Глава 3
– Все мужчины – тираны! – заявила Меллиора, закрывая дверь своих покоев. За несколько мгновений до этого она наградила сэра Гарри самой обворожительной и кокетливой улыбкой и поблагодарила за то, что он будет ее охранять.
Джиллиан Макгрегор лишь бровью повела, услышав эти слова. Она была скорее другом, нежели горничной Меллиоры, поскольку воспитывала ее с детства. Она продолжала вышивать, ее пальцы нисколько не изменили ритма движений.
– Я думала, ты обожаешь короля, дорогая, – сказала Джиллиан. – Ты с такой уверенностью шла на встречу с ним.
Меллиоре вдруг захотелось быть такой, как Джиллиан. Кажется, ее ничто не могло вывести из равновесия. Джиллиан была лучшей подругой матери и одновременно горничной, она пережила смутные времена и, очевидно, получила хорошую закалку. Должно быть, это очень приятно – пребывать в постоянном душевном покое. Джиллиан было около сорока, однако на ее приятном и спокойном лице еще не появились морщины. Волосы, слегка тронутые сединой, гармонировали с белизной кожи и голубовато-серыми глазами.
Тем не менее когда Джиллиан наконец подняла глаза, Меллиора заметила в них легкое удивление. Джиллиан заранее знала исход встречи Меллиоры с королем. Она вместе с советниками Меллиоры предупреждала ее, что будет именно так. Даже Эван говорил об этом. Король не позволит ей остаться хозяйкой своего острова и сообщит о ее незамедлительной свадьбе.
– Мои чувства к этому человеку не меняются из-за того, что он тиран. По всей видимости, ты знаешь, что произошло, когда я пришла к нему.
– Да, слуги в замке говорят об этом. Все считают, что этот союз будет идеальным. И ты должна помнить, что Давид имеет право на подобные действия. Он король.
– Может быть, и так, но все равно он тиран.
– Меллиора, если ты подумаешь обо всем спокойно, я уверена, ты согласишься с тем, что Давид – мудрый правитель, завоевавший любовь и преданность своего народа. Он хочет избежать кровопролития, а для этого нужно, чтобы королевство было крепким и единым. Вспомни, какие страшные битвы были в 1124 году, когда он взошел на трон. Через несколько лет, когда начался мятеж кланов, он снова вынужден был воевать. Ему нужно, чтобы крепости и замки управлялись шотландцами, которым он доверяет. Тем более сейчас, когда у королевской семьи в Англии возникли проблемы.
Меллиора понимала, что слова Джиллиан справедливы, однако она еще не остыла от гнева.
– Как же, проблемы в Англии! Поверь мне, король использует их к своей выгоде. Он верит только избранным мужчинам и совсем не доверяет женщинам. Ну почему он не понимает, что я буду верно служить ему?
Джиллиан отложила работу, вздохнула, посмотрела на Меллиору и прямо ответила:
– Потому что ты дочь викинга.
– Мой отец был верен королю.
– Твой отец, – мягко сказала Джиллиан, – умер. А королем быть непросто. Править такой пестрой страной, где существуют гордые главы кланов, дворяне из древних семейств, а также потомки тех, кто когда-то вторгался на эту землю, – задача не из легких.
– Да, мой отец мертв, и наша страна дика. Мой отец не позаботился о том, чтобы оставить свои любимые земли мне.
– Он приобрел любимые земли с помощью твоей матери.
Меллиора рассердилась.
– Ты тоже намерена спорить со мной? Если земли приобретены благодаря матери, тем больше оснований, что они должны быть моими! Попробуй оспорить это!
– Мне? Спорить с тобой? А о чем? Земли перешли к матери по традиции, а железной хваткой их удерживал твой отец.
Меллиора поднялась и стала беспокойно ходить по комнате. Если ей удастся сбежать, она окажется свободной. Хочет того Давид или нет. Ибо, сбежав, она может обратиться за помощью к родственникам отца, пока не достигнет компромисса с королем. Давид не позволил ей сказать, что она собирается выйти замуж за Эвана, хотя даже ему пришелся бы по душе такой выбор.
Эван был шотландцем по рождению и воспитанию, хотя в жилах рода его матери и была толика крови викингов. Вот уже сотни лет воины из их рода защищали Шотландию. Многие были удостоены рыцарского звания. Это были гордые и благородные люди, и королю следовало бы приветствовать Маккинни в качестве лэрда ее земель.
Король просто не знал этого. Потому что не дал Меллиоре возможности объяснить ему положение дел. Он выслушал уверения в ее верности и сразу же сообщил о том, что намерен выдать ее замуж за одного из лучших своих воинов – лэрда Лайэна.
– Потому что он тиран! – гневно произнесла вслух Меллиора и посмотрела на Джиллиан. – Он считает, что всегда может приказывать мне, даже если это касается меня лично. Я ему этого не позволю.
– Меллиора! – сказала Джиллиан, которая, кажется, только сейчас стала терять терпение. – Ты слишком долго жила на Голубом острове и не осознаешь, что это лишь маленькая частица большого мира. Успокойся, пожалуйста, прояви благоразумие. Давид – король. И как это ты можешь позволить или не позволить ему?
Меллиора грустно покачала головой.
– Ты же знаешь, что раньше все было иначе. Норманны привезли сюда эти противные законы, по которым мы живем. Конечно, моя мать умерла давно, я плохо ее помню, но помню, что она рассказывала мне о старых временах. Когда Шотландия была совсем дикой, здесь было множество королей, разных народов, старых богов, традиций... И тогда женщины владели землей наряду с мужчинами...
– Это языческие поверья! – предупреждающе сказала Джиллиан и перекрестилась.
Меллиора улыбнулась.
– По языческим поверьям земля была матерью, женщин уважали и любили. И если бы мы жили до того, как эти противные норманны изменили весь уклад, я бы имела право владеть своими землями...
– Могла владеть, а могла и не владеть. Неужто ты не понимаешь, что он как раз и боится твоего бунта? Ты не хочешь этого видеть, но угроза со стороны викингов очень реальна. На памяти нашего поколения викинги захватывали шотландские владения. Твой отец доказал, что он истинный шотландец, он сделался одним из лучших друзей Давида. Я уверена, что король тебя любит...
– Однако он не уважает мои права, Джиллиан. А ведь я не давала ему никаких поводов сомневаться во мне. Я ехала сюда с одной целью – выразить ему свою любовь и верность. И что из этого получилось?
– Я снова тебе говорю. Кого бы ты ни обвиняла, у тебя прав не больше, чем у ребенка. Викинги правят немалым количеством земель, которые принадлежат Шотландии, и Давид не намерен отдавать им новые.
– Это меня просто бесит! Я законная наследница по линии отца и матери! Я ненавижу норманнов, ненавижу за то влияние, которое они оказали!
– Норманны оказали влияние еще до твоего рождения. Я любила твою мать, но ей не следовало бы рассказывать сказки о том, что у женщин раньше были другие права. Нравится тебе или нет, но у короля есть право передать тебя – и твои земли – тому, кого он выберет тебе в мужья.
