К ним снова подошел официант, чтобы забрать освободившиеся тарелки и предложить десерт. Гвен отказалась от сладкого, а Этан заказал кусочек лимонного пирога и чашечку кофе.
– Вы не могли бы оказать мне любезность? – спросил он, пока они ждали десерт.
Гвен неуверенно взглянула на него, не решаясь согласиться, пока он не скажет, о чем идет речь.
– Какую любезность?
– На следующей неделе я планирую устроить в своем клубе небольшую вечеринку и хотел бы, чтобы вы пришли тоже.
– Не думаю, что это удачная идея, – ответила она, задумавшись на пару секунд.
– Ну, пожалуйста. Вам не придется чувствовать себя неловко. Это я обещаю. Будет мои лучший друг с женой, и если вы не придете, чтобы стать своего рода амортизатором, мне будет нелегко. Я люблю их, но с тех пор, как они поженились, при каждой нашей встрече Люси пытается меня переделать. Не успеем мы еще откупорить вино, как она начнет читать мне лекцию о том, что я не правильно себя веду, и будет перечислять всех своих знакомых достойных одиноких женщин, которые могли бы стать хорошими женами. А если я приду со спутницей, Люси будет держать язык за зубами и я наконец получу долгожданную передышку.
– Попробую угадать. Она оставит вас в покое, но ей западет в голову мысль, что я могу оказаться той самой девушкой, которая «переделает» вас, и она будет весь вечер с насмешкой и любопытством изучать мои методы.
Этан широко улыбнулся и принялся за свой пирог, едва официант поставил перед ним тарелку.
– Ни минуты не сомневаюсь в том, что Люси сделает такую попытку. Она отличается бульдожьей хваткой в таких вещах. Но я буду оберегать вас. Вы станете изюминкой вечера, а с помощью Питера мы сумеем не позволить ей перейти границы.
– Так значит, я, – тихо спросила Гвен, – изюминка вечера?
Проглотив последний кусочек пирога, Этан аккуратно положил вилку поперек тарелки и наконец поднял на нее глаза.
– Да нет, на самом деле. Мне хотелось бы думать, что мы становимся друзьями.
Вздохнув, Гвен покачала головой. До того момента, как сегодня днем Этан появился в ее квартире, он был героем романа на одну ночь, а сейчас верил, что они могут подружиться.
– Я знаю, что скорее всего потом пожалею об этом, – сказала она, – но в какое время вы заедете за мной?
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Этан стоял возле скамьи запасных, наблюдая за тем, как Питер выжимает пятидесятифунтовую штангу. Скрестив руки на груди, он сердито взглянул на своего так называемого лучшего друга.
– Поверить не могу, что ты упираешься. Неужели трудно погрузить Люси в машину и привезти ее в клуб?
– Эй, осторожней! Послушав тебя, можно подумать, что моя жена – какая-то корова. Она еще не настолько огромна, и к тому же я нахожу ее очень привлекательной.
– Я совсем не это имел в виду, – почти прорычал Этан. – Конечно, Люси привлекательная. Глядя на нее, можно подумать, что она проглотила баскетбольный мяч, но, наверно, это лучше, чем считать, что она проглотила машину.
Что-то проворчав, Питер в последний раз поднял штангу, и Этан помог ему положить ее на место.
– Одного не понимаю, – сказал Питер, немного задыхаясь. Он сел и, взяв полотенце, начал вытирать взмокшие лицо и шею. – Ты издеваешься над беременностью Люси и тем, что мы безумно счастливы вдвоем, и при этом просишь меня сделать тебе это одолжение, чтобы произвести впечатление на какую-то женщину. Женщину, которая, если я правильно понимаю, заставляет тебя самого задуматься о женитьбе и семье.
– Я уже был женат, – ответил Этан коротко. – В этом не было ничего хорошего.
– Потому что Сьюзен была проституткой и авантюристкой. Теперь ты стал старше и мудрее, – Питер насмешливо взглянул на него. – Как хотелось бы надеяться. Хотя, судя по тому, что ты таскаешь к себе домой пустоголовых бабенок, этого не скажешь.
Этан закусил губу и сжал кулаки. Если бы Питер не был его лучшим другом…
– В чем дело?
– Дело в том, что ты никогда раньше не приглашал нас с Люси на ужин, чтобы познакомить с одной из твоих подруг. Фактически ты щеголяешь своими романами на одну ночь, играя роль холостого повесы, но редко говоришь о женщинах, которые тебе нравятся. – Питер прищурился. – А теперь тебе вдруг совершенно необходимо устроить вечеринку в «Злачном местечке» при участии Люси и меня. Почему? Тебе так сильно нравится эта девушка? Или ты решил от нее отделаться и поэтому хочешь, чтобы моя жена сделала из бедняжки отбивную?
Питер ухмыльнулся, а Этан не смог сдержать улыбки.
– Я не собираюсь отделываться от этой девушки. И я хочу, чтобы ты держал Люси на коротком поводке, если сможешь.
– У нее своя голова на плечах. Мое дело – ее привезти, – ответил Питер, пожав плечами. – Стало быть, насколько я понимаю, она тебе нравится, да?
Этан слегка испугался. Нет, он не был готов утверждать это, во всяком случае, в том смысле, который имел в виду Питер, но было в Гвен что-то такое, что заставляло его постоянно думать о ней.
Он вспомнил, как она выглядела, когда он высадил ее вчера после обеда из машины. Он остановился прямо у обочины тротуара, но только после того, когда она десять раз сказала, что ему незачем беспокоиться и искать место для парковки или провожать ее до дома.
Этан понял намек, но не выключал двигатель и следил за тем, как Гвен удаляется. Надо быть святым, чтобы не восхититься тем, как ладно сидят на ней белоснежные джинсы и как плавно покачивает она бедрами, а Этан был далеко не святым.
Он заметил также, что Гвен продолжала поглядывать через плечо, словно для того, чтобы убедиться, что его здесь уже нет, что он уехал сразу же, как только за ней захлопнулась дверца машины.
Ну уж нет! Если бы она стояла перед своим домом целый час, уставившись в небо, он бы включил габаритные огни и сделал вид, что у его машины проблемы с двигателем, пока не подъехали бы полицейские, чтобы прогнать его.
– Я не стал бы это утверждать, – сказал он другу, – но я бы хотел узнать ее немного лучше, почему и надеюсь, что вы с Люси придете на этот ужин вечером в среду. Вы оба ей понравитесь, и я знаю, что и она понравится вам.
Питер поднялся и направился в душ.
– Я скажу об этом Люси, но ничего не обещаю.
– Отлично, – проговорил Этан, идя за ним по пятам. – Спасибо. Передай Люси, что я был бы очень признателен. И буду перед ней в долгу, если она согласится. Может быть, опять посижу с ее котом, когда вы в следующий раз куда-нибудь уедете из города.
– Может быть, ты сможешь посидеть с ребенком.
Этан скорчил гримасу при мысли об оставленном на его попечение вопящем младенце. Не говоря уже о бутылочках со смесью, грязных пеленках и срыгивании.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
