Читаем без скачивания Беглецы-Х - Виктория Гетто

Со щелчком сложил планшет в тонкую трубку, убрав её в карман кителя.

— Хорошо. Я согласен. 'Молния' уже ждёт. Можешь отправляться в любой момент.

Марра попыталась что‑то из себя выдавить, но неожиданно рука на её предплечье притиснула к сильному, словно каменному телу мужчины с такой силой, что у неё просто выдавило воздух из лёгких. Затем она услышала голос Влада:

— Хорошо, папа. Так и сделаю. Кто остаётся за меня — ты в курсе.

Отец Звана поднялся, кивнул. Затем добавил:

— Известно. Как и где находятся апартаменты командующего Флотом.

Направился к выходу, и уже на пороге бросил, на миг обернувшись:

— Не перестарайся, только, сын.

Дверь бесшумно закрылась за его спиной, и тот час рука разжалась, отпуская Штокман. Она с трудом вдохнула, потом кое‑как выдавила из себя:

— Что это было?

Влад усмехнулся, точь в точь как его отец. Самыми краешками губ:

— Ты отправляешься со мной в Содружество. В качестве консультанта- проводника. Майор Службы Безопасности Данмарка знает об этом образовании куда больше простого шахтёра. Согласна?

— Д–да. Но я…

— Ты что‑то имеешь против?

Его глаза заледенели, и почему то делание возразить исчезло без следа. Марра молча кивнула.

— Вот и молодец, девочка.

Он поднялся, оставляя её сидеть, движением брови вызвал перед собой покрытый символами полупрозрачный лист голографического монитора:

— Итак, Марра Штокман. Двадцать восемь лет. Умственный коэффициент — сто пятьдесят две единицы…

Взглянул на неё мельком, буркнув под нос:

— Даже странно для гражданки Данмарка. Средний уровень у твоих соплеменников не превышает ста десяти.

Снова вернулся к просмотру досье, как она поняла, продолжил:

— Установлен имплант класса 'Аналитик', но без расширения памяти. Хм. Опять удивляешь. Ладно. Мышечные усилители отсутствуют. Почему?

Вперил в неё вопрошающий взгляд. Нехотя она ответила:

— Ну… В общем я отказалась. От установки. Потом отвыкать тяжело. Насмотрелась.

Кивнул головой.

— Понятно. Тогда…

Мгновенная пауза, затем ехидная усмешка:

— Закачаем тебе стандартный курс телохранителя важной персоны, языковой комплект Империи первой категории, усилим скелет и мышечный каркас без изменения внешних данных. Или есть пожелания? Хочешь, к примеру, увеличить грудь, или удлинить ноги? А может, сменить лицо? Склеим любое.

Отрицательно мотнула головой.

— Это обязательно?

— Кроме пластики — да. Без этого ты просто не сможешь. Да и не положено. Корабль военный.

— И чем мы будем заниматься? В Содружестве?

Его глаза словно проткнули её:

— Путешествовать. Так что — вперёд. Пошли.

— К–куда?

Небрежно бросил через плечо:

— Мне прислали корабль. Отец его упомянул. А Император попросил напомнить Содружеству кое о чём. Вот я и отправляюсь исполнять его приказ. Будем путешествовать.

— Путешествовать?!

Ответом был кивок…

… — Неизвестный корабль, назовите свою принадлежность и цель визита на планету Нового Рейха Нойе Нюрнберг.

Какой то неживой, словно принадлежащий роботу, голос прозвучал во внешних динамиках боевой рубки ударил по натянутым нервам. Зван поощряюще улыбнулся вздрогнувшей от неожиданности Марре, затем движением пальца включил громкую связь:

— Говорит виконт Влад Зван, Империя Русь. Прибыл с ознакомительной целью, как турист.

Тишина была красноречивей всяких слов. Затем что‑то прошуршало, и недоумевающий диспетчер, а то, что это был живой человек, сразу стало понятно, ответил:

— Нам неизвестно такое государство. Укажите ваш сектор.

Влад ухмыльнулся в ответ:

— Это Империя Русь. Дайте коридор, или мы войдём сами.

На том конце линии явно растерялись:

— Мы вас не знаем! Какая Империя?! В реестре государств Содружества вас нет!

— Мне плевать на ваш реестр и на вас самих. Не хотите давать разрешения? Русские никогда не спрашивают, а берут.

Отключился, затем отдал приказ:

— Приготовиться ко входу во враждебную планетную систему! Экипажу готовность номер один! Атака!

По натянутым, словно рояльная струна, нервам, ударили колокола громкого боя. Их звук разнёсся по всему кораблю, и сразу началась обычная боевая работа. С негромким гулом свои места заняли герметичные боевые переборки. Зашумел откачиваемый из внешних коридоров воздух, с негромким гулом выдвигались боевые башни. Шевеля стволами гравитационных пушек, медленно выдвинулись усеянные оружием ракетные пилоны. Марево защитного поля окутало плоский треугольный корпус, переливаясь насыщенной энергией. Из многочисленных люков вылетели роботы–дроиды, выстроившись сплошной стеной перед кораблём, прикрывая его частой сетью. Каждый из таких аппаратов имел собственный искусственный разум и действовал подобно древним истребителям, прикрывающим свой авианосец–носитель.

— От системы выдвигаются два корабля. Класс…

Голос оператора на мгновение затих, затем всё же закончил фразу:

— Аналогов в нашем флоте нет. Отношу их к корветам.

Зван повернулся к стоящей возле его кресла Марре:

— Что там в реальности?

Девушка взглянула на засветившееся перед ней изображение, тут же опознала и ответила:

— Линейные мониторы класса 'Кайзер'. Корабли планетарной защиты. Крепкие орешки.

Новая усмешка виконта, затем он чуть подался вперёд, поудобнее усаживаясь в своём кресле и отдал новую команду:

— Огонь первыми не открывать.

Офицеры в рубке напряглись, а он опять взглянул на девушку:

— Стукни на камбуз. Пусть мне принесут кофе.

— Кофе?! Нас же сейчас разнесут на атомы!

— Нас? Это их разнесут. Не волнуйся, дорогая. Я жду кофе.

Штокман выругалась про себя — за время краткого полёта она уже убедилась: если Звану что‑то взбредёт в голову, то переубедить его невозможно! Молча поднесла вмонтированный в тыльную сторону ладони имплант, мысленным усилием связалась с корабельной кухней и озвучила полученный приказ. Затем, напрягшись, замерла на прежнем месте, чуть позади кресла командира корабля. С лёгким гудением перед ней возник сервис–робот, несущий в своих манипуляторах поднос с ароматным дымящимся кофе. Виконт, не глядя, взял большую кружку — мелких напёрстков он не признавал, сделал глоток:

— Великолепно! Хочешь?

Не понять, говорит он серьёзно или шутит? Промолчала, а он, усмехнувшись, произнёс:

— Зря ты отказываешься. Попробовать напиток со стола самого виконта много стоит.

И словно забыл о её присутствии. Между тем, приближенные трансфокатором мониторы тоже начали готовиться к бою. Было ясно видно, как между эмиттерами заструилось силовое поле.

— Какое то оно жидкое.

Заметил кто‑то из операторов, затем пояснил:

— Еле–еле натягивают до десяти эргов.

На носу идущего первым корабля немцев полыхнула вспышка.

— Они открыли огонь, командир.

— Вижу.

Ответил Зван. Все напряглись. Удар! Вспышка разорвала вечный мрак пространства. И… Всё. Не поверив своим ощущениям, Марра опасливо спросила:

— Они промазали?

Ответом ей был громкий хохот всех находящихся в боевой рубке. Потом кто‑то, кажется старший артиллерист, пояснил:

— Они попали, девочка. Только нам от их попадания ни холодно, ни жарко!

Хохот усилился, потом кто‑то пояснил:

— Их снаряд был сбит одним из дронов. Нам даже краску не поцарапало!

— Тихо.

Команду Зван отдал негромко, но, тем не менее, её услышали все. Смех разом оборвался, и в тишине чётко прозвучали слова:

— Уничтожить корабли.

Мгновенно все спины согнулись над своими пультами. Штокман видела, как люди напряглись, сбрасывая с себя веселье, затем последовал доклад:

— Главный калибр к выстрелу готов.

Виконт вытащил из‑под кителя какой‑то предмет, висящий на массивной цепочке, вставил его в щель подлокотника, повернул, ответил:

— Главный ключ введён!

— Первая башня — пли!

…Ни единого звука, лишь тон генераторов чуть изменился. А в следующее мгновение девушка не поверила своим глазам — оба грозных монитора, о которых Данмарк мог лишь мечтать, вспыхнули ярким пламенем, почти моментально опавшим и исчезнувшем. Затем корпус 'Молнии' чуть дрогнул, меняя курс.

— Там на орбите крепость. Я не хочу её видеть.

Бросил Зван. Снова напряжённые спины операторов, затем новая вспышка в космосе. И переливающееся всеми цветами радуги облако газа, рассеивающееся на глазах. Виконт включил передатчик, и тут же из динамиков раздались испуганные крики:

— Корабль Империи Русь! Отзовитесь! Корабль Империи Русь, отзовитесь!

— Я слушаю.

Облегчённый вздох прозвучал так явственно, что было слышно всем. Затем раздался щелчок и голос оператора сменился высоким начальственным тоном другого голоса: