высокой чести мистер Уиллоби и мистер Оуэн, я бы даже не особо удивилась, если бы и их устрашающий дядя вдруг решил пообщаться со мной во время танца. Когда бежать точно некуда…
В саду громко стрекотали цикады и заходился в песне соловей. Соловьи птицы совершенно неприметные, серые, но голос у них такой, что можно слушать вечно… И все‑таки какая прекрасная ночь…
Я полчаса пробыла на террасе в полном одиночестве, и никто не озаботился мои отсутствием и не стал искать. Ни родители, ни брат, ни сестры… и если прежде меня могло расстроить подобное невнимание, сейчас я ощущала лишь благодарность и успокоение. Сейчас мне как раз хотелось насладиться одиночеством и покоем, заодно обдумав, что же делать дальше. Одно оставалось совершенно ясно мне: нельзя более ни единого раза позволять своим младшим сестрам видеться с кузенами моей дорогой Эбигэйл. Девочкам это не принесет ничего доброго. Да и мне, вполне возможно, тоже. Закралось у меня такое подозрение, что всю эту игру с Энн и Эмили эти джентльмены, состоятельные, но, увы, не достойные, затеяли лишь для того, чтобы позлить кого‑то. Либо меня, слишком много по их мнению о себе возомнившую, либо своего чересчур деятельного дядю. Оба вариант могли окончиться плачевно для моих девочек, которым было так легко вскружить голову. Девицы в этом возрасте вообще легко влюбляются. А потом мучаются с разбитым сердцем.
Убедившись, что танцы окончены и гости уселись ужинать, я вернулась в дом, желая найти мисс Оуэн и еще немного поговорить с ней. Девушка была совершенно прелестной собеседницей, и теперь, когда ее не приглашают каждые пять минут на танец, мы могли бы поговорить в свое удовольствие.
Однако Эбигэйл я вновь не смогла заметить, и это, надо сказать, меня взволновало настолько, что я подошла к мистеру Оуэну, чтобы спросить, где же его сестра.
Джентльмен как раз общался с миссис Чавенсворт и не казался взволнованным.
— Мистер Оуэн, вы не будете столь любезны, чтобы сказать, где сейчас мисс Эбигэйл? — осведомилась я, беззаботно улыбаясь.
Спокойствие молодого человека мигом растаяло, и он растеряно спросил:
— Но разве Эбби не с вами?
От этих слов я оторопела. Получается, он не волновался о сестре, потому что считал, будто Эбигэйл прогуливается со мной?
— Но я не видела мисс Оуэн никак не меньше часа… — тихо произнесла я, чувствуя тревогу.
Да, Эбигэйл находилась в доме своей тетушки…
— Может быть, стоит поискать вашего дядю? — неуверенно предположила я. — Мне почему‑то неспокойно…
Миссис Чавенсворт смотрела на своего племянника и меня с непониманием и не спешила волноваться. А вот мне вдруг даже дышать стало трудно от тревоги.
— Я найду дядю и кузена. Нужно немедленно найти мою сестру, — решительно заявил молодой человек мне. — Не верю, будто с ней что‑то могло здесь случиться… Но лучше убедиться, что все благополучно.
Как бы ни старалась я успокоить себя и убедить, что Эбигэйл была в полной безопасности в доме своей тетушки. Но сердце все равно было не на месте. Мисс Оуэн не стала бы оставлять гостей, ведь пусть официально хозяйкой бала являлась миссис Чавенсворт, все понимали, кто же является хозяйкой истинной. Она должна сейчас находиться в зале, среди приглашенных.
Поняв, что беспокойство, снедавшее меня, слишком сильно, чтобы бездействовать, я принялась сновать среди знакомых, выспрашивая, где же находится Эбигэйл Оуэн и где и с кем ее в последний раз видели. Ничего утешительного узнать не удалось. Мисс Оуэн говорила решительно со всеми и видели ее в каждом уголке зала. И ни единый человек не мог сказать, когда же девушка исчезла из бального зала.
Будь я на ее месте, непременно бы перед уходом сказалась бы брату, кузену или дяде… Но мистер Оуэн не знал ничего о том, что вынудило его сестру отказаться от общества этим вечером.
Спустя четверть часа я нашла вновь брата Эбигэйл, и поняла, что он еще более встревожен и растерян, чем прежде.
— Что вы узнали? Где Эбигэйл? — тут же набросилась на него с вопросами я. В груди холодело от дурного предчувствия.
Мистер Оуэн схватил с проходящего мимо лакея бокал и одним глотком опорожнил его. Я заметила, что руки у джентльмена трясутся и сильно.
— Сестры нет в комнате. Где она, не знают ни тетушка, ни дядя, ни кузен… И я просто не могу найти ее. Что у вас?
Я почувствовала, что мне стало трудно дышать и перед глазами помутилось от волнения.
— Мисс Уоррингтон, что с вами? — подхватил меня под локоть мистер Оуэн.
Вовремя. Сама я, должно быть, на ногах бы не устояла.
— Со мной все в порядке, — сдавленно ответила я, пытаясь прийти в себя. Кэтрин Уоррингтон не падает в обморок. Для меня это слишком большая роскошь, тем более сейчас.
