доносчика, пусть последит за ними. А мне подготовь дрезину, я поеду к Президенту. У нас появилась отличная возможность избавиться от этих болванов.
– Конечно, будет исполнено, – Якименко хихикнул, -Попались, голубчики! А я уж тут постараюсь, что бы люди их возненавидели. Кстати, мы подготавливаем новых Стрелков. Бестолочи, конечно, но послушные.
– Послушание – это хорошо. Вы тут только действуйте строго прописанному плану, не стоит палку перегибать. Нужно, что бы Стрелки почувствовали себя уязвимыми, виноватыми… Нужно, что бы они испытали ужас от того, что мы с ними можем сделать… Лишите их уверенности в своей правоте и действиях, – Суркин взял портфель с документами, -Думаю, показательная порка пойдет во благо для всех остальных желающих вольнодумствовать.
* * *
Степан стоял возле окна и молча смотрел куда-то вдаль. Позади, прямо на полу, расположились Стрелки.
– Ребят, это я стрелял. Вы не должны нести за меня ответственность. Завтра скажу все этому эсбэшнику. Вы не должны страдать – Алекс пытался убедить своих товарищей.
– Нет уж, мы одна команда. Я сделал бы тоже самое. И каждый из Нас поступил бы так же, я уверен – кипятился Вован.
Степан повернулся к ребятам:
– Сейчас смысла нет выяснять, кто, что сделал бы. Вы еще не поняли? Правительство хочет избавиться от нас. Мы им как кость в горле. Не самосуд над Собирателем, так что-нибудь другое против нас выдвинули бы. Не зря же они нас в патронах ограничили.
– Командир! У нас же есть запасы оружия, давайте просто уйдем на вольные хлеба и все – Вован перешел на шепот, словно боялся, что его предложение услышат посторонние.
– И что? Ну уйдем мы… Они новых Стрелков наберут, тем более, что Сариков сейчас меньше. А мы куда? У нас там, в метро, друзья, там Жанна. Там социум. Мы что, дикарями будем бродить по лесам? А если Правительство объявит на нас охоту? – Стелла покачала головой.
– Стелла права. Да и я слово дал. Я уважать себя перестану, если не сдержу его, – Степан поскреб отросшую бороду, – Но…Если кто-то из вас хочет уйти, я удерживать не стану. Но уходить надо сейчас.
– Обижаешь, командир, мы без тебя никуда, – Вован отчаянно всплеснул руками, – Что ж будет-то теперь?
– А вот тут нужно будет быть настороже и смотреть, куда ветер будет дуть, – Степан вновь повернулся и стал смотреть в окно, – Если вашим жизням будет угрожать опасность, я сделаю все, чтобы не допустить самого плохого.
Когда Стрелки спустились на следующий день в метро, то с удивлением обнаружили, что вместо радостных улыбок и приветствий, люди смотрели на них с молчаливым укором, а кто-то за их спинами зло прошипел:
– Убийцы! Совсем совести нет!
– Зашибись людям мозги промыли – Владимир недоуменно смотрел на людей.
– Значит мои предположения были верны, – Степан был сосредоточен и внимательно смотрел по сторонам, считая количество солдат, которых было в этот раз в два раза больше, – Смотрите, как нас боятся…даже безоружных. Учтите, они будут искать малейший повод, чтобы пустить в нас пулю. Поэтому всем быть предельно осторожными!
В вагоне- кабинете Главы, за столом сидела целая комиссия: Якименко, Суркин и еще двое незнакомых мужчин с бегающими глазами.
– Похвально, не сбежали – вместо приветствия сказал Суркин, жестом приглашая Стрелков присесть.
– Бегут, если чувствуют за собой вину. А наш действия были вынужденными, исходя из угрозы жизни моему сотруднику – парировал Степан.
– В общем, вчера я был у Президента, – словно не услышав Степана, продолжил Суркин, – Комиссией решался вопрос о произошедшем. Всесторонне рассмотрев данный вопрос, учитывая ваши показания, Президент вынес обвинительный приговор. Да-да. Вас обвиняют в том, что ваш отряд провел самосуд над гражданином Виталием.
Помощник Президента по безопасности, увидев, как Стрелки собираются возмутиться, предостерегающе поднял руку:
– Я не договорил. Учитывая ваш неоценимый вклад в уничтожении пришельцев, хороший послужной список и характеристики, Президент дает вам возможность исправиться
– Нас обвиняют в убийстве, настроили против нас людей, и вдруг одаривают шансом на искупление. Оригинальное обвинение – шепнула Стелла Владимиру.
– Сейчас послушаем, что за искупление нам подготовили. Сдается мне, что это будет хуже расстрела – так же шепотом ответил Вован.
Глава Дыбенко взял листок бумаги и, откашлявшись. Торжественно зачитал:
«Согласно распоряжению Президента, вашему отряду, в рамках искупления, необходимо будет отправиться к космическому кораблю, который, как вы знаете, находится в районе метро Парка Победы. Инженеры разработали и подготовили взрывные устройства, которые необходимо будет закрепить внутри космического корабля. Далее, вам предписывается активировать данные взрывные устройства, путем нажатия специальных кнопок. После приведения в действие данной бомбы, сработает таймер. Взрыв произойдет через пол часа после активации, то есть у вас будет время уйти на безопасное расстояние. Тем самым, приведя взрывной механизм в действие, вы не только уничтожите вражеский корабль, что, несомненно, ослабит силы противника, но и, таким образом, искупите перед народом ваши противоправные действия, которые имели место быть»
Якименко выдохнул, после чего продолжил: «В случае успеха проведенной операции, вам будет дозволено вернуться и жить среди людей. Однако, работать вы будете либо Фермерами, либо Собирателями, без права ношения оружия. В случае отказа идти к космическим кораблям с данной миссией, команда Стрелков приговаривается к расстрелу. Вердикт оглашен, пересмотру не подлежит, исполняется немедленно»
– Я думаю, вопросов здесь быть не должно, – резюмировал Суркин, – Все должно быть предельно ясно.
– Интересное правосудие у вас, – Степан прищурился, – Вынесен обвинительный приговор, при этом с нами, кроме вас, никто даже не поговорил. Нам не дали права даже высказаться
– А что нового вы сообщили бы? – Суркин картинно развел руками, – Что вы не виноваты, что Виталий якобы напал на Стеллу? Я им об этом сообщил. Но, будь Собиратель жив, он бы подтвердил или опроверг эту информацию. А так, простите, вы можете наговорить на него сейчас все что угодно! Скажите нашему Президенту спасибо, что он, с его безграничной щедростью, дает вам право на реабилитацию!
– Действительно, щедрое предложение – Степан был мрачен, словно туча.
– Вас четверо, а бомб подготовлено восемь. Вам даже двух лошадей дадут, чтобы перетащить груз – влез Якименко, – Это говорит об огромном доверии, которое вам выказывается! Вам даже пистолеты дадут на случай нападения хищников!
– Ох, вот это щедрость – не удержался Владимир, но тут же замолчал, встретившись со взглядом Степана.
Командир уточнил у Суркина, сколько у них времени на сборы, где забирать бомбы и лошадей, после чего дал команду своим Стрелкам покинуть помещение.
Стелла дошла уже до эскалатора, ведущего наверх, как к ней подбежала Машка и, сунув что-то
