когда я убегала от Незримых, чтобы не умереть, я не думала о тайне и об осторожности.
– А должна была!
– Что? Ты в своем уме?
– Ты как с отцом разговариваешь?
– Как заслужил, так и разговариваю. Вы мне всю жизни лгали, а когда я попала в опасность, вы даже не искали меня. Тайна. Безопасность. Осторожность. Да к черту все! Вы хоть раз подумали о том, как мне во всей этой ситуации?
– Если бы ты была осторожнее, ты бы не впуталась в эту историю, – сказал отец.
– Да куда уже осторожнее? Мы уехали из дома, вы запрещаете мне общаться с родными и друзьями из Волчьей горы, ничего никогда не рассказывали. Куда осторожнее? Откуда я могла знать, что Незримые здесь и что они хотят сделать? – я смотрела отца и пыталась найти в его глазах хоть каплю понимая. – Мам, а ты что молчишь? Ты тоже думаешь, что я сама во всем виновата?
Мама смотрела на меня и ничего не говорила. Слезы наворачивались у нее на глаза, но мне не было ее жаль. Если им не было жаль меня.
– Идем, Кетлин. У этих людей поддержки мы не найдем, – сказала я и пошла в свою комнату.
Поднявшись к себе, я громко хлопнула дверью в надежде, что мне станет легче. Но не стало.
– Что это только что было? – спросила Кетлин.
– Обычный семейный разговор, ничего нового, – я расхаживала по комнате от одной стене к другой, пытаясь успокоиться, – поверить не могу. Я сама во всем виновата. Сама. Во всем. Виновата. Я такого от отца не ожидала, совсем не ожидала.
– Он просто напуган, – сказала Кетлин.
– Знаешь, тебе после школы нужно на адвоката идти, а не на врача. У тебя отлично получается всех защищать и оправдывать.
– Я просто смотрю на вещи объективно. Сколько я знакома с вашей семьей, для него всегда было главным сохранять ваш секрет. Вот он беспокоится, чтобы никто ни о чем не узнал. Чтобы снова не пришлось уезжать.
– А обо мне он не хочет немного побеспокоиться? Кетлин, меня похитили и хотели сжечь на костре заживо. Мне немного не до того было, когда я из леса выбегала, понимаешь? Я захожу в дом и что вижу? Они спокойно сидят себе на кухне, никого не ищут, ни о чем кроме своей тайны не переживают. А потом он мне говорит, что я сама во всем виновата. Нет, это так не делается.
– Что ты хочешь этим сказать?
– То, что я никогда не знала своих родителей. В тот момент они для меня были, словно, чужими.
– Прекрати. Вы все перенервничали, вам всем нужно успокоиться и нормально поговорить. Обо всем.
– Не хочу я ни с кем разговаривать. И делать ничего не хочу. Не хочу и не буду, все, с меня хватит.
– Но ведь если ничего не делать, как ты защитишь себя от Абраксаса?
– Как-нибудь. В конце концов, я волчица. У меня есть чем себя защитить. И тебя тоже, если понадобиться.
– Ладно, давай на сегодня с этими темами закончим. Мне хочется больше позитива.
– Давай. Как там у вас с новеньким, кстати? – спросила я спустя несколько минут.
– Никак. В день, когда тебя заставили… ну, ты знаешь. В общем, в тот день он звонил мне и робко пытался пригласить на свидание.
– Ну? И что? И как?
– Ничего и никак. Во время разговора я услышала тебя, побежала и мы так и не договорили. А после того случая мы больше не общались.
– Странно.
– Что странного?
–Все странно. Почему парень так легко отказывается от девушки, которая ему отказать даже не успела?
– Не знаю, может у него комплексы какие.
– Если это так, то все к лучшему. Не нужно с ним связываться. Твое тебя еще найдет.
– Спасибо, – улыбнулась подруга. – Ладно, уже поздно. Я поеду домой. За тобой завтра заехать?
– Нет, спасибо. Я сама приеду. Давай, хорошо доехать.
– Спасибо. До завтра.
***
Я спала беспокойно. Видела, как по шоссе ехала машина, девушка изо всех сил пыталась не уснуть. Шел дождь. Дорога была скользкая, ехать было трудно, но она пыталась сконцентрироваться. Взгляд был туманным, она выглядела измотанной. Вдруг рядом с ней я увидела какую-то тень. Казалось, что я одна ее вижу. Я хотела сказать ей, чтобы она была осторожнее, но не могла. Тень все находилась рядом с этой девушкой, пока ничего не происходило, как внезапно у нее открылись глаза. Те самые, страшные глаза. Мне казалось, что девушка по-прежнему ничего не замечала, пока она не сказала:
– Ну, говори уже, зачем пришел? Или так и будем играть в молчанку?
– Ты должна найти ее и привести ко мне.
– Должна? Друг мой, я тебе давно ничего не должна.
– Если не хочешь оказаться на ее месте, ты найдешь мне ее.
– Вместо угроз можно просто попросить, если ты до сих пор не понял. Смерти я не боюсь. Ровно, как и тебя. Поэтому не старайся.
– Ты найдешь ее.
– А что я получу взамен?
– Смотря, что ты хочешь.
– То есть все, что попрошу?
Дьявол сидел молча.
– Значит ответ положительный, – довольная улыбка растеклась по ее лицу. – Ну рассказывай тогда, кто она? Где может быть? И зачем она тебе?
– Зачем тебя не касается. Всю информацию найдешь в бардачке.
– Ты начал пользоваться бумагой? Удивительно.
– По-другому с людьми работать затруднительно.
– Ну хорошо. Найду я ее, что дальше?
– Приведешь ко мне, получишь то, что хочешь.
– Кто бы мог подумать, что такому черту, как тебе, понадобится помощь простой смертной.
– Не зли меня, Арина. У тебя три дня.
После этих слова тень растворилась в воздухе.
– Дожилась. Помогаю непонятно кому, – сказала себе девушка.
Я резко проснулась и тяжело дышала. Время показывало три часа утра. Ненавижу, когда видения приходят во сне.
В темноте я нашла телефон и сразу набрала Кетлин.
– Алло. Лисса? Что-то случилось? – сонным голосом спросила она.
– Прости, что звоню так поздно. Или рано. Не важно. Кетлин, у меня было видение. Абраксас поручил какой-то девушке найти меня.
– Какой девушке? Ты ее раньше видела?
– Кажется, нет.
– Что конкретное там происходило?
– Она куда-то ехала, возможно, что и сейчас едет. Такая уставшая. Сначала рядом с ней появилась черня тень, а потом у нее прорезались глаза. Эти глаза не узнать невозможно, понимаешь? Они разговаривали, как старые знакомые. Она совсем не боялась его. Он сказал, что она должна найти меня.
– А с
