– Правда хорошенькая? Она играет Моцарта, – сообщила Иден, встала и открыла крышку шкатулки. Изнутри донеслись медлительные звуки, но тут же смолкли. – Надо завести. – И с грустью добавила: – Она осталась от моей мамы.
Джек искоса наблюдал за девушкой, вспомнив, что жена Виктора умерла несколько лет назад от лихорадки, свирепствовавшей тогда в Лондоне. Печальна участь врача, не сумевшего спасти собственную жену. Неудивительно, что Фарради решил оставить свою профессию, но ту женщину никто не смог бы вылечить.
В одной из книг доктор Фарради писал, что после смерти жены он со своей единственной дочерью отправился в Вест-Индию. Друзья-креолы, пытаясь умерить его отчаяние, предложили ему посетить джунгли Ориноко. Он согласился, но подхватил в джунглях лихорадку и мог погибнуть, если бы местный индейский знахарь не исцелил его лекарствами из неизвестных растений.
Далее Фарради писал, что в тот момент осознал: целью его жизни должен стать поиск древних индейских снадобий и растений, из которых их готовят. Это знание он намеревался принести цивилизованному миру, чтобы спасать человеческие жизни.
Вот только в книге доктор Фарради не стал сообщать, что втянул в свое опасное предприятие дочь. Джек ощутил, как в сердце поднимается волна гнева. Молодой девушке здесь не место.
– Примите мое сочувствие, – коротко бросил он.
– Со мной все в порядке. – Иден грустно улыбнулась и вернула шкатулку на полку. Она явно не желала растравлять себе душу давней потерей. – И какие дела, джентльмены, привели вас в Венесуэлу?
– Мы просто… – Трайерн запнулся.
– Навещали друзей, – спокойно закончил Джек.
– Понимаю. – Иден проницательно улыбнулась. – Друзей в Ангостуре?
Джек и Трайерн обменялись растерянными взглядами. Оба потеряли бдительность, а тон девушки явно подразумевал осведомленность.
Большинство знакомых дам делали вид, что интересуются только танцами, приемами и модами, а эта девушка спросила практически в открытую, является ли их визит политическим.
– Ладно, не мое дело, помогаете ли вы повстанцам. Честно говоря, я желаю им победы, хотя папа говорит, что наука должна хранить нейтралитет.
– Никто и не говорит о помощи повстанцам, мисс Фарради. Мы здесь по делам. – Трайерн с улыбкой поправил собеседницу. – У нас большая торговля красным деревом.
– Кстати, насчет красного дерева. – Взглядом Иден выразила сомнение в том, что глава «Найт энтерпрайзис» лично явится в джунгли за вязанкой хвороста, но, словно истинная леди, не стала развивать тему и досаждать гостям. Джек наблюдал за ней как зачарованный, однако вскоре понял, что новая тема тоже небезопасна. – Я видела там в основном розовое дерево и акажу, – продолжала она, – но есть и несколько стволов эбенового дерева. Надеюсь, вы срубили не слишком много.
– Мы, мисс Фарради, ничего не рубили. Мы купили древесину у местного торговца.
– Конечно, но это очень редкое дерево. Чтобы достигнуть зрелости, оно должно расти пятьдесят лет. Если рубить много, рощи не успеют восстановиться.
– Именно из-за своей редкости оно и ценится. – Джек, задетый ее упреком, говорил с циничной прямотой. – Краснодеревщики Лондона заплатят за него целое состояние.
– Лондона? – выдохнула Иден, глаза ее расширились. – Значит, вы направляетесь в Лондон?
Джек кивнул.
– Почему вы спрашиваете?
Иден склонила голову и словно бы онемела. Джек приподнял бровь.
– Что-то не так, мисс Фарради?
– О, нет-нет! Просто… просто я так часто мечтала туда попасть.
– В Лондон? – с иронией протянул он. – И зачем? Погода там холодная, люди – тоже.
Иден подняла на него удивленный взгляд:
– Вовсе нет!
– Да-да, именно так. Это ничтожный город. Я направляюсь туда лишь потому, что должен. – Джек говорил легким тоном, а потому Иден не могла знать, насколько он искренен.
– И почему же вы должны? – требовательно спросила она.
– Разумеется, чтобы продать эту древесину. – Он не мог удержаться от искушения немного ее подразнить, к тому же правда была ей ни к чему. – Вдруг наш Принни обзаведется столом из черного дерева, все светские дамы решат, что им тоже не обойтись без такого.
Эти слова вызвали улыбку у Трайерна, но ничуть не позабавили Иден.
– Уверена, они не станут поступать так дурно.
– Станут-станут, даже еще хуже, – с насмешкой отвечал Джек, довольный, что может ее подразнить. – Пустые, тщеславные, они способны на все. Верьте мне, я знаю их как свои пять пальцев. В конце концов, мой старший брат – герцог. Трайерн, как вы думаете, не пожелает ли герцогиня Хоксклифф получить столик из черного дерева?
– С герцога надо взять вдвое дороже.
Джек рассмеялся, но тут же сморщился – сок ананаса капнул ему на царапину.
– Ох…
Мисс Фарради нахмурилась, очевидно, сомневаясь, стоило ли приглашать его в гости.
– Что случилось? – спросила она. – Вы поранились?
– Поцарапался, когда грузили древесину.
– Позвольте взглянуть. – Она подошла к Джеку, быстро ухватила его ладонь, заставила разжать пальцы и тут же нашла занозу. – Эбеновое дерево, могу спорить.
– Видите, я тоже хочу следовать моде.
– Могу только сказать, что вы это заслужили, но все равно я должна вам помочь, лорд Джек. Садитесь.
– Благодарю вас, это все ерунда. Я обработаю ранку на корабле.
– Садитесь.
Джек приподнял бровь, пораженный ее безапелляционным тоном.
– В джунглях недопустимы никакие открытые раны, – заявила Иден. – Таков закон.
– Открытая рана? – возмутился Джек. – Да здесь просто царапина.
– Длинная и глубокая. Поверьте мне, если ее не обработать прямо сейчас, могут быть неприятности.
– Какие? – побледнев, спросил Трайерн.
– Уверена, вы не захотите даже слышать о них, джентльмены. Очень серьезные. – Мужчины выжидающе смотрели на Иден. Она со вздохом продолжила: – В джунглях даже маленькая ранка воспаляется очень быстро. Если хотите знать, здесь есть крошечные насекомые, которые откладывают яйца в любые раны, а это приводит к ампутации.
Джек тотчас сел и протянул Иден руку:
– Я в вашем распоряжении, только не доставайте свой мачете.
Она улыбнулась шутке и отправилась за рабочей корзинкой.
Иден чувствовала его неотступный взгляд хищника, но ее сердце взволнованно билось по другой причине – они направляются в Лондон! Это же то самое чудо, о котором она молилась! Теперь следует набраться смелости и попросить знаменитого Черного Джека взять ее с собой.
Конечно, он вовсе не обязан оказывать ей эту услугу, к тому же, если этот человек действительно так опасен, как утверждают, безопаснее отправиться с отцом на Амазонку. Но как унизительно сознавать, что у него – миллионы, а у нее нет денег, чтобы заплатить за проезд. Она должна убедить лорда Джека, что может оказаться полезной!
