– Есть, сэр.
Джек опять повернулся к доктору Фарради:
– Девушка хочет выбраться отсюда, и можно ли ее винить? Да и как вы собираетесь продолжать работу, если лишились финансирования?
Виктор замер, потом бросил на дочь уничтожающий взгляд:
– Это ты ему рассказала?
Застигнутая врасплох, Иден беспомощно пожала плечами.
– Не стоит на нее за это сердиться, – нетерпеливо проговорил Джек. – Она здесь единственный здравомыслящий человек. Виктор, неужели вы, со всем вашим умом, не понимаете, что пора выбираться из дельты. Черт возьми, иного выхода нет!
Джеку отчаянно не хватало времени. Оскорбление все еще жгло его, но малышка выглядела так беспомощно, что он просто не мог не вмешаться. Разумеется, речь не шла о том, чтобы взять ее с собой в Англию.
– Послушайте, – продолжал он, – на берегу сейчас очень неспокойно. Я могу отвезти вас всех на Тринидад, но вы должны быть готовы не позже чем через три часа.
– О чем ты говоришь?
– Существует опасность наскочить на испанский патруль, а мне не хочется ввязываться в драку.
– С каких это пор? – с насмешкой осведомился Виктор.
Джек ответил ледяным взглядом.
– Если у вас осталась хоть капля разума, вы примете мое предложение. Через полгода война начнется всерьез. Возможно, это ваш последний шанс выбраться отсюда.
Иден бросила на Джека испытующий взгляд.
– И не спрашивайте, откуда я знаю, – предупредил он, не позволяя ей задать вопрос.
– Так знайте же, – отвечал Виктор, – мы не собираемся никуда уезжать. У нас нет привычки бежать от трудностей, не то что у некоторых.
Джек прищурился. Виктор продолжал вещать, но Джек уже не слушал. О Господи, почему он тратит здесь время? Иден Фарради, пусть и очень хорошенькая, не его головная боль. Если ему понадобится красивая девица, он себе купит.
Не зная, что добавить, Джек посмотрел на Иден. Картина ясна. Упрямый отец, который желает, чтобы дочь оставалась рядом и ухаживала за ним. Да еще тот парень, который хотел снести ему полчерепа. Он явно имеет на девушку виды. Желания самой Иден никто учитывать не собирается.
Джек покачал головой.
– Вы просто дурак, – мрачно сообщил он доктору, прыгнул на палубу и дал команду отчаливать.
Матросы повиновались в мгновение ока. Капитан редко впадал в ярость, и тогда все ходили на цыпочках.
Судно удалялось от ветхой пристани доктора. У Джека было железное правило – никогда не оглядываться на остающихся позади женщин. Но Иден Фарради оказалось не так легко забыть, как случайную подружку прошлой ночи.
И Джек не сдержался, бросил прощальный взгляд через плечо, чтобы увидеть, как Иден все еще стоит на причале и с обреченным видом смотрит ему вслед.
Лицо Джека оставалось бесстрастным, но в глубине души возникло чувство, что он оставил на берегу одного из своих людей. Должно быть, так капитан пиратского судна оглядывается на члена команды, за провинности брошенного на необитаемом острове.
Да, малышка, жизнь – суровая штука.
Джек Найт знал это лучше других.
Она доверяла ему? Он саркастически хмыкнул. Никто не может ему доверять, и никто не должен. Он известный негодяй и гордится этим.
Джек усилием воли подавил волнение и обратился мыслями к морю, которое никому и ничего не прощает.
– Как ты посмела обсуждать с ним наши частные дела? – возмущался на берегу доктор Фарради. – Ты понятия не имеешь, что он за человек! Джек Найт – мерзавец. Раз он явился сюда, значит, на уме у него что-нибудь дурное.
– Так, значит, ты не хочешь, чтобы я с ним уехала? – прошептала Иден.
– Попридержи язык! – взорвался отец. – Его поведение здесь непростительно. А что касается тебя, то разговор окончен. Ты остаешься с нами.
Доктор вынес свой приговор и пошел прочь, продолжая выражать свое родительское возмущение поведением дочери.
Подавив в сердце тоску, Иден последовала за отцом.
– Как ему удалось проскочить мимо испанцев?
– Я скажу тебе как. – Доктор, остановился и резко обернулся к дочери. – Джек Найт набил себе руку, перевозя оружие и контрабандный бренди во время наполеоновской блокады. Он известный преступник. И забудь, что ты его когда-либо видела. Думаешь, почему он настоящий король в Порт-Рояле? Сама знаешь, это город пиратов и разбойников.
– Если он такой негодяй, то откуда ты его знаешь?
Доктор Фарради с сомнением посмотрел на дочь, потом устало объяснил:
– Твоя тетушка Сесилия в юности дружила с леди Морой Прескотт, младшей дочерью маркиза Гриффита. Прескотт – это семейное имя. Через сестру я и сам немного знал эту девушку. Высокомерная пустышка, вот как я всегда думал. Именно тогда я и познакомился с лордом Джеком. Он был влюблен в леди Мору, но пожениться им не позволили. – Помолчав, доктор Фарради неохотно добавил: – Они были так молоды и влюблены. – Он снова замолчал, погрузившись в воспоминания. – Сестра рассказывала мне, что, когда лорд и леди Гриффит приказали дочери сообщить своему поклоннику, что она никогда не выйдет за него замуж, молодой человек пытался уговорить девушку бежать с ним. – Доктор пожал плечами. – Мора отказалась. Лорд Джек в бешенстве покинул Англию и, насколько мне известно, никогда больше туда не возвращался.
«Такой же беглец, как и ты, папа», – подумала про себя Иден.
– А теперь извини, мне надо отдохнуть и переодеться. День был очень тяжелым. Ужинаем через час. – И он зашагал прочь. – Кстати, вот еще что. – Доктор обернулся. – Племянник шамана согласился быть проводником на Амазонку. Мы выступаем через три дня.
Иден застыла на месте и в ужасе смотрела в спину отцу, но тот больше не оборачивался. Неизбежность этой сумасшедшей авантюры потрясла ее, как будто до нее только сейчас дошло, что ее участь решена бесповоротно.
Нет! Ни за что! В отчаянии она повернулась и посмотрела вслед удаляющемуся по реке судну, вместе с которым таяла всякая надежда на нормальную жизнь. Иден склонила голову и зарылась пальцами в густые пряди своих волос. Что делать? Что делать?
И тут ее взгляд упал на выдолбленные из бревен каноэ, которые, как всегда, были пришвартованы к убогой пристани. Секунду она смотрела на лодки, потом в голове молнией вспыхнула мысль.
Да!
Отец и Коннор сами довели ее до этого. Иден мгновенно приняла решение. Сердце колотилось с отчаянной силой. Судно все уменьшалось вдали. Решено! Иначе отец не остановится, и они сгинут в дебрях Амазонки из-за его упрямства.
В глубине души Иден знала, что он все бросит и пойдет за ней, даже если придется вновь столкнуться с цивилизацией. Возможно, увидев Англию снова, он решит, что там все не так уж плохо. Возможно, ее побег спасет этого упрямца от неминуемой смерти.
